Niakis

Участники
  • Content Count

    1,805
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    5

Niakis last won the day on June 30

Niakis had the most liked content!

Community Reputation

151 Очень хороший

About Niakis

Дополнительная информация

  • Имя
    Николай
  • Стаж охоты с
    2000
  • ООиР
    РООиР
  • Оружие
    ТОЗ-34,Benelli Raffaello
  • Собака
    Бретон,РЕЛ
  • Транспорт
    Легковой

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Город
    Раменское

Recent Profile Visitors

1,149 profile views
  1. Вот выдержка и внизу статья по Вашим правилам и их хронология их изменений, взята с пойнтерклуб http://www.pointerclub.ru/forum/showthread.php?t=723 : В 1959 году ввели лимит за дальность: диплом I ст. - 7 баллов, II ст. -6 баллов и III ст. - 5 баллов. КОММЕНТАРИИ И МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ К ПРАВИЛАМ ИСПЫТАНИЙ ЛЕГАВЫХ СОБАК Принятые в нашей стране Правила, с индивидуальным испытанием каждой собаки и балловой оценкой, имеют целью совершенствование качеств легавых собак, необходимых для практической охоты в наших условиях. Их первый вариант был создан в 1890 г. московскими охотниками-собаководами на принципе охоты с легавой собакой по болотной дичи (дупель, бекас). Специфика работы легавых собак по этим видам отразилась в Правилах, что особенно заметно при испытании собак по другим видам дичи (коростель, куропатка, фазан, тетерев и даже перепел). Конструктивно все положения и требования в Правилах были определены к 1903 году. В 1925 году на Первом Всесоюзном съезде кинологов Р. Ф. Гернгросс в своем докладе сформулировал их материальное содержание (трактовки основных элементов работы). Практически ничего не изменив в проекте Гернгросса, 4 декабря Правила были утверждены съездом и с небольшими авторскими дополнениями и поправками, сделанными в 1935 году, просуществовали до 1939 года. В 1939 году расценочная таблица была дифференцирована, в самих Правилах претерпели изменения некоторые формулировки и требования. Была утеряна (а может и специально забыта) немаловажная деталь, даже стержень - цель испытаний, что особенно отразилось в требованиях к чутью. Новшеством было и введение в Правила "ориентировочной шкалы оценок", призванной заменить пространные пояснения и трактовки Гернгросса. Апробировался новый вариант Правил долго. В 1954 году он был принят Всесоюзным кинологическим советом, а официально утвержден Главприродой МСХ СССР в 1955 году. В 1959 году в Правила была внесена существенная поправка (лимит за дальность чутья), и в таком виде они работали до 1973 года. Такой длительный период апробации говорит о трудности преодоления укоренившихся в нас взглядов, убеждений, привычек и стереотипов, то, что принято называть менталитетом. И если бы сейчас нам предложили вернуться к старым (гернгроссовским) Правилам, это бы вызвало такую же реакцию, какой она была у самого Гернгросса на предложения некоторых авторитетных кинологов его времени изменить кое-что в Правилах 1903 года. И не потому, что они хуже или лучше наших, а потому, что мы к своим привыкли, рутинировались (по выражению Доманже). Проиллюстрируем эту сентенцию типичным примером. Еще на заре создания в нашем Отечестве цивилизованного собаководства всем охотникам, имеющим дело с собаками, было хорошо известно и понятно проявление собаками любой породы (борзыми, гончими, легавыми и т.д.) стремления к розыску и преследованию всех животных, и что толькопутем притравки, нагонки, натаски их можно научить направлять свою врожденную страсть к определенным видам дичи (борзых и гончих отучали от скотинничества, гончих приучали гнать только зайца и красного зверя и не обращать внимания на копытных; легавых - искать только конкретную дичь, но не интересоваться уткой, зайцем, домашними животными, голубями, жаворонками, ежом и т.д.) Уже тогда было замечено, что многие легавые, натасканные по куриным (куропатке, перепелу, фазану), не сразу и с трудом принимаются работать по болотной дичи, а то и вовсе не принимаются и наоборот. Естественно, бывают и исключения (например, Рокет 142 Р. В. Живаго). В то же время эти собаки, не обращая никакого внимания на постоянно встречающихся дупеля, бекаса и даже сильно пахнущую утку, четко работая в лугах по перепелу, становятся по жаворонку и прочим "птичкам", если перепел долго не попадается. Неужели "птички" пахнут сильнее бекаса или утки? В чем же дело?.. Этот парадокс родил, как ни странно, однозначный вывод - виновато чутье! Гончатники и лаечники, в случаях отвлечения своих собак на непрофильные виды животных, не предъявляют претензий к их чутью. Легашатникам же (к сожалению, не всем), в частности Р. Ф. Гернгроссу, несмотря на полувековой охотничий опыт и 30-летний в качестве судьи, понадобилось учение о рефлексах академика И. П. Павлова, чтобы открылись глаза на это (в общем-то несложное) явление - работу легавых по "птичкам". В пересмотренном и дополненном третьем издании "Полевых испытаний легавых...", стр. 52 Гернгросс кается в своем заблуждении. В книге "Охотничье собаководство", издание 1966г., стр. 336 В. П. Рождественский напоминает нам о всеобщем заблуждении в этом вопросе и необходимости изъятия из Правил в графе "верность чутья" претензии к работе по "птичкам". Но, увы, их призывы к прозрению остались "гласом вопиющего в пустыне" - в Правилах 1976 г., в графе "верность чутья" "работа по мелким неохотничьим птичкам (не более двух работ)" наказывается 1 штрафным баллом...Что это?.. Невменяемость?.. Может мы, собираясь на кинологических советах (в прошлом и на ВКС), заново изобретаем велосипед, забыв или вовсе не зная, что он уже давно изобретен? Подразделение комплексов на элементы, безусловно, имеет свой смысл, т.к. дает возможность более детально и всесторонне рассмотреть и оценить работу легавой собаки в поле, а баллы в расценочной таблице более наглядно рисуют картину достоинств и недостатков испытанной и расцененной собаки. Но все ли положения, трактовки, условия и требования в современных Правилах соответствуют цели полевых испытаний легавых собак? На этот вопрос попытаемся найти ответ, сравнивая гернгроссовские Правила с последующими вариантами, заканчивая последним (рациональным). В Правилах невозможно предусмотреть все, возникающие на испытаниях, ситуации, но тем не менее Правила должны во всех случаях исключить возможность произвольной трактовки полевой работы легавых собак. Раздел I. "Общие положения" 1. Цель испытаний охотничьих собак была сформулирована Р. Ф. Гернгроссом в Правилах 1925 года, но в последующих вариантах о ней даже не упоминается. Её присутствие в Правилах обязательно, т.к. она стимулирует четкость формулировок и требований самих Правил. 2. Индивидуальные испытания с балловой оценкой наиболее полно отвечают поставленной цели и дают возможность сравнивать рабочие качества собак из разных регионов, благодаря их числовому выражению. Судейская комиссия из трех опытных экспертов необходима на состязаниях при большом количестве участников, где жесткий регламент и лимит времени требуют напряженной работы и наблюдения за испытуемой собакой с разных точек поля, что уменьшает шансы на ошибки при оценке её работы. Кроме того, нечетное количество членов комиссии необходимо при решении спорных вопросов. На испытательных станциях, как правило, количество участников регулируется предварительной записью, и лимит времени не довлеет над возможностью наиболее полного выявления и оценки рабочих качеств собаки и её подготовленности. Поэтому здесь достаточно одного опытного эксперта и одного-двух толковых ассистентов-стажеров. На испытательных станциях больше возможностей для испытания каждой собаки в наиболее благоприятных условиях. 3. Не по всякой дичи, на которую охотятся с легавыми собаками, можно провести их испытания. Для этого требуются определенные условия: 1) дичь, выдерживающая стойку собаки; 2) открытая местность, где видна вся работа собаки; 3) возможность сработать переместившуюся на глазах у судей птицу. Классическими видами дичи, отвечающими этим требованиям, являются дупель, бекас и перепел. Гаршнеп, в виду его редкости и очень слабого запаха, является скорее случайным объектом охоты, тем более испытаний, но осенью на пролете может заменить отлетевшего дупеля и уже малочисленного бекаса. В июле и августе провести испытания по коростелю практически невозможно, так как он в это время стойку не выдерживает, не затаивается, спасаясь бегством в некось, и поднять его на крыло удается далеко не каждой собаке. Работа по перемещенному коростелю - исключение из правила. Другое дело в сентябре, во время его пролета, когда он хорошо выдерживает стойку собаки и, переместившись, затаивается. Во время массового пролета весной и осенью он может заменить классические виды. Чаще всего испытывают собак по коростелю в южных районах страны во время его пролета, на тех же местах, что и по перепелу. В предыдущей редакции Правил в перечне видов дичи, по которым можно испытывать легавых собак, в "лесных" Правилах присутствует глухарь, в "болотных и полевых" - куропатка, фазан и болотная курочка. С таким же успехом, как по глухарю, можно было бы испытывать собак по дрофе или улару. А куропатка стала равнозначна перепелу только потому, что является полевой дичью. Практически же проверить дальность чутья по перемещенной куропатке можно в одном случае из десяти и то весной, когда куропатки разбиваются на пары и придерживаются своих гнездовых участков. Осенью провести испытания по куропатке, не говоря уже о точно замеченной перемещенной одиночной или паре птиц, весьма проблематично, так как дважды потревоженный выводок или табун перемещается очень далеко, и отыскать его чаще всего невозможно. Упавший в сухое болото (бурьян, кустарник и т.д.) выводок первые полчаса часто бывает недоступен для чутья собак. Поэтому в настоящей редакции Правил проводить испытания по куропатке предлагается по "лесным" Правилам, и не только потому, что трудно по этой птице точно определить дальность чутья, но еще и потому, что отрабатывая бегущую птицу, легавая часто пользуется "комбинированной" манерой причуивания, и было бы не логично за "грамотную" работу наказывать собаку в графе "манера причуивания". Фазана причислили к полевой дичи весьма опрометчиво, хотя он и выходит из крепей на кормежку в открытые места - прилегающие к зарослям тростника, густому кустарнику или опушкам леса, поля. Потревоженный фазан улетает или спасается бегством в ближайшие заросли. Рассчитывать на работу по перемещенному фазану, по меньшей мере, наивно, т.к. эта птица бегает больше, чем любая другая дичь, на которую охотятся с легавой собакой. Безусловно, испытывать легавых по фазану можно, но только по "лесным" Правилам. Только что сказанное относится и к, так называемой, "болотной курочке" (очевидно, речь идёт об одном из видов пастушковых, ближайшем родиче коростеля - малом погоныше). Аналогия с фазаном в том, что работа по перемещенной "болотной курочке" практически невозможна. Принципиально (это нужно всегда помнить) "Правила испытаний по боровой дичи" не отвечают в той же мере, как "Правила испытаний по болотной и полевой дичи", поставленной цели и являются компромиссом -увы, не везде, где охотятся с легавыми собаками, обитают "классические" виды дичи. При работе в лесу и по куропатке от собаки требуется не столько дальнее, сколько верное чутье, достаточный опыт и врожденная сообразительность (охотничий ум). 4. Этот параграф в комментариях не нуждается. В "Примечаниях", пункт 3, под "любой другой дичью" подразумевается не только перечисленная выше (дупель, бекас, гаршнеп, коростель, перепел, куропатка, фазан, тетерев, вальдшнеп), но и утка, все виды куриных, пастушковых, куликов и даже заяц (безусловно, только в том случае, если собака делает по нему стойку и не гонит). Дальность чутья расценивается по основным или классическим видам дичи, прочие элементы могутрасцениваться и по "любой другой" - разносторонность работы легавых должна поощряться. 5. Делить на элементы поведение (работу) животных очень трудно. Но, имея четкие разумные требования, с известной долей условности можно определить и классифицировать основные рабочие качества легавых собак. С возникновения ружейной охоты и до наших дней требования к легавой собаке в основном одни и те же. Прежде всего собака должна быть достаточно чутьистой - сравнительно далеко причуивать дичь и делать стойку на таком расстоянии от птицы, чтобы не вспугнуть её. Уметь отличать запах самой дичи от запаха её набродов и сидок, чтобы не задерживаться в тех местах (в том числе и на стойке), Где дичи уже нет. В зависимости от ситуации, уметь пользоваться ветром или следом дичи. При наличии ветра не обращать внимания на наброды, а ловить запах самой дичи в потоках воздуха. Задача собаки - быстро найти дичь. Для этого она должна обладать быстрым ходом и, в соответствии с характером угодий, в меру широким целесообразным поиском, при котором все типичные места обитания дичи были бы тщательно обысканы. Смысл охоты с легавой собакой в её стойке по найденной ею дичи. Продолжительность стойки должна обеспечивать охотнику подход к собаке при любых условиях. Собака, поднимающая птицу самостоятельно (без команды, до подхода к ней охотника), к охоте не пригодна. Финал работы легавой собаки - подводка - подъем, найденной ею и зафиксированной стойкой, дичи на крыло по команде охотника. От качества подводки во многом зависит результат охоты. Собака должна работать в контакте с охотником, выполнять его команды и быть позывистой, оставаться на месте после взлёта птицы и выстрела. Очень важно понять взаимосвязь отдельных элементов в поведении собаки и, разобравшись в этом, уже легче определить, что в работе легавой собаки является врожденным качеством, а что приобретенным навыком, что главное, а что второстепенное, что является полезным, а что ненужным и даже вредным. Раздел II. "Элементы работы" Необходимо, чтобы в правилах испытаний был такой же стандарт полевых качеств легавой собаки, как и стандарты экстерьера пород, т.е. подробное точное описание всех основных идеальных свойств подружейной собаки (материальное содержание объекта экспертизы). 7. Расценочная таблица. Правила должны не только указать все необходимые рабочие свойства легавой собаки, но и определить (хотя бы приблизительно) их удельныйвес, т.е. их сравнительное значение для оценки собаки, как полевого работника. Без применения баллов, т.е. без числового выражения, с помощью одного словесного описания, нельзя определить удельный вес отдельных качеств в общей оценке собак и, конечно, нельзя указать степень наличия данного качества у конкретной собаки сравнительно с выработанным идеалом. Эволюция наших Правил хорошо прослеживается по расценочным таблицам, которые претерпевали изменения в следующие годы: с 1890 по 1892, с 1893 по 1895, в 1896 г., с 1897 по 1902 и окончательный вариант дореволюционного периода с 1903 по 1925 г. г. Принятые в 1925 году Правила и расценочная таблица существенно ничем не отличались от предыдущих 1903 года. В 1939 году таблица, просуществовавшая 37 лет, была дифференцирована и вместо 6 граф в ней появилось 13, не считая графы "общий балл". С 1973 по 1976 г.г. действовали Правила с расценочной таблицей в 14 граф и с подразделением "чутья" только на "дальность" и "верность". В 1975 году решили вернуться к 13 графам, с некоторыми изменениями в названиях, в условиях и требованиях самих Правил, являющихся компромиссом между правилами 1925, 1939 и 1973 г.г. Расценочная таблица в них скомпонована традиционно: в первых 8 графах расцениваются функциональные (рабочие) элементы, затем идут 3 графы, в которых расцениваются породные признаки по характерным движениям и позам в процессе работы легавой собаки - стиль, в последних 2-х графах расцениваются выработанные у собаки необходимые навыки - натаска (егерский раздел) В Правилах 1925 года Р. Ф. Гернгросс очень четко определил признаки, по которым должно делиться (дифференцироваться) на отдельные элементы (качества) поведение легавой собаки на охоте. Они должны быть: 1) действительно рабочим качеством, 2) природным, а не приобретенным, 3) таким, которое может быть вообще обособленно от других качеств и 4) таким, которое может быть выявлено и оценено в обычных условиях времени и места испытаний. Но тут же сам себе противоречит, отвергая настойчивые требования многих кинологов разделить комплекс "поиск" на "быстроту" и "манеру", а "потяжку и подводку" на две отдельные графы, ссылаясьна невозможность расценить эти качества раздельно в условиях времени и места испытаний (пункт 4), при этом игнорируя пункт 3. После дифференцировки расценочной таблицы ничего страшного не произошло - все элементы легко укладываются в 4 пункт условий, но только более отчетливо стали видны противоречия в наших понятиях о сути некоторых моментов в работе легавых собак. Если разделение комплекса "поиск" не вызывает никаких сомнений, то выделение потяжки в отдельную графу, как рабочего качества, внесло дискомфорт в наши логические построения и является парадоксом. Первым, кто указал на несоответствие потяжки 1-му пункту условий, был сам Гернгросс, но сделал он это не прямо, а косвенно (см. его "Правила" издание 1935г., стр.77). Просто и убедительно доказал это же и А. А. Рази (см. его "Очерки кинологии" ). Последним, кто в печати подтверждает мнение Рази, был В. В. Курбатов: "Легавые всех пород могут без потяжки становиться непосредственно по птице с хода. Браковать их за это не следует, так как потяжка ничего не определяет, являясь лишь красивым элементом работы"... (см. "Охота и охот, хозяйство" № 7 за 1976г., статья "Несколько советов экспертам"). В настоящей редакции Правил элемент "потяжка", как рабочее качество, не расценивается, а переносится в комплекс "стиль", где потяжка расценивается уже не вместе с подводкой, а отдельно. (Об этом дальше в комментариях). Позволим себе еще одно кощунство, прикоснемся к "святая святых" -усомнимся в рациональности использования традиционных 100 баллов для оценки охотничьих качеств легавых собак. Процитируем Р.Ф.Гернгросса - самого последовательного из защитников незыблемых традиций: "...число 100, как общий балл для выражения всего комплекса полевых качеств подружейной собаки, выбрано правильно: это число яркое, это ступень...оно делится на многие числа: на 2,4, 5,10, также привычные, и достаточно велико, чтобы при шести рубриках дать возможность определять оттенки". Далее: "... стобалльная таблица, в которой каждый балл есть вместе с тем процент"... "Соотношение 5 и 10, 15,20, 25, быстрее и проще нами усваивается, чем...другие числа" и т.