Jump to content

ОДИН В ТАЙГЕ. Повествование в 16 главах о том, как я осенью 2019 года ездил в Республику Коми /охотничье хозяйство "Обдыр"/


 Share

Recommended Posts

Дорогие друзья,

приношу огромные извинения тем, кто уже заждался этого моего отчёта. Так случилось, что масса непредвиденных обстоятельств мешали его написанию и публикации. Даже теперь, когда исчерпаны все сроки приличия, у меня так и не выкроилось время отредактировать текст очерка. Именно поэтому буду публиковать его в "сыром" виде, то есть без редактуры и кропотливой работы с фотоматериалом. Просто боюсь, что всё может затянуться ещё на очень неопределённый срок. Поэтому не взыщите, если фотографии где-то будут повторяться или не очень соответствовать тексту.

Публиковать буду главами. Надеюсь, что в последствии Администраторы и модераторы помогут мне соединить весь отчёт  в одно, не разбитое комментариями пользователей, целое.

 

Глава 1.

Немного за полдень суточная дорога на поезде закономерно и ожидаемо упёрлась в ж/д вокзал городка Емва (он же Княжпогост), где меня и встретили директор хозяйства Василий Николаевич Савченко и его помощница по работе с клиентами -Вероника.

 

Затарившись запасом продуктов на месяц, мы уселись в полноприводную ГАЗель и покатили в тайгу.

 

Путь оказался долгим и трудным. Дороги расквасило длительными дождями и глубоченные лужи топили автомобиль по самые фары. На последнем, самом труднопроходимом, участке пути пришлось «обуваться» в цепи.

 

Не знаю почему, но я как-то совершенно не переживал за все эти трудности. Возможно, было это потому, что Василий Николаевич вёл машину уверенно и сам не выказывал никаких волнений. Переживала только Вероника. Ей постоянно казалось, что мы сейчас утонем или увязнем так, что придётся ночевать в уже давно почерневшей ночной тайге.

 

Как потом выяснилось, дорога была не столь большой по километражу ( около 150 км), сколько значительной по времени её преодоления ( 7 с лишним часов).

 

На базу мы прибыли в половине десятого ночи. Темень была такой, что даже свет фар с трудом пробивал её. Естественно, в таких условиях осмотреться и понять что меня окружает вокруг я не мог.

 

Как-то неожиданно свет фар выхватил из кромешной осенней тьмы какие-то строения. Потом появился человек, который тут же неожиданно исчез. Мы опять сели в машину и вновь куда-то поехали.

 

В свете фар появились другие здания. Василий и Вероника вышли из машины, побегали вокруг неё и остановились перед капотом. Вновь появился неизвестный мужчина. Он что-то покопался у поленницы дров, потом что-то дёрнул и мир озарился светом настенных фонарей. Машину заглушили.

 

Разгрузившись, мы перетаскали вещи в одно из зданий. Этим сооружением оказался очень приличный, на мой взгляд, домик для гостей. Я-то ожидал увидеть обычное таёжное зимовье.

 

В доме было тепло, светло и уютно. Вновь появился постоянно исчезающий в темноте мужчина. Мы познакомились. Мужчину звали Петром Ивановичем. Он является смотрителем этой таёжной базы.

Вечерние посиделки были недолгими. Мы все перекусили, попили горячего чая и разошлись. Вернее, я остался в гостевом домике, а Василий и Вероника ушли. Оказалось, что они по протоколу присутствия, имеют своё персональное жильё на базе.

 

Так я остался один. Уделив немного времени записям в дневнике, сходил, выключил станцию и , немного посумерничев, завалился спать.

34eKu.jpg 

34eKv.jpg

34eKw.jpg

Edited by Поляк
Link to post
Share on other sites

Глава 2. Картина мира расширилась.

 

Проснулся, по привычке, рано. Светало. Я встал с постели, подошёл к окну.  За окном шёл лёгкий осенний снежок. Картина, которая предстала моему взору, удивила меня. Вчера ночью мне казалось, что вокруг нас стоит плотная стена тайги, и куда не шагни, непременно во что-нибудь уткнёшься. На самом деле, окружающий мир предстал совсем не таким, как им я его представлял.  Пространство вокруг меня было довольно открытым. Больших деревьев не было. Были лишь молодые невысокие  кудрявенькие сосенки, а прямо напротив окна под высоким берегом  виднелась излучина какой-то довольно широкой реки.