д. В доводах Гернгросса есть логика и никто не против откровенной условности соотношений баллов в графах расценочной таблицы к удельному весу каждого рабочего качества. Но все дело в том, что баллов оказалось слишком много, даже для определения оттенков. До 1903 года, когда в Правилах еще не было графы "стиль", стойка оценивалась 20-ю или 15-ю баллами (периодически в Правила то вводили, то изымали из них "подачу"), хотя для оценки стойки, со всеми её оттенками, достаточно 3-х баллов. Фактически из 100 баллов работает половина, теоретически - 54 балла. Элементарная статистика и нехитрая арифметика подтверждают выше сказанное. Если пойти от обратного и каждый недостаток штрафовать соответствующим количеством баллов, начиная от 0, то вся расценка рабочих качеств легавых собак свободно и логично укладывается в 50 баллов, и даже 0 является обозначением конкретного понятия (например, полного отсутствия качества). При таком подходе теряется кратность в графах расценочной таблицы, но зато каждый балл конкретизируется и исчезает балласт мёртвых (неработающих) баллов. Оперируя меньшими, но более чёткими числами, эксперты попадают в более жёсткие рамки, что уменьшает возможность субъективной трактовки полевой работы собак и манипулирования самими Правилами. Раздел III. "Условия и требования при судействе" 1. Аттестатом классности производителя, помимо потомства, экстерьерной оценки и происхождения, является диплом за рабочие качества. Принято классифицировать уровень рабочих качеств охотничьих собак дипломами трех степеней. Не все качества имеют одинаково важное значение, не все необходимы в одинаковой пропорции для полевого работника. Отсутствие или крайняя слабость чутья, отсутствие или недостаточная выраженность стойки, отсутствие необходимых навыков и контакта с ведущим, не дающее шансов использовать врожденные способности собаки на охоте - делают невозможной охоту с легавой собакой. Медленный или плохо разработанный поиск, отсутствие или слабая выраженность потяжки и даже подводки, отсутствие породного стиля - не делают охоту с такой легавой невозможной, а при хорошем чутье и контакте с ведущим охота может быть довольно результативной. Поэтому существует в Правилах испытаний шкала минимального уровня самых необходимых качеств и минимальный общий балл для диплома каждой степени. В шкале "Правил испытаний по болотной и полевой дичи" дальность и верность лимитируются, т.к. являются равноценными элементами чутья. В "Правилах испытаний по боровой дичи" дальность чутья определяется приблизительно, поэтому чутье оценивается в комплексе, без деления на элементы. 2. Этот параграф в комментариях не нуждается, но на некоторых примечаниях к нему необходимо остановиться: 2) У большинства легавых тенденция к поиску "челноком" - врожденная способность, но "челнок" осуществим только при наличии ветра. Легавая собака, улавливая запахи в воздушном потоке, движется перпендикулярно направлению ветра и поворачивая на ветер. Этот прием не всегда осуществим в лесу или на сильно пересеченной местности, где воздушные потоки не имеют постоянного направления. 3) При удачном стечении обстоятельств собака срабатывает двух-трех птиц в течение 10-15 минут после начала её испытаний, показывая при этом очень быстрый энергичный ход. Эта же собака при других условиях не находит дичи в течение 30 и более минут. Скорость и энергия хода постепенно (или резко) падают. Зависеть это может от разных причин: слабое здоровье или недостаточная натренированность - отсутствие выносливости; мало страсти и заинтересованности в поиске дичи и пр. Поэтому, чтобы правильно оценить быстроту поиска, собака должна находиться в активной работе не менее 30 минут и, после выявления и оценки всех элементов работы, кроме быстроты, не обязательно в тех угодьях, где есть дичь. 4) Перемещенный дупель чаще другой дичи плотно западает и первое время не дает запаха, но не весной и в начале лета (июнь), когда в определенных участках луга самцы собираются на тока и очень активны. Чащевсего западают дупеля во второй половине июля и в августе, когда из крепей на жировку выходят молодые и старые птицы. Они хорошо выдерживают стойку, перемещаются недалеко и вообще не любят много двигаться. Но и в это время, если часто беспокоить птицу, что обычно бывает при активном прессинге во время натаски или на многолюдных состязаниях, дупель становится очень сторожким, долго бежит и редко западает. Успех работы по перемещенной птице во многом зависит от конкретных условий, вида дичи, опытности ведущего и компетентности судей. Аналогичные ситуации возникают на испытаниях собак по куропатке и тетеревиным выводкам. 5) Бывают случаи, когда собака прекрасно работает по дупелю, но игнорирует бекаса, коростеля или совершенно не знает перепела, куропатку или тетерева и наоборот, хотя все эти виды могут встречаться во время испытаний (чаще всего в лугах). 6) Опытные охотники - легашатники, натасчики и судьи хорошо знают, что каждый вид дичи имеет свой специфический и разной интенсивности запах (эманацию), и в разные сезоны интенсивность его неодинакова. Весной бекас пахнет меньше дупеля, а осенью большинство собак чуют бекаса гораздо дальше всей остальной дичи. Коростеля собаки чуют дальше, чем перепела, но ближе, чем дупеля (возможно, из-за высокой травы, в которой он прячется), гаршнепа причуивают ближе всей остальной дичи. Одна и та же куропатка, несколько раз перемещённая, пахнет с разной интенсивностью. Жирующий или отдыхающий табун куропаток даже малочутая собака прихватывает очень далеко, а одиночная переместившаяся или убегающий подранок бывают недосягаемы и для очень чутьистой собаки и т.д. Желательно иметь шкалу расценок дальности чутья по каждому виду дичи и для разных сезонов, но пока существуют только три шкалы определения дальности чутья (естественно, со значительной мерой условности): 1) по болотной, 2) по полевой и 3) по боровой дичи. Шкала расценки дальности по боровой дичи должна быть средней между оценками по дупелю и перепелу (по логике, опыту и здравому смыслу). Для разных сезонов предлагаются варианты расценок по бекасу и перепелу: осенью (сентябрь, октябрь) по бекасу - высший балл =24 м. и дальше, диплом 1ст. 18-23 м., ІІ ст. 12-17 м. и ІІІ ст. 6-11 м. Весной и летом расценки такие же, как и по дупелю - высший балл 20 м. и дальше, диплом 1 ст. 15-19 м., ІІ ст. 10-14 м. и ІІІ ст. 5-9 м. По перепелу весной (май, июнь) - высший балл=15 м. и дальше, диплом 1ст. 11-14 м., ІІ ст. 7-10 м. и ІІІ ст. 3-6 м. Осенью (август, сентябрь) требования снижаются - высший балл=11 м и дальше, диплом 1ст. 8-10 м, ІІ ст. 5-7 м. и ІІІ ст. 2-4 м. Для серьезного селекционера (заводчика) принципиально важно, по какому виду дичи у конкретной собаки расценена дальность чутья, и высокий диплом по дупелю или перепелу не адекватен аналогичному дипломупо осеннему бекасу, куропатке, вальдшнепу или фазану. Дата и место испытаний всегда должны быть указаны в дипломе. Не последнее значение имеет и авторитет эксперта, выдавшего диплом. 3. Реакция на выстрел у подавляющего большинства собак - качество не врожденное, и только у незначительной части боязнь выстрела - наследственный порок. Из всех собак, снятых за неудовлетворительную реакцию на выстрел, 99 % приходится на гоньбу птицы после выстрела, что является дефектом натаски, а не врожденным пороком. Поэтому все попытки выделить в отдельную графу расценочной таблицы "отношение к выстрелу" необоснованны, и этот очень важный момент поведения (но не работы) собаки закономерно остается в графе "натаска". По этой же причине (качество не передающееся генетически и, тем более, необязательное для легавой собаки) подача битой дичи (апортирование) не включена в программу испытаний легавых собак, и, естественно, графы такой в расценочной таблице не существует, хотя попытки ввести её были, и неоднократные. На практической охоте очень многие легавые (большинство), и не только немецкие, прекрасно апортируют дичь, вплоть до зайца. Если у большинства континентальных легавых к этому врождённая склонность, то у островных, как правило, это результат натаски. На состязаниях с большим количеством участников выстрел (холостой) обычно производится по первой, сработанной собакой, птице ведущим или одним из членов судейской комиссии (по предварительной договоренности) - погнавшая собака "экономит" время. Если ведущий по каким-то причинам не выстрелил по первой птице, то по второй птице стреляет член комиссии. На испытательных станциях, особенно при испытании первопольных, чаще стреляет ведущий и совсем не обязательно по первой птице. Здесь же допускается использование стартового пистолета. На состязаниях выстрел производится обязательно из охотничьего ружья - боязнь выстрела не всегда бывает врожденной, а и результатом неумелой натаски или небрежной стрельбы на охоте, когда часть дроби, предназначенная для дичи, досталась и собаке, поэтому один вид ружья может вызвать у собаки, наученной горьким опытом, панический страх. 4. Жёсткий регламент обязателен для состязаний, но на испытательных станциях, при испытании первопольных, пункты "в", "г", "д", "ж" могут быть не столь категоричны: а) собака может отказаться идти в поиск и в начале её запуска, и в любой другой момент - это не имеет значения; б) "... до зачетной работы", т.е., если собака сделала работу по дичи, удовлетворяющую требованиям для прохождения на диплом, до истечения 10 минут после запуска или после непродолжительной скачки, а потом стала ходить шагом или на потяжках, или вовсе отказалась идти в поиск -на состязаниях, ради экономии времени, эта собака снимается без расценки, на испытательных станциях её работа расценивается, но диплом не присуждается; в) в причинах "споров" не всегда легко разобраться... Если собака после 3-х подряд потяжек или коротких приостановок поднимает птицу без стойки, то, вероятнее всего, стойка у нее еще не проявилась. Собака снимается без расценки, как неподготовленная - её привели на испытания преждевременно. Другое дело, если собака уверенно стала по дичи, но накоротке, а после этого спорола с коротких потяжек одну-две птицы. В этом случае следует дать дополнительную встречу с птицей и после этого попытаться сделать вывод. Если опять будет работа "накоротке" или снова спор, то причиной, скорее всего, является неудовлетворительное , как по дальности, так и по верности чутье. Собака снимается с испытаний, но с расценкой. Когда будет работа, удовлетворяющая по дальности требованиям на диплом 11 степени, то следует дать еще (для полной ясности) и перемещенную птицу. Если собака справилась с перемещенной, то споры можно отнести к случайности, снять с верности 1-2 балла и этим ограничиться. Если собака не справилась - прихватила, но с длинной потяжки спорола или, уже на подводке, прошла мимо, а птица поднялась сзади и чуть сбоку от линии движения собаки - значит, собака не может определить место нахождения птицы. В этом случае собака не проходит на диплом из-за неудовлетворительной верности чутья, но с расценкой. Бывают случаи, когда в один день подряд несколько опытных рабочих, ранее проверенных, собак спарывают с потяжки птицу, часто делают пустые стойки и только изредка становятся впритык - винить нужно не собак, а искать причины во внешних условиях (резкое изменение атмосферного давления, недостаточная влажность, протравленное поле и т.д. - многие факторы, влияющие на чутье, до сих пор не изучены); г) "непроявление чутья" - долгое время, да и теперь тоже, многиеэксперты упорно относят сталкивание птицы на ветер к дефекту верности чутья, несмотря на то, что в Правилах в графе "дальность чутья" всегда присутствовало примечание: "наскоки на дичь за ветром, в полветра при оценке дальности чутья во внимание не принимаются". "Наскоки" или другими словами "сталкивания", но на ветер говорят о непроявлении чутья. Непроявление чутья - неспособность собаки учуять дичь даже на минимальном от себя расстоянии. Ведь способность собаки улавливать запахи на каком-то расстоянии - дальность - первична, а способность разобраться в них - верность - вторична. Поэтому, прежде чем в чём-то разбираться, т.е. проявить верность, собака должна хоть что-то причуять, т.е. проявить дальность. Сталкивание птицы на ветер не всегда является гарантом очень короткого или даже полного отсутствия чутья. На состязаниях нередки случаиснятия собак буквально через 1-3 минуты после их запуска за сталкивание трех птиц подряд ("де-юре"), когда после долгого ожидания своей очереди перевозбужденная собака, тем более, если она наблюдала работу других собак, сразу попадает в место с большой плотностью дичи (в "курятник") - результатом такой ситуации являются наскоки на дичь. На испытательных станциях так формально и безоговорочно следовать требованиям Правил было бы не логично - успокоившись, собака может показать свои истинные возможности. В подобных случаях разумнее считать наскоки на дичь в начале запуска случайностью и не учитывать их при окончательной оценке работы собаки ("де-факто"). Споры и сталкивания птицы "на ветер" меньший грех, чем пустые стойки, поэтому и наказание должно быть соответствующим; д) общепринято пустые стойки считать наиболее значительным недостатком верности чутья, и на состязаниях за 3 пустые стойки собака снимается без расценки, независимо от того, подряд ли они были сделаны или перемежались зачётными работами. Но также общеизвестно, что редкая собака не станет по свежей сидке недавно слетевшей птицы. Этика обязывает эксперта не пускать очередную собаку работать в то место, где недавно работала предыдущая и была поднята дичь. На испытательной станции уместно и логично проверять собак по месту слета птицы и необязательно сразу снимать после трех пустых стоек. При наличии времени нужно продолжить испытания, с целью разобраться в причинах пустостойства. Пустостойство не всегда зависит от дефекта чутья, оно может быть результатом неумелой натаски, когда во время обучения собаку задерживали при всяком причуивании, или перевозбуждения, как и в предыдущем случае с наскоками на дичь. В любом случае о дипломе не может быть и речи, но расценить собаку и можно и нужно, особенно если она интересна; е) собака неуправляема - уходит далеко, работает "на себя" и не реагирует на команды ведущего; ж) некоторые эксперты считают допустимым определение посевов и гоньбы птицы собакой от места взлёта, независимо от того на каком расстоянии от собаки птица взлетела. В то же время в Правилах указано и на практической охоте весьма полезно, чтобы после взлёта птицы собака осталась на месте, а в идеале - самостоятельно легла. Из лежачего положения собака, как правило, не гонит. Бросок, особенно за низко летящей птицей, может подвести собаку под выстрел, что на охоте совсем не редкость. Поэтому в настоящей редакции Правил неоднократно подчеркивается :"после взлёта, но не от места взлёта". На состязаниях выполнение этого требования обязательно. На испытательных же станциях, особенно для первопольных, когда, показав хорошее или даже незаурядное чутье, стиль, ход и т.д., по второй или третьей птице собака погнала - снимать такой экземпляр без расценки было бы, поменьшей мере, неразумно. О дипломе речь не идёт, но иметь банк данных о врождённых качествах возможных производителей каждая кинологическая организация обязана - не пускать же в породу дипломированную серость, которой больше повезло с владельцем или натасчиком. з) боязнь выстрела выражается по-разному. В одном случае собака, поджав хвост, отходит в сторону и отказывается от дальнейшей работы, или панически убегает куда глаза глядят - дальше продолжать испытания этой собаки бессмысленно. В другом случае собака шарахается от выстрела или прижимается к ногам ведущего, но, успокоившись, продолжает работать - с такой собакой можно охотиться и постепенно избавить её от этого недостатка. Эту собаку можно расценить на диплом. и), к) - эти пункты в комментариях не нуждаются. 5. И здесь комментарии излишни. 6. Все указанные условия, при которых нельзя проводить испытания, не исчерпывают причин, отрицательно влияющих на рабочие возможности собаки, прежде всего на чутье. Например: давно замечено, что за несколько часов до грозы собаки почти или совсем перестают чуять. В практике отечественного собаководства пользоваться приборами не принято. Если на испытательных станциях это не имеет принципиального значения, то на состязаниях собаки, выступающие до грозы, и собаки, выступающие после, попадают в принципиально неравные условия. К сожалению, пока этот вопрос остается открытым. 7. Благоприятные условия, позволяющие наиболее полно проявиться рабочим качествам собак, тоже довольно условны, поэтому на испытаниях нельзя делать никаких скидок и поблажек при условиях не укладывающихся в рамки "оптимальных", иначе возникает возможность вольной интерпретации Правил и завышения оценок. Раздел IV. "Ориентировочная шкала оценок". Этот раздел является руководством к практическому применению Правил при судействе. 1. Чутье. Под чутьем следует понимать целый комплекс физиологических и психических процессов, происходящих в организме собаки, начиная с причуивания дичи и кончая стойкой по ней. Из всей суммы баллов, которыми максимально оценивается весь комплекс работы легавой собаки, чутью выделяется баллов больше, чем любому другому элементу, ввиду большого диапазона возможностей чутья собак, пригодных к охоте. А по причине первенствующего значения при розыске дичи, чутью в расценочной таблице предоставлена первая графа. Для определения и правильной оценки "чутье" является самым трудным элементом работы легавых собак. Изменение требований к чутью отражается в Правилах, периодически пересматриваемых и уточняемых. Не будем здесь касаться вопроса о факторах, влияющих на проявление этого, далеко еще до конца не изученного, качества охотничьих собак - их очень много и, пока мы не вооружены необходимыми приборами (это вопрос далекого будущего), будем исходить из реальных возможностей времени и места испытаний при анализе разных точек зрения на этот предмет. Для сравнения возьмем три периода эволюции Правил: первый - с 1925 по 1939 г.г., второй - с 1939 по 1973 г.г., третий - с 1976 г. и по сей день. Первый период.( 1935 г.) Чутье расценивается в комплексе, без деления на элементы. Высший балл - 25. Лимитирующие баллы на дипломы -20, 18, 16. Расстояния измеряются шагами (в среднем шаг - 0.75 м). Общие лимитирующие баллы за всю работу - 80, 70, 60, и больше никаких лимитов. "Чутьем легавой подружейной собаки признается способность её обонятельных нервов слышать на расстоянии запах самой живой дичи (первый элемент чутья), соединенная со страстным влечением к этой дичи (второй элемент чутья) и уменьем осознать дошедший до нее запах (третий элемент чутья), завершающимися стойкой"..., "Запах дичи, оставшийся на земле в набродах или на месте сидки, уловленный собакой, может быть ею отмечен лишь посредством замедления хода, легкой потяжкой, самое большее - приостановкой на одно мгновенье без малейшего замирания, но никак не стойкой"..., "Стойка, под которой не оказалось птицы, называется пустой стойкой"..., "Три пустых стойки в классе первопольных, две в классе многопольных и хотя бы одна в классе победителей должны влечь за собой снятие собаки с испытаний без расценки"..., "Чутье ценится острое, дальнее, верхнее, без утыкания носа в землю, а тем более ковыряния на набродах"..., "Дальность чутья мы определяем по тому, на каком расстоянии собака определила наличие самой птицы, а не её набродов. А как только собака возьмет на чутье самое птицу, она должна стать...", т. е. дальность чутья определяется от стойки до места сидки (взлёта), заведомо небежавшей дичи. "При работе по перемещенной птице надо не упускать из вида добавочных условий, из которых главное - количество времени, через которое после перемещения происходит работа: чем меньше промежуток времени, тем меньше птица успеет дать запаха и обратно. Поэтому, если вы пускаете собаку на перемещённого бекаса тотчас после перемещения, будьте очень нетребовательны в отношении размера расстояния и наоборот", плюс заслоны и пр., что рекомендуется учитывать. "Не одна дальность определяет силу чутья в целом со всеми тремя элементами; прекрасным признаком является уверенность в работе и точное указание места нахождения птицы. Наконец, огромное значение имеет в этом отношении полное отсутствие пустых стоек"..., "...можно ли и нужно ли поставить такой собаке 20 (баллов) за чутье и в том случае, если все птицы были сработаны чётко, но не на большом расстоянии, примерно шагов на 10-15?И можно и нужно, потому что собака разрешила все поставленные ей задачи"..., "Балл 16 за чутье означает чутье вполне удовлетворительное". Потяжка "...является необходимой в том случае, когда собака, впервые услышав запах, еще не может, по силе своего чутья, осознать этот запах достаточно отчётливо для себя и стать на данном расстоянии, и потому осторожно приближается к птице. Если же собака, при первом донесшемся до нее запахе от птицы, сразу чует самую птицу в месте её сидки, то потяжка является излишней - нужна стойка и, при небольшом расстоянии, может явиться недостатком: собака не должна напирать на птицу, чтобы не спороть её". Потяжка расценивается вместе с подводкой в одной графе, высший балл за оба качества - 15. Второй период (1967г.) Чутье подразделяется на три элемента: дальность - 10 баллов, верность - 10 баллов, верх - 5 баллов и лимитируется суммарно - 20, 18, 16 баллов. Расстояния измеряются шагами. "Под чутьем понимается способность собаки при помощи обоняния находить дичь. Чутье ценится дальнее, верное и верхнее". "Дальность чутья определяется способностью собаки на том или ином расстоянии причуивать дичь. Дальность определяется и расценивается по самым дальним работам собаки или, что особенно удобно, на работе по перемещенной птице"..., "Высшим баллом оценивается собака, причуявшая хотя бы одну из (желательно перемещенных) птиц не ближе 25 шагов". Оценка снижается: 24-20 шагов - на 1 балл, 19-15 шагов - на 2 балла, 14-11 шагов - на 3 балла, 10-8 шагов - на 4 балла, 7-5 шагов - на 5 баллов, 4-3 шага - на 6 баллов, 2-1 шаг - на 7 баллов. В 1959 году ввели лимит за дальность: диплом I ст. - 7 баллов, II ст. -6 баллов и III ст. - 5 баллов. "Верность чутья - способность собаки сработать безошибочно и точно всех встреченных ею птиц, оказавшихся в пределах дальности её чутья, и отметить потяжкой или в крайнем случае приостановкой свежие сидки или наброды дичи". Оценка снижается: за работу по "птичкам" - на 1 балл,одна пустая, твердая с посылом, стойка - на 2 балла, неоднократно пустые стойки, включая и первую (суммарно) - на 4 балла. "Верхнее чутье или "верх" определяется способностью собаки пользоваться воздушными течениями, чтобы причуять птицу, а не её наброды. Поэтому собака должна с поднятой головой "ловить ветер", "держать поле на чутье". Оценка снижается: обнюхивание набродов после взлёта птицы - на 1 балл, обнюхивание набродов до взлёта птицы - на 2 балла, обнюхивание старых набродов без наличия птицы - на 3 балла. "Потяжка - качество присущее легавым породам собак. Отсутствие потяжки не может служить препятствием к оценке собаки на диплом. Потяжка определяется настороженным приближением собаки по прямойили слегка зигзагообразной линии с поднятой головой по направлению к причуяной дичи или её следу, начиная с момента изменения первоначального хода собаки до стойки по птице или перехода собаки в поиск, при отметке сидок, а также набродов дичи. Потяжка ценится дальняя, отчетливая и уверенная". Высший балл - 5. Оценка снижается: потяжка менее 10 шагов - на 1 балл, менее 7 шагов - на 2 балла, менее 3 шагов - на 3 балла, менее 2 шагов - на 4 балла. Для всех трех степеней диплома проходной балл за стойку - 3, за "постановку" и "послушание" (суммарно) - 12. В постановке, среди прочих ошибок и грехов, учтены и посовы к перепархивающей вблизи птице -оценка снижается на 1-2 балла, но останавливаемые окриком - на 4-5 баллов; однократная угонка - на 6-7 баллов, за неоднократную угонку собака снимается с испытаний. Третий период (1981 г.) Чутье дифференцируется и его формулировка по сути такая же, как и в Правилах предыдущего периода, только "верх" заменен на "манеру причуивания". Минимально лимитирующие баллы за чутье (суммарно) без изменений, из них: дальность и верность равноценные качества и лимитируются одинаково - 8, 7, 6 баллов. Расстояния измеряются в метрах. "Дальность" - формулировка осталась без изменений, только уточняется определение расстояний: высшим баллом (10) оценивается по перемещенной птице: а) болотная дичь - 25 метров и дальше, б) полевая дичь - 16 метров и дальше. Оценка снижается (болотная дичь - бекас и дупель): 24-18 метров - на 2 балла, 17-12 метров - на 3 балла, 11-6 метров - на 4 балла. Для диплома I ст. обязательна работа по перемещенной птице. "Верность" - формулировка без изменений, но с небольшим уточнением: "допускаются отметки сидок и набродов...". Оценка снижается: работа по "птичкам" (не более 2-х работ) - на 1 балл; неточное указание местонахождения птицы в моменты подъема - на 1-3 балла; твердая стойка с посылом, но без подъема дичи - на 2-3 балла; то же дважды - на 4 балла; то же трижды - собака снимается с испытаний; следовая работа, оканчивающаяся подъемом дичи - на 2-4 балла. "Манера причуивания - способность собаки пользоваться воздушными течениями, чтобы причуять птицу". "Высшим баллом (5) оценивается собака с манерой причуивания запаха птицы с поднятой головой". Оценка снижается: "м.п." в основном верхняя, но с кратковременным обнюхиванием следа птицы - на 1 балл; обнюхивание следов и набродов птицы - на 2 балла; "м.п." в основном следовая - на 3-4 балла. "Потяжка - высшим балом (5) оценивается дальняя, отчетливая, уверенная, прямолинейная, постепенно замедляемая, при приближении к птице или месту её свежей сидки". Оценка снижается: потяжка короткая или неуверенная - на 1-2 балла; потяжка неясно выраженная или отсутствует - на 3-4 балла. Лимит за стойку для диплома III ст. - 3 балла, для диплома II и I ст. -4 балла. Лимит за "постановку" и "послушание" (суммарно) для диплома III ст. - 12 баллов, для диплома II и I ст. - 14 баллов. Попробуем разобраться в столь разных точках зрения на одно и то же качество, и сделаем выводы. В гернгроссовском варианте определения "чутья" бросается в глаза, непривычный для нас и на первый взгляд довольно странный, второй элемент - "соединенная со страстным влечением к этой дичи", вместо привычного нам третьего элемента "манера причуивания", заменившая "верх". Но следует обратить внимание на деталь в первом элементе чутья: "запах самой живой дичи", и в третьем (у нас он второй): "завершающимися стойкой". Оказывается все логично - Гернгросс и иже с ним не признавали "чутьем", достойным расценки, причуивание и потяжку (упаси, Боже, стойку!) по набродам и сидкам, даже свежим. Уверенная, ярко выраженная потяжка должна оканчиваться только стойкой. Допускалась "легкая", т.е. коротенькая и ненапряженная потяжка, самое большее "приостановка на одно мгновенье". Поэтому и "страстное влечение к самой дичи", но не к её следу, подразумевает то, что собака изначально разрешила для себя вопрос о присутствии дичи, но еще движется на потяжке, чтобы точно определить место её нахождения. Когда и этот вопрос решен, должна быть стойка. Элемента "верхнее чутье" или "манера причуивания" в расценочной таблице нет, даже в объединении с каким-нибудь другим элементом, но ..."чутье ценится острое, дальнее, верхнее"... Это не формулировка, а оценка. Под термином "острое", очевидно, подразумевается наш термин "верное". Употребление слова "верхнее" подчеркивает только единственно возможный способ проявления "дальности" чутья - улавливание запаха дичи в воздушном потоке, а не на земле ("без утыкания носа в землю"). Но и работа по следу может быть "без утыкания носа в землю". Гернгросс вообще слово "верх" и производные от него употребляет очень редко - ведь дальнее чутье не может быть проявлено другим способом. Здесь слова "дальнее" и "верхнее" почти синонимы, аналогично выражению "масло масляное". Лежачая стойка английского сеттера не позволяет ему поднять голову выше уровня головы стоящей собаки с вытянутой вперед шеей и головой на уровне спины, но это не значит, что "англичанин" и упомянутая собака могут улавливать запах самой птицы только накоротке, они, так же как и пойнтер, дальнюю эманацию ловят в воздушных потоках, хотя манера держать голову у них разная - для пойнтера характерно задирание головы даже недалеко от птицы. Чутье расценивается в комплексе без деления на элементы уже потому, что проблематично расценить "страстное влечение". Отсчет расстояния для определения "дальности" от стойки, а не от начала потяжкиимеет свою логику: какой практический смысл в дальней прихватке, если стойка от птицы накоротке? Дальнее чутье предпочтительней короткого именно потому, что собака имеет больше шансов не насторожить птицу и дать возможность охотнику подойти к, ничего не подозревающей, спокойной дичи. И чем короче потяжка и больше расстояние от стойки до птицы, тем очевидней достоинства обоих, дополняющих друг друга, элементов чутья и их полная гармония. Дисгармония дальности и верности делает бессмысленной самую дальнюю прихватку, если собака плохо дифференцирует запахи. Поэтому 10-15 шагов от стойки до птицы, при отсутствии пустых стоек и пр., по убеждению Гернгросса, дает право на присуждение диплома I ст. при 20 баллах. При таком подходе к определению чутья теряет смысл деление его на элементы. Так что не стоит падать в обморок от сверхдальних прихваток, логичней приходить в восторг от твердой стойки, сделанной по самой дичи за 20 шагов от нее. Работа собаки перед дичью состоит из нескольких моментов: прихватка - встреча с запахом дичи; переход прихватки в потяжку - время осознания запаха; замедление потяжки - момент осознанного присутствия дичи ("страстное влечение к этой дичи"); стойка - момент четко осознанного места нахождения дичи. Подводка - это уже дело техники (технический элемент). Бывают собаки, у которых при встрече с запахом самой дичи все моменты работы сливаются в один, они мгновенно решают задачу с тремя неизвестными: при наличии ветра, если запах исходит из одной неподвижной точки, даже если эта точка находится среди жировых набродов, собака сразу делает стойку; если запах исходит от движущейся на ветер птицы, то и собака движется за птицей с той же скоростью, что и птица, не напирая на нее (это как бы стойка в движении); в безветрие или в крепком месте (лес, кустарник), попав на свежий след дичи, собака быстро проверяет его, срезая углы поворотов и не утыкая носа, в землю (так же, как это делает гончая-верхочут), и если в конце следа находится дичь -собака замирает на стойке, если дичи нет - собака без задержки продолжает поиск. Поэтому у этих собак при наличии ветра потяжка отсутствует: зачем проверять место, откуда исходит информация, если в самой информации уже есть ответ - место, увы, пусто. Самое большее, что они могут себе позволить, пересекая струю воздуха с информацией, это чуть сбавить ход. Как правило, пустых стоек у них не бывает. Эти прагматики могут и не обладать выдающимся стилем - манера нести голову не всегда подчеркивает их великолепное чутье. При жизни Гернгросса "Правила незыблемо оставались тем кодексом, коснуться которого критически было невозможно: автор стоял настороже, и горе тому, кто посягал на его детище". Что же не устраивало в старых Правилах? Высокая требовательность, жесткость условий (особенно в отношении верности чутья), диктуемые поставленной целью. Во время действия "старых" Правил все выдающиеся полевики были наперечет, их было мало, но о них знали все. После реформы 1939 года из Правил исчезла их преамбула - цель испытаний. Далее под знаменем прогресса идёт смелая, но не всегда обоснованная дифференциация комплексов на элементы (благо баллов в расценочной таблице предостаточно). Изменились и некоторые формулировки и, что особенно поражает, требования. Из самих Правил исчезли пояснения и аргументация - остались скупые указания с набором цифр. Это уже стали не Правила, а инструкция для механического учета того, что видишь, и совсем не обязательно понимать увиденное - было бы красиво и "с высоко поднятой головой". После утверждения Правил в 1955 году и до 1959 года пять лет дифференциация "чутья" была абсурдом - любая пропорция соотношений дальности и верности в сумме позволяла пройти на диплом любой степени! После введения лимита за дальность, верность оказалась второстепенным качеством. На самом же деле она-то и была камнем преткновения на пути к высоким наградам для многих дальночутых собак того времени, хотя и требования к дальности стали ниже, чем в старых Правилах: расстояния для определения дальности измеряются шагами, но не от стойки до птицы, а "...причуявшая хотя бы одну из...", т. е. надо понимать - от начала потяжки (с момента прихватки запаха). Проходной балл для диплома I степени 7, равен 11-14 шагам (8-10 метрам). Для "верности" количество пустых стоек не ограничено и штрафуются они не более, чем 4-мя баллами из 10 возможных. При расценке "верха" все сводится к учету обнюхивания набродов, хотя из 5-ти баллов можно потерять 3 - важна не суть, а внешнее выражение. При неограниченном количестве пустых стоек возможен был диплом любой степени, но при 6-ти баллах за верность нужно было набрать необходимое количество баллов суммарно, т. е. верность 6 + верх 4 + дальность 10 = 20 (минимальных для диплома I степени) баллов. Как неизбежное следствие - всплеск дальночутого пустостойства. Примером могут служить чемпионы того времени, начиная от ч. Блека 26/п и до ч. Крапа 1013/п включительно, хотя первопричина этого массового явления зарыта глубже. Вспомним хрестоматийный пример - отчет 1925 г. о испытаниях знаменитого черного пойнтера, ч. Камбиза 4685, получившего диплом I степени при 24 баллах за чутье, расцененное по двум работам, одна из которых была потяжкой по месту слёта бекаса на 40 шагов: "... с высоко поднятой головой, правильно по прямой линии, смело и уверенно отметилсидку, после чего без задержки ринулся снова в поиск". Вторая работабыла по бекасу на 75 шагов, из которых 40 шагов пришлись на потяжку. Перемещенной птицы не понадобилось. Гернгросс не присутствовал на этих испытаниях, но его реакция в печати была однозначной: "судьи не сумели разобраться в том, что они видели, и сделать правильные выводы". Ровно через неделю Камбиз провалился на Всесоюзных состязаниях: "страстные могучие стремительные потяжки и пустые стойки"... В 1929 году на VII Московских испытаниях, выступая в отделе лучших собак, Камбиз, в начале же своей работы после эффектной, длительной потяжки, сделал пустую стойку, и был снят. Несмотря на частые провалы, Камбиз был кумиром своего времени и оказал огромное влияние на породу. К сожалению, кроме великолепного стиля и дальнего чутья, он передавал своим потомкам и пустостойство. По этому поводу М. Д. Менделеева выразилась афоризмом Пушкина: "Тьмы жалких истин нам дороже нас возвышающий обман". Очевидно, собаки этой линии не имели склонности к низовой работе, поэтому поклонники черных пойнтеров без тени сомнения ввели в комплекс "чутье", вместо таинственного "страстного влечения", такой зрелищно выразительный и, по их убеждению, рабочий элемент - "верх". Гернгроссовское "страстное влечение", как элемент чутья, неубедительно и не могло остаться в новой редакции Правил, т.к. по сути характеризует только верность чутья и ничего больше. Влечение к самой дичи, а не к ее следу, возникает в тот момент, когда собака уже разобралась в уловленном запахе, но продолжает движение на потяжке, пока не определит место нахождения птицы. Но еще до того, как разобраться, собака уже устремилась в сторону источника запаха, и если у нее слабая верность при хорошей дальности, то потяжка получается длинной, а стойка накоротке или вообще пустая стойка. Если же собака правильно разобралась и запах только от следа, то ее "страстное влечение" моментально исчезает, и она снова уходит в поиск, не делая стойки. Несмотря на реформу, никто не посмел посягнуть на освященную временем 100-балльную расценочную таблицу, хотя и дифференцированную, но с теми же строго канонизированными баллами по комплексам. 25 делить на 2 - неудобно, да и 10-ти баллов с лихвой хватает на каждый бесспорный элемент чутья - дальность и верность. Таким образом, оставшиеся 5 баллов достались "верху" (теперь - манере причуивания). Многие современники Гернгросса прекрасно понимали, что дальнему чутью при наличии ветра сопутствует только верхняя манера причуивания. Ставя высокие баллы за дальность, мы уже знаем и манеру причуивания, но и при коротком чутье манера причуивания может быть верхней - собака ловит эманацию в воздушных потоках, но, увы, чует недалеко. Очевидно, что соль не в манере причуивания, а в силе чутья. Почему же "верх" сталиопределять по реакции собаки на наброды? Только потому что она в них копается, или отмечает с высоко поднятой головой? Просто непостижимо - ведь чутье определяется (дальность, во всяком случае) при работе не по набродам, а непосредственно по птице... С потяжкой тоже все понятно: если наши любимцы работают с такой длинной красивой потяжкой, правда, не всегда заканчивающейся результативной стойкой, то потяжка становится необходимейшим элементом - чем длиннее потяжка, тем выше балл за "дальность" чутья, которое определяется уже не от стойки до птицы, а от начала потяжки. Фактически потяжка стала основным определителем дальности чутья, но расценивается как самостоятельный независимый элемент, хотя её отсутствие и "не может служить препятствием к оценке собаки на диплом". Весьма вероятно, что именно в этот период отождествилось понятие об особенности чутья некоторых собак, обращать внимание только на запах самой дичи, а не её следов, с понятием верхнего причуивания, и появилась новая трактовка термина "верх". Старинные термины "верхнее чутье", "нижнее чутье" определяют не только манеру держать голову, но и действительную дальность и к верности отношения не имеют. Камбиз и его потомки частенько опровергали первую часть нового понятия "верх" - обращать внимание только на запах самой птицы, хотя и работали "чистым верхом", ловя эманацию в воздухе и не унижая себя ковырянием на следу. Собаки, обращающие внимание только на запах самой птицы, не нуждаются в длинной потяжке, и в то же время прекрасно могут отработать отбежавшую за ветром птицу по следу и, естественно, проверочных потяжек и пустых стоек у них не должно быть. Забыв о цели испытаний - разводить собак для охоты, а не для состязаний, Правила способствовали превращению испытаний в своеобразный спорт. Если фильд-трайльсовые парные состязания ставят главным условием: нахождение максимального количества дичи в кратчайшее время, то условием наших испытаний тех лет были: сверхдальняя прихватка с высоко поднятой головой, длиннейшая потяжка и эффектная стойка (желательно не пустая). Кстати о фильд-трайльсах, из статьи Н. П. Лунина в "Охотничьей газете" за 1928 г. "Мои впечатления на выставке и полевых испытаниях в Швеции": "...