 

Пока я изучал оконные пейзажи, пришёл меня проведать Василий. Он торопился. Ему надо было встретить каких-то гостей и организовать их отправку в тайгу на какую-то далёкую речку. Я не стал ему мешать и ушёл осматривать окрестности.

 

Первым делом я вышел к реке.  С высокой береговой точки она просматривалась и вверх, и вниз по течению. Течение в реке было быстрым, а глубина небольшой. Вода не была прозрачной и имела характерный для болотистых местностей буроватый оттенок.

 

Вторым объектом на базе, который привлёк моё внимание, был высоченный забор, за которым скрывалась какая-то территория. Я подошёл к забору и заглянул в щель. Внутри загороди стояли полуразрушенные строения, по архитектуре которых можно было опознать бывшие сараи, теплицы, овины и сенные склады. Среди всего этого запустения умиротворённо ходила лошадь, аккуратно подбирая клочья разбросанного сена.

 

Пройдясь вдоль забора я подошёл к высоченным воротам и такой же высокой калитке. Рядом с воротами вдоль забора лежала сколоченная из досок надворотная двускатная арка, увенчанная православным крестом и встроенной в конструкцию выцветшей на солнце иконой. Всё это было как-то загадочно и необъяснимо.

 

Объяснение пришло от Василия Николаевича. Оказалось, что территория за высоким забором была некогда обустроена православной общиной, которая потом по стечению трагических обстоятельств перестала существовать. Теперь на этой огороженной территории, входящей в состав имущества охотничьего хозяйства, содержатся овцы, пара ездовых северных оленей, старенькая лошадь и собака.

 

К обеду вновь пришёл Василий и пригласил меня откушать борща, который приготовила Вероника. Во время обеда Василий набросал мне программу моего пребывания, каковой она ему виделась. Он предложил мне недельку пожить на базе, адаптироваться к таёжной жизни, половить с Петром Ивановичем рыбку и побродить с ружьишком по крестной тайге, а уже потом можно будет что-то придумать с моей заброской на какое-нибудь зимовье.  С ответом он меня не торопил, и после обеда мы поехали устанавливать фотоловушку на медвежью приваду. По дороге нам попались на глаза  штук 6-7 рябчиков, один глухарь и один хорь, куда-то так спешивший по своим важным делам, что не счёл нужным остановиться на обочине дороге и пропусть надвигающуюся на него машину. Пришлось нам притормозить. Хорёк перескочил через дорогу и исчез в густом черничнике.

34eKJ.jpg

34eKK.jpg

34eKL.jpg

34eKM.jpg

Link to post
Share on other sites

Глава 3. Заброска на Вухтыёль.

 

Знающие люди утверждают, что одиночество – это серьёзное испытание для психики человека. Наверное, это так!? Неслучайно ведь особо опасных преступников помещают в одиночные камеры, чтобы надломить их психику. Человек – существо социальное и без общения с себе подобными, неизбежно начинает копаться в своей душе. И вот тут уже может случиться всё, что угодно: одни сходят с ума, другие достигают вершин мудрости. Помните, как в песне: «С ума ль схожу, Или восхожу к великой степени безумства…»?

 

Меня всегда удивляло стремление некоторых людей к отрыву от человеческого мира. Люди уходили в леса, становились затворниками, а потом являли миру целые трактаты по человеческой психологии, Богопониманию и философии.

 

Ну ладно одарённые люди! Им, может, необходимо покопаться в своей душе или посмотреть на человеческие пороки и благодетели?! Мне-то это зачем?! Не знаю! Просто люблю жить в тайге один. Я не ищу в этом одиночестве скрытого тайного смысла. Мне нравится единение с природой. Не наблюдение за ней со стороны, а проникновение в неё до степени соития в одно целое.

 

Поразмыслив и взвесив все обстоятельства и желания, было принято решение, что на базе я задерживаться не буду и прямо в ближайший же день буду заброшен в тайгу на озеро Вухтыёль (по одноимённому названию таёжной речушки). Место это находится сравнительно недалеко от центральной базы – день пути пешком.

 

Единственная проблема, которая мне казалась серьёзной и неразрешимой, это отсутствие на озере какого-либо жилого строения (зимовья). Как быть?!

Жить у костра под ёлками очень не хотелось! Я запереживал!