потяжки я не видал, но у настоящих полевых с таким сильным ходом обыкновенно и у нас потяжки не бывает. Собаки с полного хода внезапно падали или замирали на стойке. Подводка была почти у всех плавная, без всякого понукания со стороны ведущего". Отрыжка старой школы судейства иногда встречается и сегодня. Выражается это, прежде всего, в расценке стойки и потяжки в .функциональном разделе расценочной таблицы,(очевидно, не без влияния авторитета Гернгросса, к трактовкам которого многие относятся, как к Священному Писанию), в их понятиях для стойки в этом разделе мало быть "твердой" (без посыла не двигаться в подводку), но и обязательно напряженной и с поднятой передней ногой, а для английского сеттера еще и лежачей, иначе высшей оценки не бывать. Потяжка обязательно должна быть длинной и с высоко поднятой головой. (Что же тогда ценить в разделе "стиль"?) А дурную привычку копаться на набродах они наказывают в графе "манера причуивания", невзирая на прекрасную дальность. Третий период (без учета 3-х лет действия "экстремальных" Правил) длится более 20 лет. За это время в охотничьей периодике было немало статей, посвященных теме испытаний, в том числе и с разъяснениями Правил испытаний, что дает повод сомневаться в их совершенстве. В современных Правилах чутье подразделяется, так же как и в предыдущих, на три элемента, только "верх" заменен на "манеру причуивания". Судя по этой замене мы сделали шаг вперед в понимании сути этого элемента , но второго шага сделать не посмели - манера причуивания осталась в комплексе "чутье", как одна из его составляющих, и хоть она не лимитируется, но её оценка влияет на суммарную оценку всего комплекса. Правила сообщают, что манера причуивания - способность собаки пользоваться воздушными течениями, чтобы причуять птицу, но не сообщают, чем нужно пользоваться, если птица побежит в полветра или по ветру. В "ориентировочной шкале оценок" мы узнаем, по каким внешним признакам оценивается манера причуивания высшим баллом: "причуивание запаха птицы с поднятой головой". Но ведь в примечании к графе "дальность" подчеркивается: "работа по следу (хотя бы и с поднятой головой), при каком бы то ни было расстоянии..." Также нигде не указывается в какие моменты работы собаки определяется манера причуивания, поэтому идёт фиксация дурной привычки копаться на набродах и сидках. То, что в данных Правилах дальность и верность равноценные качества, во многом приближает нас к изначальной цели испытаний, но насколько четко даны формулировки и учтены ли все необходимые требования, предъявляемые к двум основным элементам "чутья", можно увидеть при сравнении Правил 1925, 1955 и 1976 г.г. с предлагаемым вариантом. Препарация "чутья" на "дальность", "верность" и "манеру причуивания" имеет претензию на научный подход в его определении и оценке - мы чисто с научной точки зрения хотим очень точно знать, на каком расстоянии собака может прихватить запах дичи вообще, но нам почему-то стало безразлично, на каком расстоянии от самой дичи собака сделает стойку. Судя по тому, что в "ориентировочной шкале оценок" в графе "дальность" даже не упоминается о наскоках на дичь и проходах её под ветром на близком расстоянии, эти недостатки или не имеют никакого значения, или их нужно рассматривать в графе "верность", но и там об этом ни слова. Определение верности сводится к простой формуле: верность должна быть верной ("экономика должна быть экономной"). Не намного лучше с определениями и в "ориентировочной шкале оценок", например, что имеется в виду под замечанием: "Следовая работа, оканчивающаяся подъемом дичи - оценка снижается на 2-4 балла" или "Работа по мелким неохотничьим птичкам (не более 2-х работ)"... Неужели после 3-х работ именно по птичкам не больше жаворонка собаку нужно снимать с испытаний, как за пустые стойки? А по вороне или выпи работать можно? Потяжка расценивается, как самостоятельный рабочий элемент, с тем же определением и требованиями к ней, что и в предыдущих Правилах, - чем длинней, тем лучше... но без напирания на птицу... Не лишены курьезов и другие параграфы Правил. Вот и попробуй разобраться во всех этих неограниченных возможностях для широчайшего диапазона догадок, версий, умозаключений и принять единственное правильное решение! Выводы: 1. Чутье у собаки едино и относительно неизменно, а манера причуивания может быть разной, в зависимости от ситуаций. Чутье состоит из двух взаимодополняющих элементов - дальности и верности, которые являются равноценными качествами, ибо "не признаются чутьистыми собаки одинаково: как те, которые не чуют птицы, проходят близко от нее без стойки или сталкивают её, так и те, которые становятся, хотя бы на большом расстоянии не по самой птице, а по её набродам или местам сидки, где птицы в момент стойки уже нет" (из Правил 1935 г.). Лимитирование дальности и верности дает возможность объективно оценить каждый элемент чутья без подгонки под общий (суммарный) балл, и в то же время не дает возможности завысить или занизить степень диплома. 2. Манера причуивания - прием (способ), включающий в работу первый элемент чутья - дальность. Его эффективность зависит от наличия и постоянства ветра. Манера причуивания прямо пропорциональна дальности, поэтому не возникает противоречий при ее оценке в комплексе "чутье". В современных "лесных" Правилах манера причуивания, так же как дальность и верность, отдельно не расценивается, но на общую оценку чутья влияет. В "Правилах по болотной и полевой дичи" все три элемента расцениваются отдельно, хотя оценка манеры причуивания вынужденно бывает завышенной, так как при оценке основных элементов минимальными проходными баллами, оценку следовой манеры причуивания приходится подтягивать к суммарной оценке всего комплекса. 3. Чтобы быть последовательными и не заниматься фальсификацией, нам нужно в "Правилах по болотной и полевой дичи" отказаться от лимитирования чутья суммарно, тем более, что это и не логично, так как степень диплома уже определяется по двум основным лимитируемым элементам чутья. Лимитируя чутье суммарно, мы тем самым вводим лимит и за манеру причуивания, что противоречит Правилам. По той же причине в "лесных" Правилах минимальную лимитирующую оценку чутья для диплома 111 степени необходимо снизить на 1 балл. 4. Потяжка - средство (инструмент), с помощью которого увеличивается анализаторская возможность второго элемента чутья - верности, одновременно она является и показателем его слабости. При слабости первого элемента - дальности (короткое чутье) или при отсутствии ветра, потяжка обслуживает оба элемента чутья при работе по следу. Потяжка и верность находятся в обратной пропорциональной зависимости, поэтому и нет потяжке места в комплексе "чутье", хотя она, так же как и манера причуивания, является его вспомогательным элементом. Если за недостатки мы вычитаем штрафные баллы из высшего балла, определенного для каждого качества, то оценка инструмента, выявляющего эти недостатки, возвратила бы изъятые баллы в общую оценку комплекса. Получился бы парадокс: чем хуже качество - баллы отнимаются, тем активней работает инструмент - баллы возвращаются. Когда потяжка оценивается вне комплекса, который она обслуживает, то парадокс менее заметен, но он не исчезает совсем - хотя возвращенные баллы и не влияют на оценку чутья, они увеличивают общую сумму баллов за всю работу собаки. Хорошее чутье, не нуждающееся в потяжке, уменьшает общую оценку всей работы в целом - это уже не парадокс, а нонсенс. Потяжка - очень заметный и эффектный элемент работы легавых собак и игнорировать её полностью было бы не логично. Ценить её и можно и нужно, но не как самостоятельный рабочий элемент, а в том комплексе, где она подчеркивает достоинства, а не недостатки, т.е. в комплексе "стиль". 5. И, наконец, последнее: пора, не прекращая научного эксперимента по определению дальности чутья вообще, заняться определением и оценкой результата совместных усилий дальности и верности - расстояния от стойки до дичи. И, чтобы не быть правоверней самого Магомета, то бишь Гернгросса, измерять его нужно не метровыми шагами, как все другие необходимые промеры (расстояния от начала потяжки, посовы, угонки и т.д.), а нормальными (0.75 м) и в тех же пропорциях, какие были в старых Правилах. Если собака работает без потяжки, то все остается по-прежнему - шаги метровые. Чем длинней потяжка, тем важнее учитывать расстояние от стойки до дичи. Расстояние от начала потяжки до дичи расценивается в графе "дальность", расстояние от стойки до дичи, при наличии потяжки, расценивается в графе "верность". 1.1. Дальность. Из двух основных элементов чутья первым проявляется способность собаки на том или ином расстоянии улавливать запах дичи (не обязательно исходящий от первоисточника - самой дичи). Многолетним опытом установлено, что минимальная дальность, достаточная для оценки собаки на диплом, это расстояние от собаки до дичи, позволяющее не вспугнуть птицу (для дупеля это 5 м, для перепела - 3 м). Часто дичь выдерживает и меньшее расстояние, а в других случаях бывает очень сторожкой - не подпускает собаку на стойку и на 10 метров. Поэтому причуивание на расстоянии менее указанного не отвечает Требованиям для присуждения диплома. Работа короче 3 и 5 метров оценивается уменьшением количества баллов соответственно расстоянию. Проход птицы под ветром или её сталкивание без причуивания, когда собака находится в непосредственной близости от нее (соответственно 3 и 5 м), говорят о слабости чутья, о его непроявлении даже на минимальном расстоянии от источника запаха. При коротких работах по затаившейся птице сравнительно легко определить дальность: короткая прямолинейная потяжка (1-2 м), уверенная стойка, прямолинейная подводка, после которой прямо по линии движения собаки взлетает птица (перепел в 2-3 м, дупель в 4-5 м от стойки). Две такие работы дают достаточное представление о давности чутья собаки и не требуют дополнительных встреч с птицей, тем более перемещенной - собака четко проходит по этому элементу на диплом III степени. При следовой работе по жирующей или по бегущей птице собака долго тянет не по прямой, а следует за ней по ломаной линии (возможно и с очень тупыми углами); когда птица западет, собака твердо станет в стойку. В этом случае дальность измеряется от стойки до места взлёта птицы, если собака подняла её быстрой прямолинейной подводкой, и та взлетела по носу собаки. Если птица взлетела в нескольких метрах (3-5) в стороне от места, куда ткнулась собака в конце подводки, то учитывается расстояние от стойки до того места, куда ткнулась собака, но в данном случае снижаются баллы за верность. Если собака стала после прямолинейной потяжки или без нее, а после подводки в указанном собакой месте птицы не оказалось, и она была поднята после доработки по следу или рысками, или взлетела самостоятельно в стороне, то учитывается расстояние от места прихватки до того места, куда ткнулась собака в конце подводки. Разумеется, и в этом случае баллы за верность снижаются. В том случае, когда из 2-х работ одна была короткой по небегущей птице, а вторая - по дальности претендующей на диплом II или I степени, но по птице, вызывающей сомнение в её неподвижности, эксперты обязаны предоставить собаке перемещенную птицу. Единственным гарантом определения дальности служит перемещенная на глазах у судей птица, севшая в точно замеченное место, обсидевшаяся не менее 10 минут и взлетевшая с зафиксированного места, сработанная собакой. Во всех других случаях измерение дает лишь приблизительное, а иногда и искаженное представление. Измерять расстояния нужно не только от начала потяжки, но и от стойки до птицы, что должно учитываться и при оценке верности. Увы, на практике идеальные варианты - нечастое явление. При наведении собаки на перемещенную птицу нужно особенно внимательно следить за её действиями. Если собака, прихватив, потянула (или без потяжки) и твердо стала, но не точно по месту посадки птицы, а несколько в стороне, и после посыла четкой подводкой (или броском) поднимает птицу прямо по линии движения (по носу), то дальность чутья определяется как обычно, т. е. от места прихватки до места взлёта птицы, несмотря на то, что последняя отбежала с места посадки. В этом случае собака сработала птицу идеально, показав не только возможную для себя дальность, но и безукоризненную верность, отдифференцировав самую птицу от места её посадки. И в этом можно легко убедиться, проверив то место, куда садилась птица, и ничего там не обнаружив. В том случае, если в месте посадки будет поднята птица, значит собака сработала не перемещенную, а постороннюю дичь, и вопрос с определением дальности остается открытым. В том случае, когда собака не прихватывает перемещенную птицу, а проходит её не поднимая, следует, выждав некоторое время, еще раз навести собаку на замеченное место посадки. Если и второй раз собака не реагирует на место посадки, то следует проверить на месте ли птица, пустив другую собаку или попытаться поднять птицу самому, если второй собаки нет. В случае положительной работы второй собаки или обнаружения птицы на месте другим способом, логично сделать вывод о слабости чутья первой собаки. Если птицы на месте и в ближайших 10-15 метрах не оказалось, то претензий к собаке предъявлять не следует. Если собака отработала место посадки, указав его твердой стойкой и подводкой, но после неудачных попыток самостоятельно птицу на крыло не подняла, и та была поднята в стороне ведущим, экспертами или вообще не была поднята, то работа классифицируется как "пустая стойка". Случаются блестящие работы, когда для определения дальности чутья не требуется перемещенная птица: водная преграда, через которую птица перебежать не могла; работа по одной из нескольких, сидящих близко друг от друга, птиц, когда при подходе ведущего или первых движениях собаки со стойки в подводку срываются одна-две птицы, а собака остается на стойке и только после повторного посыла поднимает "свою" птицу; или когда собака фиксирует нескольких птиц сразу (одновременно) - подняводну, чуть поворачивает голову и стоит по следующей. В этом случае дальность соответствует расстоянию от первой стойки до места взлёта второй или "своей" птицы. И все же, перемещенная птица в любом случае не будет лишней - работа собаки по ней снимает любые сомнения, дает полную гарантию и тем самым удовлетворяет требованиям Правил. Присуждение диплома I степени налагает на экспертов большую ответственность - переоценив производителя, можно навредить породе, введя в заблуждение многих собаководов, но и недооценка пользы не приносит... На весенних испытаниях (на дупелиных токах, по пролетным перепелу и коростелю) и для присуждения диплома II степени рекомендуется в любом случае давать собакам перемещенную птицу. То же рекомендуется и для состязаний, а на испытательных станциях проверка всех собак по перемещенной птице должна стать естественной необходимостью. Хоть сработать перемещенную птицу труднее, чем жирующую, изредка встречаются собаки, показывающие очень дальние (до дерзости) работы именно по перемещенной и весьма заурядные, и даже робкие, по жирующей птице. Этот парадокс можно объяснить недостаточной верностью чутья - когда запах распространяется из одной точки (пусть и далекой), собака работает очень уверенно, но в массе следов на жирах с трудом определяет место нахождения самой птицы, поэтому в этом случае потяжка излишне длинная и неуверенная, а стойка по птице часто накоротке. Делать вывод о чутье по одной, даже сверхдальней, работе нельзя. Перемещенная птица в любом случае "благо", но работа по ней должна быть подтверждением других дальних работ и не обязательно только по перемещенной. 1.2. Верность. Второй основной элемент чутья - способность собаки разобраться в уловленном запахе: быстро определить место источника запаха и, определив, замереть на стойке по самой дичи, а не её следу, на достаточном расстоянии от птицы, чтобы не вспугнуть её, или, не делая стойки, снова уйти в поиск, если запах только от следа. Неточные указания места нахождения дичи подводкой свидетельствуют о недостаточной дифференциации запаха самой дичи и запаха её следа. Чаще всего это случается, когда птица отбегает, но при порывистом ветре собака может промахнуться (в последнем случае ошибка не должна наказываться, если расстояние "промаха" не превышает 3-х метров от конечной точки подводки до места взлёта птицы). Естественно, на большом расстоянии (10-20 м) труднее дифференцировать перемещающийся запах, чем на расстоянии 5-8 м, следовательно, птица имеет больше шансов сбежать с зафиксированной стойкой сидки в первом случае, чем во втором. При дальних работах с неточным указанием подводкой места нахождения птицы, в том числе и с доработкой далеко отбежавшей, следует штрафовать собаку баллом, не лишающим возможности присуждения диплома I спепени, при коротких работах - баллом, допускающим присуждение диплома не выше II степени. Бывают такие дни, когда птица постоянно бежит, поэтому количество идентичных ошибок, допущенных собакой в определении места нахождения самой птицы, не должно иметь значения - собака наказывается один раз и в зависимости от расстояния от стойки до конечной точки подводки по самой короткой работе. Для сильно бегающей дичи (перепел, коростель, куропатка, фазан) это требование нужно смягчить, и не снижать баллы за верность, если птица взлетела сбоку или сзади собаки в пределах радиуса 3-х метров. Частые проверки длинными потяжками типичных мест обитания дичи или старых набродов не свидетельствуют в пользу верности чутья и должны влечь снижение оценки. Длительные приостановки (без потяжек или обычно сопутствующие частым безрезультатным потяжкам), когда собака после остановки без посыла проверяет заинтересовавшее её место, но ничего не поднимает или не идёт в подводку (самостоятельно или по посылу), а снова уходит в поиск, наказываются штрафным баллом, независимо от того, была перед собакой птица или её там не было. После 30 секунд эксперт имеет право дать указание ведущему послать собаку в подводку, так как это уже стойка. (Было бы принципиальней ограничить короткую приостановку 10-ю и длительную 20-ю секундами, но согласится ли с этим большинство легашатников?). Постоянные напирания на птицу на потяжках также наказываются в графе "верность", хотя отчасти могут зависеть от навыка работы по сильно бегающей дичи (коростель, перепел и др.). По отношению к верности чутья самым большим грехом легавой собаки считается "пустая стойка". Она определяется как твердая уверенная стойка с последующей подводкой по команде ведущего (по собственной инициативе или по требованию судей), под которой не оказалось ничего (ни дичи, ни “птички”, ни птенца, ни гнезда с кладкой яиц, ни битой дичи, ни подранка, ни шмеля или стрекозы, “ни ежа и ни ужа”), в том числе и стойка по перемещенной птице с недоработкой отбежавшей. В Правилах, с самого начала их возникновения и до 1939 г., для диплома I степени, а точнее для получения "чемпионата", даже намек на пустую стойку лишал права на присуждение этого звания. После пересмотра Правил ударились в другую крайность - лимит на присуждение дипломов определялся только по дальности, а верность почти полностью игнорировалась. С 1976 года в Правилах дальность и верность вновь стали равноценными элементами чутья, но в "Правилах по болотной и полевой дичи" 1 пустая стойка допускается и Для диплома I степени, при 2-х пустых стойках возможен диплом только III степени. В "Правилах по боровой дичи"для диплома I степени пустая стойка исключается, и это логично, так как при работе по сильно бегающей птице верность чутья играет главную роль, при этом большой дальности чутья не требуется, да и определяется она весьма приблизительно. 1.3. Манера причуивания. Третий элемент, непосредственно связанный с чутьем - умение собаки при улавливании эманации пользоваться ветром или следом, в зависимости от ситуации. Манера причуивания вспомогательный элемент и поэтому не лимитируется - она является предтечей и в то же время следствием дальности чутья. Манера причуивания напрямую зависит от наличия и постоянства ветра. Пользоваться ветром, даже одаренные хорошим чутьем, собаки учатся постепенно, в процессе накопления опыта. Опытные дальночутые собаки при слабом, часто меняющим направление, ветре или штиле периодически обнюхивают землю и, найдя след дичи, пытаются по нему добраться до его первоисточника - самой дичи, и не могут в этом случае полностью проявить свои возможности. Поэтому в Правилах есть обязательное условие: испытывать собак можно только при наличии ветра. Как определить и расценить манеру причуивания? Для иллюстрации представим работу двух дальночутых собак по бегущей птице. Первая работает с ярко выраженной потяжкой и, после посыла, плавной четкой подводкой показывает место сидки, а отбежавшую птицу уверенно дорабатывает по следу. Вторая без потяжки, с большого хода сразу делает стойку, а при подходе ведущего медленно и галсами продвигается со стойки вперед, высоко подняв голову. Снова стойка, а после посыла подводка броском и обнюхивание места взлёта поднятой на крыло птицы. Дальность чутья у первой собаки определяется от места прихватки запаха до места, в которое ткнулась собака в конце подводки. У второй собаки дальность определяется от последней стойки до места взлёта птицы. Верность у первой собаки штрафуется одним баллом (при дальней стойке доработка по следу отбежавшей птицы). У второй собаки верность безукоризненна. Здравый смысл и логика подсказывают, что манеру причуивания нужно определять с момента прихватки запаха (резкое изменение направления и темпа хода) вплоть до указания места его источника подводкой. Момент, фиксирующий дальность у первой собаки, определяет и момент манеры причуивания, а доработка по следу отбежавшей птицы в оценку манеры причуивания не входит. У второй собаки манера причуивания определяется с момента первой прихватки до момента взлёта птицы, так как собака все время держала птицу на чутье, улавливая запах, идущий непосредственно от самой птицы, по воздуху. В её работе манера причуивания подчеркнута не только дальностью, но и верностью чутья. Обнюхивание следа после взлёта птицы говорит о недостатке опыта (страстное любопытство) и идёт в минус "натаске", и не более того (по условиям Правил после взлёта птицы собака должна остаться на месте). Обе собаки заслуживают высший балл за манеру причуивания. С достаточной точностью манера причуивания, так же как и дальность, может быть определена только по перемещенной птице. Когда нет следа и запах идёт из одной точки, собака вынуждена показать способность (или её отсутствие), пользуясь только ветром, обнаружить чутьем самую птицу. Из-за того, что работу по перемещенной птице не всегда удается дать испытуемой собаке, определение манеры причуивания иногда подменяют впечатлением от того, насколько высоко или низко несет собака голову на поиске, и тем более учитывают, когда собака "копается" в набродах. Дурная привычка копаться на набродах, как правило, результат невнимания натасчика, реже - дефект верности, но не дальности, так как и дальночутые собаки, прекрасно умеющие пользоваться ветром, часто грешат этим недостатком. Мнение, что собака, работающая с высоко поднятой головой, имеет лучшее чутье и причуивает самую птицу, а не её следы, необоснованно, потому что расстояние от носа собаки до следа при поднятой голове лишь на 20-30 см больше, чем в тех случаях, когда собака несет голову ниже уровня спины. Манера нести голову высоко или низко не говорит ни о чем, кроме стиля, и должна отражаться в соответствующей графе. Весьма показательна манера причуивания во время работы по бегущей на ветер птице, где хорошо видно - держит ли собака на чутье птицу или идёт по следу. Если собака относительно дальночута, то она пытается определить место нахождения птицы, пользуясь воздушными потоками - "верхнее чутье". Короткочутая же, наткнувшись на след, пытается по нему добраться до самой птицы, игнорируя ветер - "нижнее чутье". Если собака на потяжке пользуется и ветром, и следом, то это будет "смешанная" или "комбинированная" манера причуивания. Ввиду тесной взаимосвязи "манеры причуивания" и "дальности", баллы за эти элементы должны соответствовать друг другу. Но и при коротком чутье манера причуивания может быть верхней, только не наоборот. В "Правилах испытаний по боровой дичи" чутье оценивается в комплексе не только потому, что дальность определяется весьма приблизительно, но еще и потому, что лучшей манерой причуивания считается самая рациональная в каждом конкретном случае, т. е. в общем близкая к смешанной, а любая крайность считается недостатком. Одна и та же собака может получать высокие баллы за чутье (в том числе и за манеру причуивания) на испытаниях и по болотной, и по боровой дичи - все зависит от одаренности и опытности собаки, а также от условий, в которых ей приходится работать. 2. Поиск. Комплекс "поиск" разделен на два элемента. Первый из них - "быстрота" в основном зависит от врожденного качества - скорости хода. Второй - "правильность" больше зависит от натаски, хотя тенденция к "челноку" часто бывает врожденной. 2.1. Быстрота поиска. Скорость хода на поиске, безусловно, врожденное качество, но часто зависит от здоровья и натренированности собаки (выносливости). В условиях времени и места испытаний быстроту поиска собаки на данный момент можно выяснить не раньше, чем за 30 минут её работы. Раньше этого времени не следует торопиться с выводами: одной собаке нужно разойтись, другая горячо бросается в поиск, но быстро остывает, третья равномерно идёт от начала до конца испытаний, четвертая перемежает галоп рысью и т.д.. За 30 минут выяснить выносливость собаки невозможно, даже 3-4 часа полноценной работы на хорошем аллюре - не показатель выносливости. Частые проверочные потяжки, копание на следах, беспричинные переходы с одного аллюра на другой, отвлечение на всевозможные запахи, не связанные с дичью (норки грызунов, метки других собак, обнюхивание кустов и т.д.), сбивают ритм поиска и отнимают время, поэтому наказываются штрафными баллами, в зависимости от степени выраженности. Во многом быстрота поиска зависит от породы: то, что хорошо для немецкой легавой или гордона, недостаточно для пойнтера, английского сеттера или ирландца. В настоящее время не редкость гордон и немецкие легавые, по быстроте хода не уступающие пойнтеру или английскому сеттеру. Быстроту поиска измеряют не секундомером (отрезок расстояния за определенное время), а определяют его ровностью и целесообразностью скорости, в зависимости от условий угодий, количества дичи, наличия ветра и породы собаки. В языке охотников есть крылатые выражения: "чутье не по ногам" и "ноги не по чутью". Их можно понять и определить в работе той или другой собаки, но как их расценить? Скорость хода собаки заметно превышает возможности ее чутья - чутье не по ногам - собака наскакивает на дичь или пропускает её, не успевая среагировать. Не снимать же с элемента "дальность чутья", уже оштрафованного за сталкивания и проходы птицы под ветром, баллы дополнительно за излишнюю скорость хода или, что еще нелепее, ставить низкий балл за быстроту поиска, так как она мешает чутью. И обратное явление - при хорошем чутье медленный, скучный, но достаточно методичный поиск - ноги не по чутью. Но как быть в этом случае? Если упорной натаской можно в какой-то степени умерить прыть собаки, то никаким способом нельзя её прибавить. Ничего другого не остается, как объективно констатировать каждый элемент ("дальность чутья" и "быстроту поиска") в отдельности, при судействе по "Правилам испытаний по болотной и полевой дичи". В "Правилах испытаний по боровой дичи" неумение собаки в нужный момент сбавить скорость хода наказывается и в графе "мастерство поиска". Внимательно рассматривая диплом с квалифицированной оценкой каждого элемента работы, опытный собаковод может составить себе достаточно полное представление о полевых достоинствах и недостатках конкретной собаки. 2.2. Правильность поиска. Традиционный термин "манера поиска", как допускающий некоторое эстетическое представление, в виде страстности движений, своеобразии приема нести высоко голову и пр., предлагается заменить другим термином - "форма", "фигура", "рисунок" поиска или, точнее всего, "правильность поиска", что более верно в филологическом смысле и по сути дела. Фактически в этой графе расценивается правильность рисунка поиска на поле, тогда как эстетические элементы расцениваются в графе "стиль". Охотничья кинология знает две основные формы поиска, которые могут варьироваться в разных оттенках, приближаясь все же то к одному, то к другому типу - это поиск "на кругах" и поиск "челноком". Недостатки первой сводятся к тому, что собака вынуждена повторно обходить уже раз обойдённые места, что, естественно, противоречит принципу экономии времени и силы. Поиск "челноком" свободен от этого недостатка, и его преимущества очевидны. Если бы в Правилах оценивались обе формы поиска, то тогда термин "манера" в какой-то мере оправдывается - манера поиска "на кругах" и манера поиска "челноком". Но и в этом случае расценивалась бы правильность каждой манеры. У большинства современных легавых поиск "челноком" или точнее сказать тенденция к поиску "челноком" - врожденное качество. Но без специальных занятий (при движении ведущего всегда против ветра) и постоянного внимания (не только во время натаски, но и на охоте) можно легко испортить это ценное дарование. Гораздо больше труда и времени затрачивают те охотники, у которых собаки не обладают врожденной тенденцией к поиску, и его приходится вырабатывать (ставить) как бы с нуля. На испытаниях экспертам неизвестно происхождение поиска каждой выступающей собаки - они судят готовый результат. При испытании многопольных собак нужно помнить, что в местах с неравномерным размещением дичи требовать математически точного "челнока" не следует -опытная собака -будет пропускать пустые места и тщательно обыскивать характерные. На "челноке" расстояния между параллелями в среднем не должны превышать 10-15 м, так как при большем расстоянии возможны пропуски непричуянной дичи. Эта деталь "челнока" во многом зависит от умения и настойчивости натасчика. Основные требования к правильности поиска достаточно подробно изложены в Правилах. Что и ради какой практической цели расценивается в потяжке? После детального разбора комплекса "чутье", казалось бы, можно и не возвращаться к этому вопросу, но осталось еще несколько неучтенных противоречий. За более чем столетний период отечественные кинологи не смогли договориться, в каких случаях работу собаки перед птицей до стойки определять как потяжку. В книге "Охотничье собаководство", издание 1966 г., В. П. Рождественский трактует потяжку, как "замедленное движение собаки против ветра с поднятой головой к причуяной птице, с места первоначального причуивания до стойки", "...поэтому потяжку нельзя смешивать со следовой работой, сопровождающейся обнюхиванием следов жирующей или отбегающей от собаки птицы". "Потяжка возможна и по месту свежей сидки птицы, но также против ветра и с высоко поднятой головой". Здесь ни разу не сказано о манере причуивания - улавливании эманации в воздушных потоках. Возможно, что это само собой подразумевается, но все же упор делается на внешнее выражение потяжки: "с высоко поднятой головой". Далее, о функциональности потяжки: "С практической стороны потяжка ценна потому, что предупреждает охотника о близости птицы. Стойка без потяжки для охотника неожиданна, и, поскольку такая стойка бывает обычно "накоротке", часты случаи, когда охотник не успевает подойти к собаке, а птица уже поднимается". Неужели птица останется на месте, если собака продвинется еще и на потяжке? Когда бы это объяснение "практической стороны потяжки" относилось к работе спаниеля, то оно бы ни у кого не вызывало улыбки... Увы, сторонников такого определения функциональности потяжки немало и сегодня. Гернгросс прекрасно понимал функциональное назначение потяжки и обратную пропорцию в случае её оценки в самостоятельной графе, поэтому и был категорически против её отделения от подводки. Вместе с другим элементом, внешне похожим, хотя функционально и противоположным, потяжка как бы завуалировалась и её отсутствие или слабая степень выраженности вполне могли компенсироваться подводкой. Необходимость их совместной оценки он аргументирует "их главной сущностью -способностью, крадучись, приближаться к птице. Эту способность собака всегда будет иметь случай проявить, если не в потяжке, то в подводке, а следовательно, судья сумеет оценить это качество", и прибегает к примеру из статьи Лунина о шведских фильд-трайльсах (смотри выше), резюмируя: "Как будто ясно". Здесь тоже нельзя удержать улыбку, но уже по другому поводу - как быть,если потяжек больше, чем надо, а подводка отсутствует (мертвая стойка)? Неужели потяжка может компенсировать отсутствие подводки? Если и может, то только в графе "стиль". Разъединение этих элементов имеет принципиальное значение не для потяжки, а для подводки, как очень важного, совершенно самостоятельного функционального элемента, от которого во многом зависит результат охоты, тогда как от потяжки практически ничего не зависит. По нашему твердому убеждению, сущность подводки заключается в эффективной подаче птицы под выстрел, а не "в способности крадучись приближаться к птице" и не вспугнуть ее, т.е. главной сущности потяжки. Выходит - сущности-то у них разные. Следовая работа имеет тот же функциональный смысл, что и потяжка против ветра "с высоко поднятой головой": приблизиться к дичи, с целью определить место её нахождения и сделать стойку по ней. В обоих случаях важен результат, и не имеет никакого практического значения, каким образом этот результат будет достигнут - все зависит от ситуации. В Правилах в графе "верность" есть примечание: "допускаются отметки сидок и набродов потяжкой или короткой приостановкой". Сидки и наброды чаще всего отмечаются собакой с "утыканием носа в землю", а во время приостановки собака, так же как и на потяжке, разрешает для себя вопрос о присутствии или отсутствии дичи. Следовательно, по функциональному смыслу все три варианта идентичны. Психологически потяжка верхом, следовая работа или приостановка обрываются на том моменте, когда собака разрешила для себя вопрос о присутствии и месте нахождения или отсутствии дичи. В первом случае они должны заканчиваться твердой стойкой, во втором - переходом снова в поиск. Внешне потяжка (имеется в виду напряженное, постепенно замедляющееся продвижение собаки, после резкого изменения направления поиска и быстрого темпа хода) может быть прямолинейной, если запах идёт по ветру из одной точки, и извилистой, в зависимости от направления движения отбегающей птицы по отношению к ветру, при этом возможны приостановки и кратковременные проверки следа (не обязательно с утыканием носа в землю - следовая потяжка может быть и с поднятой головой и с низко опущенной, но она никогда не будет прямолинейной). Закроем вопрос с определением потяжки цитатой из старых (гернгроссовских) Правил: "... как собака вела: верхом или низом, или тем и другим? Если низом, то вопрос, конечно, решается в пользу потяжки по следу, а не по самой птице. Если верхом, то вопрос еще не окончательно решен..." Рассмотрим еще несколько противоречий, возникающих при оценке потяжки, как самостоятельного рабочего элемента. Попытки некоторых экспертов объяснить функциональный смысл длинных потяжек по затаившейся дичи, желанием собаки задержать птицу на месте (она и так на месте) и тем самым дать возможность охотнику подойти близко к птице, не выдерживают критики, так как противоречат требованию не напирать на птицу и сводят на нет преимущества дальнего чутья. Кроме того, здесь на потяжку налагается функция подводки. Когда расценивается длина потяжки и её прямолинейность, то в сумме с длиной подводки она является показателем дальности чутья и манеры причуивания, которые уже расценены в комплексе "чутье". Если потяжка отсутствует, то дальность чутья и манера причуивания определяются не менее точно (если не более) и без нее. Если при дальнем чутье потяжка еще имеет какой-то смысл, то у собаки с коротким чутьем она не желательна (здесь уместней приостановка), так как потяжка может привести к спору. Частые длинные (в десятки метров) потяжки, обычно не заканчивающиеся стойкой по дичи, утомляют и охотников и экспертов. Такие собаки называются "пустотягами" и этот порок сродни пустым стойкам. Если при длинных потяжках собака случайно наткнется на птицу, создается обманчивое впечатление о дальности чутья, которого на самом деле нет. Частые безрезультатные потяжки отнимают время, ломают рисунок поиска - в результате пропуски необысканых мест, что влечет за собой понижение оценки комплекса "поиск". И, наконец, в Правилах есть категорическое условие: "Ход шагом или на потяжках в течение 10 минут - собака снимается с испытаний". Так что же мы будем расценивать в потяжке? Может типичность, четкость и страстность движений? Когда собака не грешит пустыми потяжками, то страстная потяжка с высоко поднятой головой украшает работу легавой, будь то потяжка против ветра, по следу или когда собака ведет бегущую птицу, держа ее на чутье. По здравому смыслу ценить потяжку, как врожденное качество, нужно в комплексе "стиль" и нигде больше, только не вместе с подводкой, а отдельно. В этом варианте потеря баллов,из-за отсутствия или слабой выраженности потяжки, менее ощутима, вполне конкретизирована и логична, так как здесь потяжка является элементом, украшающим работу и характеризующим породные признаки (так же, как манера причуивания подчеркивает дальность чутья и расценивается в комплексе "чутье", а не отдельно, хотя умение пользоваться ветром более важное качество, чем потяжка). 3. Стойка. Стойка является кульминационным моментом в работе легавой собаки, это пик эмоционального напряжения, как у собаки, так и у охотника. Стойка - основной отличительный признак этой группы пород от всех остальных охотничьих собак. Без стойки нет легавой собаки, так как охота на таящуюся на земле птицу с собакой, обыскивающей большие площади угодий, но не обладающей твердой стойкой, теряет всякий смысл. Стойка - средство указания найденной дичи - выражается остановкой собаки перед дичью на достаточно длительное время (во всяком случае, до подхода к ней и команды охотника). Стойку легавая может проявить в полной мере только по дичи, надежно выдерживающей собаку в непосредственной близости от себя. Все попытки компенсировать отсутствие видов дичи, выдерживающих стойку, видами, её не выдерживающими (утка, например), должны категорически отвергаться, иначе может возникнуть ситуация,ведущая к ослаблению этого качества у легавой собаки и даже полной потере стойки. Небольшой, по сравнению с другими элементами работы, высший балл за стойку установлен не потому, что стойке придается второстепенное значение, а потому, что стойка уже настолько укоренилась в породе, что является качеством постоянным, да и для оценки её функциональности вполне достаточно 3-х баллов. Значимость стойки подчеркивается в Правилах её лимитированием. В Правилах до 1973 года за стойку был общий минимально лимитирующий балл для всех трех степеней диплома (3 из 5), и это было логично: ведь необходимая продолжительность стойки зависит от натаски, а сама стойка уже врожденное качество, и независимо от других качеств, у всех легавых, пригодных к охоте, твердость стойки должна гарантировать охотнику подход к собаке на достаточно близкое расстояние для производства "надежного" выстрела по взлетевшей птице. Понимая это, многие эксперты, присуждая диплом любой степени, расценивая стойку, пользуются только двумя цифрами - 4 и 5, считая остальные баллы мертвым балластом. Кроме того, единый проходной балл для всех трех степеней диплома не дает возможности недобросовестным экспертам манипулировать на состязаниях... До сих пор у некоторых экспертов бытует мнение, высказанное Гернгроссом в тексте Правил 1925-1935 г.г., о природе потяжки и стойки у легавых собак, объясняющее её скрадыванием хищником своей жертвы и замиранием перед броском: "потяжка, переходящая в стойку, стремится задержать птицу на месте", "... хищник стараетсявзглядом, сосредоточением его, как бы загипнотизировать жертву..." и т.д. Такое объяснение весьма спорно в части "гипноза" и "стремления задержать на месте". Скорее запах дичи гипнотизирует собаку (мертвая стойка), а не наоборот, да и вряд ли собака видит птицу уже с 5 метров, если та не на асфальте, тем более с 10 и далее. Гораздо убедительней объяснение осторожного скрадывания (потяжки) и остановки перед броском (стойки) "страстным стремлением" определить место нахождения жертвы, не вспугнуть её и приготовиться к точному броску - у хищника, а у воспитанной легавой собаки -дождаться посыла ведущего. Психологически потяжка заканчивается стойкой, когда легавая определила место нахождения дичи - дальше ей двигаться без команды нельзя. У тех собак, которые, обладая хорошим и отличным чутьем, все же напирают на птицу, останавливаются в предельной близости от нее, этот досадный недостаток логично объяснить атавизмом - желанием хищника подкрасться к своей жертве на возможно близкое расстояние. Другой причиной напирания на птицу может быть опыт (привычка) работы по видам дичи, близко подпускающим к себе собаку и не любящим взлетать (перепел, гаршнеп, молодой тетерев, коростель). Поэтому во всех отечественных руководствах по натаске легавых рекомендуется начинать натаску с бекаса, как очень строгой птицы. Как правило, собаки, натасканные по бекасу, работают любую дичь, не напирая на нее. Работая (по следу или пользуясь ветром) убегающую из под стойки дичь (те же перепел, коростель, куропатка и др.), собака осторожно преследует её до тех пор, пока та не остановится в удобном для себя месте (на меже, в кустах, в некоей или перед дорогой), и если собака не напирает, то дичьвыдерживает стойку и подход охотника. У некоторых экспертов создается впечатление, переходящее в убежденность, о сознательном стремлении собаки задержать птицу на месте (у собаки подсознательное стремление не стерять дичь с чутья). Все гораздо проще: хорошее чутье позволяет "держать птицу на чутье" и в то же время выдерживать дистанцию, плюс опыт (мастерство). Такие работы возможны только в определенный сезон. Когда тетерева или куропатки взматереют, то взять их из под стойки в открытом месте очень проблематично - они, как правило, не подпускают собаку на стойку и любой "гипноз" здесь бессилен. На бекаса "гипноз" тоже не действует. Сознание собаки проявляется в сотрудничестве с охотником, когда опытная собака, демонстрируя мастерство, обходит бегущую птицу, при этом теряет её с чутья, но отрезает путь к бегству, тем самым заставляет её остановиться или взлететь под выстрел охотника. Высшим проявлением сознательного сотрудничества является анонс. У охотников есть термин "мертвая стойка". Часто его употребляют не по назначению, подразумевая под ним "твердую стойку" - это не одно и то же. Под "мертвой стойкой" нужно подразумевать каталептическое состояние собаки, когда её очень трудно или невозможно послать в подводку, т.е. тугая подводка результат "мертвой стойки". Под "твердой стойкой" подразумевается замирание собаки перед дичью в полной неподвижности (отсутствие движения и неизменность позы), но только до посыла ведущего и, конечно, без самостоятельного продвижения к затаившейся птице. Когда собака после стойки самостоятельно (без посыла) осторожно ( не напирая) следует за отбегающей птицей, постоянно держа ее на чутье, это отнюдь не подводка, а в буквальном смысле слова "стойка в движении". Блестяще доказав нелепость стойки "по свежему следу", Гернгросс тут же вступает в противоречие с самим собой, не допуская после стойки самостоятельного продвижения собаки за отбегающей птицей, даже если птица сошла с чутья. Но откуда мы можем знать, что изначально стойка была по самой птице, если та не перемещенная? А в чем разница для собаки, перемещенная птица или нет? Для нее главное - держать птицу на чутье, а для нас важно - добыть птицу, после подъема ее на крыло собакой, но только по команде ведущего. (В этой графе расценивается только функциональная сторона основного отличительного элемента работы легавых собак - типичность, напряженность, пластичность и пр. стойки расцениваются в графе "стиль"). 4. Подводка. Завершающим этапом работы легавой собаки по дичи является подъем, причуянной и зафиксированной стойкой, птицы на крыло по команде ведущего. На охоте от качества подводки часто зависит результат выстрела. Природа потяжки и стойки рассмотрена выше, природу подводки логично объяснить броском хищника к жертве. Следует признать, что проявить и закрепить стойку у большинства легавых гораздо легче, чем укротить естественное для любого хищника желание овладеть добычей - посовы за взлетевшей птицей и даже гоньба, особенно после выстрела, не редкость среди пылких натур. Но мы ценим не инстинкты хищника, а вежливость воспитанной собаки. Высококровные, не испорченные неумелой натаской собаки не должны проявлять атавистическую склонность к гоньбе птицы. Ловля подранков на охоте провоцирует собаку к гоньбе. Подводка - служебная (утилитарная, техническая) функция в работе собаки и, в противоположность потяжке - природному качеству, достигается в значительной степени натаской. В подводке ценится её легкость (движение собаки со стойки по первому посылу), плавность при небегущей птице и стремительность (бросок) при отбегающей. По сути мертвая стойка - есть полное отсутствие подводки, по крайней мере, так внешне она выражается. Но следует иметь в виду, что нельзя требовать от собаки подводки, когда птица затаилась у нее под носом. Такое требование противоречит вежливости к дичи, и его выполнение будет нарушением "хорошего тона и полевого этикета" - следующий шаг может превратиться в гоньбу со страстным желанием поймать дичь. При взлете птицы собака должна остановиться, а в идеальном варианте -самостоятельно лечь. Одновременно не иметь твердой стойки (т.е. поднимать дичь после стойки самостоятельно, без посыла) и обладать тугой подводкой легавая собака не может. При расценке стойки и подводки нельзя этого забывать. Среди всего комплекса работы легавой собаки подводка является, пожалуй, самым уязвимым местом - отклонения от уравновешенного подвижного типа нервной деятельности, плюс неумелая или грубая натаска, прежде всего, отражаются на подводке. Тугая подводка у современных легавых стала одним из самых распространенных недостатков (если не пороком), поэтому многие эксперты склонны к тому, чтобы в Правила ввести лимит и за подводку. Но ведь качества подводки в основном зависят от мастерства натасчика и опыта собаки и по наследству не передаются. По мнению авторитетнейших кинологов (А.А. Чумаков, П.Ф. Пупышев и др.), недостатки подводки при умелом подходе практически исправимы. На испытаниях имеют место случаи (обычно в конце дня), когда птица после прессинга становится очень сторожкой и при подходе ведущего к стоящей собаке поднимается на крыло, в результате чего собака не имеет возможности показать подводку. В такой ситуации судьи должны порекомендовать ведущему, не доходя до собаки метров 15, послать её со стойки в подводку. Не всегда этот прием срабатывает, так как многие собаки привыкли получать именно эту команду с расстояния 3-4 шага от себя и поэтому не реагируют на команду со сравнительно большого расстояния. Для других собак сам подход ведущего на близкое расстояние является командой (что не должно поощряться). Если в первый день испытаний не удается выявить подводку, то следует дать одну работу по перемещенной птице из-под другой собаки на следующий день (разумеется, если для этого представится возможность). Существует еще один способ (правда, весьма сомнительный) проверить наличие подводки: навести собаку на место недавнего слета небежавшей птицы (важно, чтобы собака не видела слета) и, не учитывая "пустую стойку" (если провокация удастся), послать её в подводку немедленно после стойки, так как большинство легавых, разобравшись в том, что стоят не по самой птице, а по её следу, тужат на подводке (возможно, боясь упреков со стороны ведущего). Если же, несмотря на все ухищрения, не удается выявить подводку по независящим от собаки причинам, то лучше поставить в графе "подводка" вопросительный знак, чем заниматься подтасовкой, ставя "дипломатические" баллы. Эффективность подводки не всегда зависит только от её лёгкости, но часто и от конкретных условий местности, вида и поведения дичи, расстояния от стойки до дичи, а также от опыта собаки. Собаки, обладающие большим опытом работы по разным видам дичи, выгодно отличаются разнообразием вариантов подводки, вплоть до подводки с заворотом на охотника. Этот вариант чаще встречается у собак, имеющих опыт работы по сильно бегущей дичи (коростель, куропатка), особенно в крепких местах (фазан, вальдшнеп, тетерев). Работая по сильно бегущей птице, менее опытные собаки вынуждены после чёткой прямолинейной подводки дорабатывать отбежавшую дичь, преследуя по следу или пытаясь взять птицу на чутье с заходом на ветер (не всегда с гарантией на успех). Как правило,собаки, усвоившие манеру подводить с заворотом на охотника, работают так по всей дичи, даже там, где в этом нет необходимости. Такая манера теряет в красоте и возможности определения стиля, сравнительно с плавной прямолинейной подводкой, но с этим приходится мириться, так как в подводке функциональная эффективность несравнимо ценней эстетического эффекта. Функциональный смысл плавной подводки по далеко сработанной дичи в том, чтобы охотник, идущий рядом с подводящей собакой, мог произвести надежный выстрел по взлетевшей птице. Опыт работы по сильно бегущей дичи вырабатывает у собак стремительную подводку, броском. Доработка по следу или чистым верхом является как бы продолжением подводки (часто без фиксации перехода), но это все же самостоятельный элемент работы, результат которого в основном зависит не столько от чутья, сколько от опыта собаки, её мастерства. Собаки, всегда работающие "чистым верхом" и не унижающие себя копанием на следу, часто проваливаются на испытаниях по перепелу, куропатке, фазану и т.д. из-за неумения доработать бегущую не на ветер птицу "нижним чутьем", т.е. по следу. И в этом случае не чутье является причиной провала, а отсутствие мастерства, а возможно, и "охотничьего ума". Часто собака, дорабатывая отбежавшую птицу и взяв её на чутье, когда та остановится делает по ней стойку. В этом случае ведущий должен поторопиться с посылом собаки в подводку, иначе все может повториться сначала, т.е. птица снова отбежит и т.д. Хотя доработка и является самостоятельным и весьма важным элементом работы легавой собаки, тем не менее она не имеет своей графы в расценочной таблице в силу того, что не является врожденным качеством, а её результативность зависит, прежде всего, от опыта собаки. Оценивается этот элемент работы в графе "верность чутья", но не всегда до конца характеризует действительные возможности собаки, например, отбежавшая за куст птица может незаметно улететь, а формально засчитывается пустая стойка. По этой же причине в Правила испытаний нельзя вводить лимит за "мастерство" (качество, не передающееся генетически), хотя многие кинологи убеждены в его необходимости, забывая при этом, что "лесные правила" не самоцель, а всего лишь компромисс, да и получение диплома малоопытными собаками стало бы чистой случайностью или результатом сознательного нарушения Правил самими экспертами. 5. Стиль Графа "стиль" в "Правилах испытаний легавых собак" появилась не сразу, а только в 1903 году в "московских правилах". Впервые понятие стиля было определено в отчете о полевых испытаниях в 1896 году К. В. Мошниным, при описании работы выдающегося английского сеттера Артура Д. К. Нарышкина: "Чрезвычайная смелость, четкость и законченность всех отдельных приемов работы и всей работы в целом, необычайная яркость их выражения и выпирающая причинная связь этих свойств с высокой кровностью, породностью собаки". Понятия "стиль" и "красота" совсем не тождественны. Красота не имеет никаких канонов и представляет собой сумму своеобразных эстетических эмоций. Стиль же есть синтез типичных признаков, характеризующих конкретную породу. Раскрыть материальное содержание стиля уже возможно, отметив и разложив в определенном порядке его объективные признаки. Не всякий, даже типичный, стиль удовлетворит личные требования (вкус) каждого любителя охоты с легавой. Процитируем известных кинологов-классиков, в разное время определивших стиль отдельных элементов работы основных пород легавых. Л. П. Сабанеев, в своем капитальном труде о собаках (1896 г.), описывает работу ирландского сеттера и, касаясь стиля хода, говорит: "Скачут ирландцы махом борзой, выгибая спину, которая у них растянута; у них нет этого плавного... компактного галопа, каким отличается... английский сеттер; это не та мощная поскачка фоксгаунда, какая характеризует поиск пойнтера. Кроме того, ирландец очень дурно держит голову на поиске - слишком низко и вытянув шею". Характеризуя работу пойнтера, Сабанеев пишет: "В общем поиск пойнтера очень красив, гораздо красивее поиска сеттеров. Это не стелющийся ход английского сеттера, не поскачка выборзка, как у большинства ирландцев, не тяжелый галоп гордона, а быстрая поскачка паратой гончей-верхочута с высоко поднятой головой; пойнтер не выгибает спины, не горбится и не вытягивает шею и голову, опустив хвост, подобно борзой. Он может остановиться на полном карьере и замереть на стойке, подобно истукану; вообще движения его как-то увереннее и целесообразнее, он не скачет сломя голову... Кроме того, пойнтер держит хвост красиво, почти всегда параллельно земле, не хлещет им по бокам подобно легашам, но и не опускает его бессильно... На самом деле пойнтера на поиске тоже машут хвостом, только колебания его редки или мало заметны... Что касается стойки, то в этом отношении - в красоте её и продолжительности, пойнтер не имеет соперников". Ограничиваясь описанием только стиля хода и только двух пород (о двух других говорится косвенно и вскользь), Сабанеев, к сожалению, не упоминает о характере потяжки, стойки и подводки. М. Д. Менделеева в статье "Порода и стиль" для сборника "Охотничьи собаки Ленинграда", издание 1947 года, более широко осветила стиль шести пород легавых, чем это делалось до нее. Многое в этой статье свежо и актуально сегодня. "Что такое стиль вообще - об этом есть известная договоренность, но вопрос о стиле каждой породы в отдельности не разработан. Результаты печальны: пойнтер с ползучей потяжкой и стойкой сеттера при общей красивости работы может получить высокую оценку за стиль, тогда как совершенно ясно, что пойнтер чуждого породе склада не имеет никаких шансов на выставочный успех. Если не может существовать экстерьера вообще, пригодного для всех пород легавых, то так именно смотрят на манеру работы собаки. В ходу какой-то стиль вообще - было бы красиво, а там ползи пойнтер, вытягивайся в струну гордон - пород не разбирают. Идеал экстерьера каждой отдельной породы складывался в моменты становления пород по лучшим её представителям, в потомстве он закреплялся - не мог же стиль создаваться как-то иначе?.. В каждой из наших основных пород - пойнтерах и сеттерах - уже мало носителей подлинного стиля, они засорены инородными элементами. Восстановить истинный стиль пород можно только четко уяснив его самим себе, и после проводя твердую линию на практике - в селекции и через испытания. Стиль - это врожденная манера работы, врожденный жест, закрепившийся путем селекции. Из разногласий по этому поводу вспоминается мнение В. Марра, утверждавшего, что стиль диктуется складом. Но это будет отчасти верно только для хода, но для комплекса (потяжка - стойка - подводка), по существу процесса единого, признать этого никак нельзя...Нет, конечно манера работы есть следствие некоего психического склада, функция высшей нервной деятельности. Отсюда прямой вывод, что стиль вообще есть нечто целое, значит, влияющее и на движения помимо склада... Конечно, узкий длинноногий ирландец принужден скакать по словам Л. П. Сабанеева "поскачкой выборзка", но ведь под давлением нервной системы иной такой ирландец будет искать только рысью, другой - бешеным карьером, перо на ходу может быть неподвижным или в движении, а у черных пойнтеров - давно это замечено - страсть аннулирует дефекты рычагов, выправляя толчки хода в плавный карьер на длинных прыжках. ...Перейдем к рассмотрению стиля пород: позволю себе начать с гордона. Штамп гордоньего стиля - стремление уловить дальнюю эманацию высоким поднятием головы; спокойная рассудительность не напрягает мускулы; шея спокойно, без натяжки стоит, выражение головы - сосредоточенное внимание, нет пойнтериной каталепсии тигра перед прыжком. Вот это "равновесие духа" может быть минусом на иной вкус, но к гордону привлекает его верх. По той же причине и перо гордона не напряжено, а направлено под углом 45 градусов, т.е. полуприподнято. Это - очень характерно, это - манера лучших по стилю представителей породы. Если в других породах есть параллельное сосуществование двух или более стилей, то в гордонах этого не встречается - все, что вне основного стиля - бесстилье. На ходу гордон, в связи со своим складом и мускулатурой, не стелется, как скажем, англичанин, прыжок его выше, он как бы стоит в воздухе -это очень красиво, но нет напряжения страсти, чувствуется преобладание рассудка. Перейдем к пойнтеру - "королю болот". Вот порода столь же многообразная по стилю, сколь и по экстерьеру. По высоте верха наиболее одарены, помимо гордонов, именно пойнтера... По страсти, вкладываемой в работу, - кажется не превзойти пойнтера, разве что англичанину, но пойнтер величественнее сеттера - он как бы растет и на ходу и перед дичью; благодаря складу, дающему высокий, а не длинный прыжок, без растягивания сеттера, получается впечатление чего-то стоящего в воздухе. Голова всегда выше спины, далее имеем одному пойнтеру свойственное задирание носа выше затылка... Три классических типа пойнтера - желто-пегий, кофейно-пегий и черный - имеют и соответствующие стили, но в настоящий момент сильного перемешивания типов не менее, а еще более засорены стили, подчас доходя до позорных для пойнтеров, - как иначе назвать ползучесть потяжки, лежачую стойку - законные и красивые только у английского сеттера - это несение головы в уровень с плечом? Пойнтера, эту классическую породу, приравниваемую к английской скаковой среди лошадей, мы хотим видетьна высоте всех её достоинств... Надо прямо поставить вопрос о необходимости на испытаниях фильтрации пород через стиль. ...Сука менее стоит в воздухе, больше прижимается, поднятие шеи и головы в среднем ...(ниже, чем у кобелей). Общее в работе пойнтера любого стиля, самое ценное и характерное -стремление вверх при чуянии, но детали выглядят по разному... Мы не должны терпеть всех вариантов стиля с чуянием в полроста или ниже, это недостойно пойнтера. По высоте чуяния, тем самым и его дальности, мы так расположим указанные типы: 1) Из того, что у нас сейчас имеется, безусловно черные пойнтера показывают наиболее высшую прихватку, наиболее захватывающий общий стиль работы. Стиль хода черного пойнтера зависит от склада, столь отличного от основного пойнтериного - квадратного и широкогрудого, приводит к движениям более стелющимся и нет тут "стояния в воздухе" на ходу. Ловление эманации - гвоздь работы черного пойнтера. Дух захватывало, бывало, глядя как Камбиз начинал свои "заклинания воздуха", плывя по ветру головой, вопрошающей пространство. По монументальности, грандиозности стиля - высшего не существует. Прут на стойке более вял, чем у пегих разновидностей (невольно закрадывается сомнение, уж не впрямь ли борзая тут была участник?) 2) Пегие пойнтера, более всех пострадали от утраты стиля. Теперь прямо-таки трудно найти пойнтера с настоящим, присущим ему стилем -высоко поднятой головой и шеей. Слишком многие, с падением силы чутья, ловят только недалекую эманацию, руководствуясь следами - шея вытянута в уровень спины, а то и ниже. Квадратность профиля и ширина груди дают пойнтеру только ему свойственный стиль хода с высоким прыжком (не стелющимся). Дело вкуса, конечно, но и по смыслу пойнтер не должен быть так уж быстр - это противоречит и складу и возможности внимательного обследования обонятельного поля. Есть у иных манера даже на полном ходу играть прутом, вернее его кончиком. Это, по моим наблюдениям, бывают высокоодаренные натуры... Ирландский сеттер. В типах экстерьера основным будет тот, который сопряжен с наиболее высоким верхом (чуяния), а им обладают высоконогие, борзоватые, с глубокой подпругой ирландцы. Они умеют ловить столь дальнюю эманацию, что им не ирландисты не верят - мысли не допускают. Только ирландец ищет чутьем хладнокровнее, чем пойнтер, он ближе к гордону - и поза об этом говорит - перо также не напряжено..., голова и шея стоят высоко, но не аффектированно; пойнтериного задирания носа выше затылка не бывает. Все дело портит в ирландце его "цинизм" по отношению к найденному запаху - почему требуется ему напирать на дичьдаже после того, как место нахождения птицы ясно определено - вплоть до сгона? У ирландца "мало стойки", говорят иные. Поскачка выборзка с неплавностью хода (толчками) - одновременно стиль и слабое место ирландца. Перо на ходу неподвижно, на стойке не выше 45 градусов. Все остальное, что есть в породе по части иных стилей - менее ценно, менее оригинально и связано с менее полноценными индивидуальностями. Английский сеттер. Славу английского сеттера составил Эдуард Лаверак, а вернее говоря, возникшие к тому времени полевые состязания. Если пойнтер - "король болот", то английского сеттера можно назвать "королем состязаний". У него все к тому данные - бурная страсть, аффектированная стойка и поиск, который тешит глаз своей плавностью и методичностью. Это трайлер по существу, а того английского сеттера, которого явно предпочитают наши охотничьи массы, ...можно назвать новообразованием, которому еще далеко до прототипа. Вот эти-то скакуны по стилю чуяния уступают породам ранее описанным - им свойственно обследование обонятельного поля на уровне плеча или немного выше... У английского сеттера нет никогда задирания носа по пойнтериному. Что еще характерно для английского сеттера - это его ползучесть, ведущая свое начало со средних веков (собака для охоты с сетью). Английский сеттер делает это настолько убедительно и своеобразно, что заставляет целиком принимать этот стиль, вопреки требованиям к другим породам. Это один из признаваемых нами в англичанах стилей. Ползучесть идёт от инстинкта скрадывания добычи, припадания к земле, приготовления для последнего прыжка. Все это так и сквозит в потяжке англичанина. На стойке же, при фиксировании места нахождения птицы, голова и шея могут быть приподняты, иногда собака лежит. Это лежачая стойка... Ползучесть чаще всего сопряжена с приземистым складом, почему в наше время наблюдается реже. Мы целиком принимаем этот стиль работы как классический. Второй тип происходит от позднейшего наслоения, внесенного в породу Льюэллином с его более легкими и вздернутыми сеттерами. Теперь преобладают они и, значит, свойственный им стиль: перо, шея и голова в общем на стойке составляют одну линию, иногда все же шея выше спины. По плавности хода они немного уступают предыдущему типу, но по быстроте, ширине и скорости движений - они истинные короли состязаний. По правде говоря, английский сеттер в болоте сильно теряет от грязной и обмокшей шерсти. По боровой дичи (и полевой тоже) он стильнее, как бы чувствуя к ней какое-то наследственное предрасположение. Ирландец так никогда не гандикапирован болотом. Манеры дальнего улавливания эманации у английского сеттера нет. Можно добавить, что переходные типы между двумя стилями выражаются в том, что сохраняется одна лежачая стойка без ползания и наоборот. Континентальные легавые... Все они, конечно, имеют свои особенности, но в общем напоминают своих английских собратьев, кузены, оригинального в них нет. У курцхааров много от пойнтера, но меньше страсти, имеется засоренность низовой работой... Неудовлетворительных стилей с малым процентом "верха" среди них очень много, но зато имеется стиль верховой работыне ниже лучших пойнтеров и гордонов. Стоять следует только за этот стиль... Дратхаары - новейшая и наилучшая из жесткошерстных пород - работают по пойнтериному, но грубее..." Вот и все дельное, касающееся стиля, что удалось почерпнуть из кинологической литературы прошлого, ставшей давно библиографической редкостью. Остальное в описании стиля или работы выдающихся собак сводится к эмоциям и лирическим опусам, лишенным конкретности. Серьезную попытку систематизировать и конкретизировать понятие стиля не вообще, а для каждой породы и каждого элемента работы (хода, потяжки, стойки, подводки), учитывая при этом эмоциональное состояние и темперамент работающей собаки, внешнее проявление психического состояния в её движениях, позах и жестах (положении головы, спины, ног, хвоста и в целом всей фигуры), сделал наш современник - старейший кинолог из Ташкента, Н. А. Марканов, в своей книге "Охотничьи собаки", издание 1990 года. Попытаемся и мы, воспользовавшись работой Н. А. Марканова и опираясь на авторитет классиков кинологии, не мудрствуя лукаво, т.е. предельно сжато изложить суть стиля современных легавых шести основных пород, культивируемых в нашем Отечестве. Начнем традиционно - с пойнтера. Как и во времена М. Д. Менделеевой, пойнтер и теперь разнообразен и в экстерьере, и в стиле. Рассмотрим три основных типа, встречающихся наиболее часто: классический, присущий линиям красно-пегих пойнтеров и близким к ним, тип черных пойнтеров и промежуточный тип. Кофейно-пегих пойнтеров, как самостоятельного типа, теперь нет. Их потомки смешались с желто-пегими и представляют классический тип. Стиль хода. Собаки классического типа подчеркнуто квадратного формата и широкогруды, скачут энергичным, легким (без видимого напряжения), быстрым высоким галопом и карьером, без подскоков, подбрасывания переда и, тем более, зада, на высоких, но не длинных прыжках. Корпус не растягивается, спина прямая, не горбится и не прогибается. Голова на приподнятой шее несется почти параллельно земле и выше уровня холки. Нос на поиске не задирается. Прут держится с легким наклоном и конец его у разных собак в разной степени колеблется, на карьере - под углом 45 градусов и почти неподвижен. Черные пойнтера, в большинстве своем, собаки подчеркнуто сухие и длинных линий сложки. Им присуща своеобразная пластика во всех движениях и позах. Скачут они на длинных прыжках, у многих спина слегка выгибается и растягивается. Шея вытянута вперед и вверх, голова несется параллельно земле, иногда с задиранием носа выше затылка, что подчеркивается ритмичными выбросами переда вверх. Создается впечатление, что собака на ходу пытается дотянуться до самых верхних потоков воздуха ("вопрошает пространство"). Прут полуопущен и часто неподвижен. Такой стиль хода не так плавен, как у двух других типов в породе. Промежуточный тип происходит от соединения линий красно-пегих пойнтеров с черной. Окрас их бывает черно-пегим, кофейно-пегим, нередок сплошной палевый, но и красно-пегие, производные от черных, часто обладают характерным складом (относительно приземистым) и стилем. Их галоп стремительный и, в той или иной степени, стелющийся. Они, как правило, быстрее других разновидностей. На ходу корпус не растягивается, спина ровная, голова несется выше холки и параллельно земле, задирание носа бывает редко и в незначительной степени. Прут вытянут почти горизонтально, и собака им слегка играет. Плавности и стремительности хода этих пойнтеров могут позавидовать многие современные английские сеттера. Такой стиль хода не должен оцениваться высшим баллом, т.к. противоречит классическому. (Вообще, для всех пород легавых, кроме английского сеттера, стелющиеся движения не типичны). Общее в работе пойнтеров любого типа - при встрече с эманацией должно быть стремление вверх, но детали могут выглядеть по-разному. Потяжка. У классического типа пойнтеров на прихватке и потяжке некоторые особи (представители конкретных линий) вытягивают шею и поднимают голову с задиранием носа не хуже лучших представителей черной линии, но в целом для них характерно умеренное поднятие головы и шеи, а степень выраженности зависит от расстояния прихватки. Пойнтер, начиная потяжку, с большого хода резко меняет направление и мгновенно переходит на шаг. Движения страстные и в то же время осторожные - ноги поднимает высоко и переставляет с четкостью заводного механизма. На потяжке собака становится еще высокопередей, как бы вырастая в холке, это характерно для всех типов, особенно при дальних прихватках. У черных пойнтеров шея непомерно вытягивается, а нос нередко задирается выше затылка. У промежуточного типа собак шея напряжена, но голова поднята не так аффектировано, как у черных. Движения более крадущиеся, иногда на полусогнутых ногах. У них страсть выражена ярче, чем у двух других типов, но меньше монументальности. Прут у классического и промежуточного типов напряжен и держится горизонтально, у большинства собак энергично колеблется его кончик, у черных он более вял и чаще полуприподнят. Стойки у всех разновидностей пойнтера разнообразны, но в большинстве случаев это застывшая потяжка, часто с приподнятой или согнутой в плече и прижатой к груди передней ногой. У молодых собак иногда поднята задняя нога (это нормально для всех пород легавых), но если собака работает без потяжки, то поза стойки во многом зависит от дальности прихватки. При наскоках на дичь, когда собака с хода, иногда очень большого, наталкивается на близкий запах или проскакивает его и, осознав случившееся, мгновенно разворачивается и делает стойку, часто изогнувшись, как бы сломавшись пополам, или, чтобы не вспугнуть дичь, ложится (независимо от породы), пойнтера в любой позе должны держать голову, не опуская морды. Самые стильные для этого приседают - задирание носа, даже вблизи от источника запаха, у многих представителей породы врожденный жест. Для других пород легавых задирание носа не типично. Классическая стойка пойнтера всегда скульптурна, страстно напряженная. Силуэт собаки устремлен вперед и вверх. Шея и голова напряженно подняты, с задиранием носа в той или иной степени. Спина ровная, прут - её продолжение - напряжен и неподвижен. Задние ноги упруго и неравномерно отставлены (одна вытянута, а другая согнута в колене), мышцы бедер рельефно выделяются и мелко вздрагивают. Подводка. Этот элемент, с точки зрения стиля, оценить труднее, чем два других (потяжку и стойку), так как в большинстве случаев подводка проходит в быстром темпе. Легче оценить плавную подводку при дальних работах. Положение головы, шеи, корпуса в основном зависит, особенно в начале подводки, от позы стойки. В конце подводки голова постепенно опускается к источнику запаха. Движения на подводке повторяют движения на потяжке, только в обратном темпе. (Начинается подводка медленно с постепенным ускорением). Все вышесказанное о подводке в равной степени относится ко всем породам легавых собак - какой-то породной типичностью подводка не характеризуется (разве что у английского сеттера может быть более или менее "ползучей"). Механическое же дублирование оценки за функциональность подводки в графе "стиль" противоречит здравому смыслу, т.к. и очень стильная собака может иметь тугую подводку. У пойнтеров подводка варьирует от плавной, при дальних работах по небегущей птице, до подводки броском, при бегущей птице или работе "накоротке". Ценятся подводки уверенные, страстные, с высоко поднятой головой. Английский сеттер больше, чем любая другая порода островных легавых, подтверждает тезис М. Д. Менделеевой о том, что стиль - это врожденный жест, который далеко не всегда (а иногда и вопреки) связан со складом собаки. У современных "англичан", при почти идеальном приземистом складе и подчеркнуто косых рычагах, стиль хода настолько бывает далек от идеального, что только диву даешься. В поведении перед дичью или её следом большинство "англичан" пока еще достаточно стильны и могут порадовать ценителя этой породы. В классическом стиле хода английского сеттера превалирует бурная страсть, доходящая порой до самозабвения. Типичный ход "англичанина" - стремительный стелющийся галоп и карьер, очень быстрый и предельно плавный, (по образному выражению: "поставленный на спину собаки стакан воды не расплещется"), или характерно пульсирующий (что менее ценно). Силуэт собаки вытянут в одну линию - голова несется на уровне спины или чуть выше, спина растянута и неподвижна, перо - продолжение спины или слегка опущено и только вздрагивает от толчков при пульсирующем ходе. Потяжка. Английский сеттер, прихватив запах, резко тормозит и крадущимся шагом на полусогнутых ногах с короткими приостановками движется в направлении источника запаха. Голова и шея - вровень со спиной или, при дальней прихватке, слегка приподняты. Спина напряженно вытянута, перо - её продолжение и неподвижно. Стойки у английского сеттера весьма разнообразны: стоячая - высокая, стоячая - низкая, припадающая к земле и лежачая. В первом случае собака, чаще всего, работает относительно дальнюю птицу, она вытягивается, стоя на всех четырех ногах или прижимая одну переднюю, согнутую в плече, к груди. Голова на вытянутой шее может быть слегка приподнята. Во втором случае собака приседает на всех четырех ногах, отставляя задние и выдвигая предплечья вперед. В третьем случае собака припадает грудью к земле, вытянув одно предплечье вперед, а на другое опирается, зад при этом приподнят. Во всех случаях корпус подается вперед, шея горизонтально вытягивается, перо выправлено и неподвижно. При лежачей стойке голова и шея напряженно приподняты. При наскоках на дичь позы стоек непредсказуемы, но в любом случае они должны быть пластичны и выражать напряжение страсти. Вялые, а тем более флегматичные потяжки и стойки для английскогосеттера - позор. Подает птицу на крыло английский сеттер чаще импульсивно, с приостановками, а в конце подводки - броском, не меняя крадущейся манеры и припадания к земле. Во многом стиль и темп подводки зависят от поведения дичи. Ирландский сеттер работает энергично. Движения широкие, свободные (размашистые). Ход галопом быстрый, но не плавный - толчками, с выбросом переда вверх и вперед. Спина выгибается и растягивается. Голова на вытянутой шее держится вровень со спиной или ниже, морда слегка опущена. Перо полуопущено и неподвижно. При переходе на потяжку скорость хода снижается, и, устремляясь к источнику запаха, собака перемещается мягкими, плавными шагами, постепенно замедляя движение. Корпус держится высоко, без припадания к земле, голова приподнята на вытянутой шее, но без аффектации и держится почти горизонтально. Спина растянута и уже не горбится. Перо полуопущено и неподвижно. Стойка у ирландского сеттера всегда высокая (кроме случаев наскоков на дичь). Голова со слегка опущенной мордой держится вровень со спиной или приподнята. Шея вытянута, но не напряжена, спина прямая, перо полуопущено, задние ноги широко и неравномерно отставлены. Стойка выразительная, но не подчеркнуто напряженная - повиливание концом пера не редкость у многих представителей породы, что не желательно, но допустимо. Для других пород движение хвостом на стойке является серьезным недостатком. Подводит ирландский сеттер плавно, но решительно, не припадая к земле, голову несет ровно, постепенно опуская по направлению к запаху. Шотландский сеттер (гордон). Во всей работе этой породы нет напряжения страсти, но подкупает спокойная уверенность, солидность. Ход неторопливым, тяжеловатым, размеренным галопом на высоких прыжках. Голова приподнята выше спины, но шея не напряжена. Спина прямая и не растягивается. У многих собак обычно характерное помахивание, у иных энергичное вращение пером. Уловив запах дичи, гордон плавно переходит на потяжку. Движется уверенно, без задержек, спокойным шагом, приподняв голову, но без напряжения шеи и задирания носа. Корпус расслаблен, спина ровная, не растянутая, перо полуопущено, неподвижно или собака им слегка повиливает. Стойка у гордона монументальная, но без напряжения. Поза стойки всегда высокая, собака часто стоит на всех четырех ногах, корпус почти не подается вперед. Голова, в зависимости от расстояния до дичи, поднята высоко или только слегка приподнята, шея стоит без натяжки, спина прямая, ноги поставлены твердо, перо полуопущено под углом 45 градусов и неподвижно. Полное равновесие духа иногда подчеркивается периодическим оглядыванием на неторопливого ведущего, что терпимо только у гордона и континентальных легавых. Подводит гордон уверенно, не суетясь, почти не опуская головы и не припадая к земле. Курцхаар, в основном, работает со сдержанной энергией на коротком галопе (курцгалоп), при котором поочередно приподнимается то перед, то зад. Голову держит без напряжения, в процессе работы положение её относительно уровня спины периодически меняется. Работая низом, собака часто переходит на рысь, опускает голову и сутулится. Пойнтеризированные курцхаары скачут более плавно и голову несут выше уровня спины, но не напрягая шею. На любом аллюре купированный хвост должен держаться горизонтально, на рыси он часто колеблется. Потяжка у собак, работающих "низом" и замедленным темпом, невыразительна - резких изменений направления не происходит. Нередко при такой работе потяжка как бы вовсе отсутствует. У собак, работающих верхом и на галопе, потяжка достаточно выразительна - резкое изменение направления, темпа хода и всего облика собаки: к источнику запаха она движется широкими шагами, высоко поднимая ноги и постепенно замедляя движения. Голова на вытянутой шее вровень со спиной или приподнята, спина прямая, купированный хвост часто колеблется. На стойке собака подается вперед, поза выражает сосредоточенность при умеренной страстности, но в целом - достаточно напряженная. Голова на вытянутой шее на уровне спины или ниже. Кроме высокой стойки, не редкость стойка с наклоном вперед, при этом голова оказывается очень низко, а зад приподнят. Дальночутые немецкие легавые на стойке держат голову высоко, но без задирания носа. Купированный хвост неподвижен и должен держаться горизонтально, продолжая линию спины. На подводке немецкие легавые вначале продвигаются вперед медленно, как бы раздумывая, а заканчивают часто броском, вытянув шею и голову в направлении причуянной дичи. Во многом темп подводки зависит от темперамента собаки, а также от вида и поведения дичи. Дратхаар сходен в работе с курцхааром, но у большинства представителей этой породы галоп на более длинных и плавных скачках. При оценке стиля потяжки для всех пород легавых её длина не должна иметь решающего значения - важны типичность, яркая выраженность, манера держать голову и страстность. За время работы, в зависимости от вида дичи, расстояния прихватки и других факторов, собака может показать разные потяжки - длинную плавную по дальнему бекасу, короткую страстную по дупелю и с хода, без потяжки стать по перепелу. Расценивать нужно лучшее из увиденного. Все элементы работы собаки перед птицей, хоть это и принято считать единым процессом, должны быть четко разграничены, не смазаны. Это непременно нужно учитывать при расценке стиля. Как правило, у сук породный стиль не так ярко выражен, как у кобелей. Оценка стиля требует от экспертов больше принципиальности и ответственности, чем ей уделяется фактически. Обычно оценка стиля необоснованно завышается, что лишает объективности отбор производителей по этому важному породному признаку, равноценному экстерьерным признакам. Независимо от того, какой породе в своих личных вкусах эксперт отдает предпочтение, он обязан объективно отнестись к оценке стиля каждой испытуемой собаки любой породы. Для этого он должен четко разбираться в этом вопросе, а если практического опыта у него маловато, то внимательно изучить текст, предложенный выше (хоть это далеко не в полной мере заменяет личные впечатления от работы выдающихся по стилю представителей пород). 6. Натаска Этот раздел в Правилах в разное время назывался по-разному и долго не подразделялся на "постановку" и "послушание", но, как ни мудри с названием, суть его оставалась неизменной - определение и оценка выработанных у собаки необходимых навыков. Его неофициально называют "егерским", а отпущенные на этот раздел баллы - "егерскими". В силу сложившейся традиции на состязаниях существует приз за лучшую постановку и ведение собаки, независимо от степени полученного ею диплома, тем самым поощряется работа егеря-натасчика (в прошлом, как правило, профессионала, а теперь любителя-владельца). Этот приз разыгрывается между участниками, набравшими за "натаску" необходимое количество баллов для диплома 1 степени. Как бы ни спорили знатоки и ортодоксы крайних точек зрения о значении натаски в работе легавой собаки, в 90 случаях из 100 без нее обойтись невозможно. За время испытаний проблематично выяснить количество труда, затраченного на воспитание той или другой собаки, так же, как провести четкую грань между постановкой и послушанием (т.е. между натаской и дрессировкой), главное - результат. В графе "натаска" на испытаниях подводится итог и домашней дрессировке собаки, начиная со щенячьего возраста, и качеству усвоенных ею навыков, и возникшему контакту между собакой и ведущим, и умению ведущего тактично управлять действиями собаки. Но прежде всего нужно обращать внимание на позывистость - она, кроме склонности собаки к контакту, говорит и о её характере. Под идеальным контактом следует понимать сознательное сотрудничество собаки с охотником, когда собака делает все как надо без видимых подсказок (команд) ведущего, при этом ни на секунду не забывая о партнере. Венцом такого сотрудничества является анонс. Если такие качества, как чутье, скорость хода, потяжка, стиль являются врожденными, так что даже самой изощренной натаской их практически невозможно улучшить, то правильность поиска, подводка и даже стойка без методической натаски могут и не проявиться в той мере, в какой это необходимо для полноценной охоты с легавой собакой. За один и тот же недостаток собаку не следует наказывать дважды в разных графах, но тем не менее у подавляющего большинства экспертов оценка за правильность поиска отражается и в графе "натаска", и это естественно. Традиционно работа по неохотничьим животным, а точнее по "птичкам" считалась дефектом верности чутья. Попробуем доказать ошибочность такого взгляда. У охотничьих собак, в частности у легавых, избирательная страсть к определенным видам животных (к дичи) и полное равнодушие к остальным - не врожденное качество, а результат натаски, т.е. навык или, выражаясь научно, условный рефлекс. Врожденной является только сама страсть к розыску и преследованию всех животных (безусловный рефлекс), и дело натасчика - правильно ею распорядиться. При долгом отсутствии дичи достаточно опытные, но страстные собаки грешат работой по "птичкам" - перевозбужденная страсть находит выход, но этововсе не значит, что они не отличают запах "птичек" от запаха дичи. Логично признать, что работа по неохотничьим животным при достаточном количестве дичи свидетельствует о неподготовленности (малоопытности) собаки, о плохом знании самой дичи, т.е. навык влечения только к дичи еще не выработан. Вывод: отсутствие навыка - дефект натаски, но не чутья. Долго и не всегда до конца устраняется этот недостаток, если работа по "птичкам" - укоренившаяся привычка (навык), приобретённая собакой ещё в юном возрасте, когда её неопытный хозяин, гуляя с ней по безличным местам, не пресекал (а, возможно, и поощрял) первые стойки "на глазок", копание на местах слёта ворон, голубей, попытки гнать всё живое и пр.Первые впечатления, пробудившие страсть, оставляют глубокий след в памяти - как правило, та дичь, по которой начали натаску, потом предпочитается собакой всем остальным видам дичи. Зная это, опытный натасчик старается в первый сезон натаски и охоты показать собаке все, доступные ему, виды пернатой дичи, исключая коростеля, фазана и утку, при этом постоянно пресекая её интерес к неохотничьим видам ("птичкам") грозно-укоризненными "балуй" и "фу". То же "балуй" или "копай" (не копай) употребляется при задержках собаки на сидках и набродах. Другой причиной стоек по "птичкам" является элементарная усталость, как мышечная так и нервная - с потерей энергии собака теряет и чутье. Отсюда пустые стойки в характерных местах обитания дичи, споры и сталкивания, а также работа по "птичкам", но, вероятно, при помощи слуха и зрения, а не обоняния, которое в данный момент не работает. К испытаниям собак нужно готовить, но тренировать не до изнеможения, накануне выступления обязательно давать отдых, как минимум 2-3 дня. Многие эксперты-кинологи убеждены в необходимости повысить лимит за натаску для присуждения диплома 1 степени. Можно согласиться с таким требованием, но только для состязаний. Для этого в ориентировочной шкале оценок нужно четко определить критерии - за какие грехи собака не может получить диплом той или иной степени. Например: за постоянные посовы до 5-ти метров собака выше диплома ІІ степени не проходит; если собака постоянно побрасывается до 10-ти метров, держится на крике и свистках ведущего или при наличии дичи часто "лепит" стойки по "птичкам", то и диплома ІІ степени она не заслуживает. Такие высокие требования ко второму пункту "цели испытаний" на состязаниях вполне допустимы, т.к. по сути эти мероприятия более спортивные, чем селекционные, да и "егерский приз" к тому обязывает. Устроители же состязаний вольны оговаривать условия в Положении каждого конкретного состязания, но не снижая общих требований Правил испытаний. На испытательных станциях необходимо в этом разделе вернуться к Правилам до 1973 года, где для всех трех степеней диплома был один общий лимитирующий минимальный балл (12), иначе меняется их смысл и назначение - они становятся "Правилами испытаний охотничьих качеств собак и качеств натасчика", т.к. баллы в этой графе чаще зависят не от ума и характера собаки, а от мастерства и опытности натасчика. Название этой графы "натаска", а не "дрессировка" или"постановка", как иногда предлагается, или "послушание (ум и характер)", как было у Гернгросса, потому что: Во-первых - "натаска" слово исконно русское и относится исключительно к легавым собакам, подразумевая подготовку их к охоте на определенные виды пернатой дичи, выработку у них специальных навыков непосредственно при контакте с дичью в полевых условиях, т.е. при натаске собаки по дичи. Говорят: отдать собаку в натаску (егерю), но не говорят: отдать в дрессировку. Термин "постановка" определяет только часть натаски и обычно употребляется при разработке поиска - поставить поиск, или когда характеризуется качество поиска - собака хорошо (или плохо) поставлена. В последнем словосочетании он воспринимается, как синоним термина "натаска". Во-вторых - "дрессировка" слово иностранное и употребляется гораздо шире слова "натаска". Оно относится не только к собакам, тем более к какой-то одной группе пород, а ко всем животным вообще, от блохи до слона и кита включительно. По отношению к легавым употребляется термин "комнатная дрессировка", подразумевающий выработку необходимых элементарных навыков у любых собак: "место", "ко мне", "рядом", "вперед", "назад", "нельзя" (фу, брось, тубо и пр.), "апорт" (подай), "стоять", "сидеть", "лежать" ("даун" - важнейшая команда для легавых, но именно она - камень преткновения для наших собак), приучение к свистку, жестам и т.д. (об этом много специальной литературы). Ну, а название "послушание", как его ни трактуй, прежде всего, подразумевает результат воспитания, т.е. дрессировки, разными приемами которой можно заставить повиноваться и строптивых. Собака (так же, как и человек) может быть воспитанной (послушной), но не образованной (не натасканной) или наоборот, что бывает, но очень редко (разумеется у собак). В-третьих - начинающие, малоопытные или нерадивые владельцы не уделяют должного внимания домашней (комнатной) дрессировке своих собак. Часто собаки предоставлены детям, бабушкам, женам, а точнее самим себе. Результаты известны. Берясь за натаску такой "подушечной" собачки, приходится делать двойную работу - натаскивать и дрессировать одновременно, и времени и нервов на это тратится соответственно. Как правило, большинство современных натасчиков-владельцев считают натаску законченной и выставляют своих собак на испытания, едва у тех проявится стойка. А то, что собака побрасывается за птицей, тужит на подводке (после рывков строгим ошейником или "кнута", но не "пряника" при отучивании от гоньбы), челночит кое-как или вообще никак, или держится на крике и беспрерывных свистках ведущего - это не в счет... Потом исправится! (Или закрепится?) Вот этот, наиболее распространенный, способ воспитания и подготовки собаки к охоте, с которым мы чаще всего сталкиваемся на испытаниях, и называется "натаска". "Умение управлять страстью собаки", как выразился Доманже - в наше время явление чрезвычайно редкое.
  2. Читал и даже целую статью про историю всех изменений и редакций. Ищите и обрящете все в сети есть. Если Вы не в курсе то не фантазируйте)Я ротирую поля, приходится в день и по 80км ради этого наматывать и да - даже на полчаса работы, если надо еду и час и более, у меня путевки сразу в несколько охотобществ и районов. И да если на видео вы не увидели доработку птицы вы слепой.Если бы она знала бы где сидит птица,она даже бы не дорабатывала а сразу встала в птицу. Хватит уже нести бред.Если собака не может искать она и в знакомых полях ничего не найдет хоть сколько по ним ходи, если только случайно наткнется. И да даже на тех же самых полях птица не всегда сидит в одном и том же месте, а бывает ее и вообще там нет, по крайней мере сейчас, я это вижу, в отличии от Вас каждый день.
  3. Читайте правила. Если там этого нет то этого нет, и не надо каждому фантазировать про очевидные вещи.
  4. Реальной жизни в тему) Сегодня как появился первый слабый ветерок, сразу в поле, но уже жарковато, значит будем работать коротким пуском до 5 минут или до первой работы) Но в поле все по другому, если со второго этажа дома ветерок более менее нормальный, то в поле еле-еле и то пропадал, но собаке это не мешает все эти "особые условия" ей по барабану и в таких условиях триангулирует птицу и найдет ее и заблокирует до подхода.
  5. Не одна пара конечно)Но все быстрее проходит чем по одной собаки пускать,но там главное сравнивать)Но есть и одиночные пуски.
  6. Там поэтому и идут в сравнения в парах чтоб конкуренты были одинаковых условиях,чтоб минимизировать долю везения.
  7. Я вообще против понятия чутья как такового и расценивать по нему дальность, сегодня была такая погода и ветер и влажность было такое чутье,завтра другая -другое, а в циферках это не пишут же)) Есть просто собака нашла птицу или нет - так понятней,птица под собакой значит собака отработала правильно.
  8. Нет расценена вторая будет выше, так как дальше стоит)Но на самом деле по своей практике чем ближе стоит собака к птице тем ближе можно подойти,можно на моих видео глянуть)Лучше будет как и для охотника так и для ФТ которая быстрее находит и ближе стоит)
  9. Есть еще поиск, и в него и входит все в комплексе и чутье и скорость и мозги)
  10. Не верно выразился перефразировал пост) То есть если запускать 2 собаки в поле первая будет находить птицу быстрее, но встает в упор к птице без потяжки, а вторая будет всегда находить позже ,зато у нее есть дальность, но она все равно будет выше расценена, а ведь эффективней та собака которая быстрее находит птицу?
  11. То есть если запускать 2 собаки в поле первая будет находить птицу быстрее, но встает в упор к птице без потяжки, а вторая будет всегда находить позже ,зато у нее есть дальность, но она все равно будет выше расценена,а ведь эффективней та собака которая быстрее находит птицу?
  12. Я не девушка не обижаюсь)) Мне просто так никто про эти лимиты дальности так и не разъяснил внятно с аргументами и в правилах объяснения этого нет, почему они такие и почему есть. Когда спрашиваешь, один ответ дилетант, ты не понимаешь или не хочешь понять, но вот правила ФТ мне понятны почему-то сразу были и они коррелируют с моим опытом охоты)
  13. Опять ответ в стиле 'самдурак'. Ну объясните, зачем лимиты дальности и почему они такие и чем руководствовались когда принимали такие параметры? И почему собака которая всегда находит птицу быстрее будет расценена ниже той которая стоит по птице дальше?
  14. Вот не было этих дальностей не было бы и разговоров. Нашла собака быстро птицу в породном стиле,отработала на стойке как положено и вопросов нет)