 

Мои тревоги и думы Василий Николаевич  разрешил, что называется, легко и непринуждённо. В многочисленном автопарке хозяйства есть два автомобиля ЗиЛ 131, один из которых оборудован хорошим кунгом, с нарами, столом (два стола), печью-буржуйкой, постелями (матрацы, одеяла, подушки и стиранное чистое бельё). Вот в этом-то доме на колёсах и было решено  отправить меня  на озеро. В довесок мне дали: колун, бензопилу с запасными цепями, посуду, лопаты, утеплитель(нетканка), лодку с вёслами, несколько досок (на всякий случай), навигатор. Предлагали даже спутниковый телефон, но я отказался.

Перед заброской Василий предложил мне переселиться из гостевого домика в домик попроще, чтобы я имел возможность расположиться более основательно и чтобы меня никто не тревожил своим присутствием.

34eTp.jpg

Для чего это было надо? Подразумевалось, что я раз в неделю или раз в две недели( по моему усмотрению) буду приходить на базу, чтобы помыться в бане и пообщаться с Петром Ивановичем, узнать новости и так далее. Вот, чтобы мне не мешали гости, которые могут оказаться на базе, мне и выделили отдельные апартаменты. Я разделил весь свой провиант и вещи на две части. Одну часть оставил в домике на базе, а вторую погрузил в кунг. Отъезд наметили на утро.

34eKT.jpg

34eKU.jpg

 

Edited by Поляк
Link to post
Share on other sites

Глава 4. Цели и задачи.

 

Те охотники, коим хотя бы раз в жизни довелось поохотиться в тайге, прожить в ней автономно и окунутся в мир таёжного быта, отлично знают что такое «зов тайги». Бескрайняя тайга какой-то непостижимой силой пленяет охотничью душу, проникает в неё и приживается в ней на всю оставшуюся человеческую жизнь.

 

 

В тайге мало побывать просто так и полюбоваться ей. В тайге надо поработать, чтобы ощутить все её масштабы и величие. Знаток леса и философ Пришвин как-то раз записал в своём дневнике:

 

«Многие любуются природой, но немногие её принимают к сердцу, и даже тем, кто к сердцу принимает, не часто удается так обойтись с природой, чтобы почувствовать в ней свою собственную душу.

 

К природе нельзя подойти  без  ничего, потому что слабого она сию же минуту берёт в плен и разлагает, поселяя в душу множество грызущих червей. Природа любит пахаря, певца и охотника.

 

Чувство природы оценивается только силой. Если это слабое чувство, то оно является чем-то вроде вкусного соуса любующихся дачников, если же оно сильное чувство, то всегда имеет косвенное отношение к другому человеку.»

 

Последние два сезона я охотился дома и до неимоверности стосковался по тайге.

 

На эту поездку я особых планов не возлагал. Мне просто-напросто хотелось вновь ощутить на себе все «прелести» таёжного быта, побыть одному и немного испытать себя в плане моих, сильно истощившихся за последние годы, физических возможностей.

 

Однако быть таёжным курортником мне никак не хотелось, и я придумал для себя задачу – изучить неизвестные мне угодья Коми-тайги на предмет охоты на пушного зверя, в частности, лесную куницу.

 

Естественным сложным для меня вопросом стал вопрос о собаке – брать или не брать?! Взвесив все «за» и «против» пришёл к нелёгкому для меня решению – еду без собаки. Во-первых, ехать надо было с пересадками, а относительно большой груз и так затруднял перемещение по вокзалам, перронам и залам ожидания. Собака в таких условиях могла оказаться сильно обременительной. Во-вторых, собака у меня с характером, который она вполне может проявить против какого-нибудь назойливого человека. Это, надо признаться, проблема. В-третьих, в угодьях, в которые я ехал, присутствуют волки. Чтобы понять, насколько реально там скормить им собаку, надо провести разведку местности, а соваться в воду не зная броду, мне ещё бабушка не советовала.

 

Так как возможность охоты из-под собаки отпала, прихватил с собой пару десятков проходных капканов. Чем чёрт не шутит, может и они сгодятся?

Link to post
Share on other sites

Глава 5. Здравствуй, Вухтыёль.

 

Утро началось с суеты. Я перебирал в голове список вещей и продуктов, которые ещё вчера погрузил в кунг, и пытался осознать всё ли я взял, не забыл ли чего или не взял ли что-то лишнее, которое было бы лучше оставить тут, на базе, чтобы потом не тащить это обратно на собственном горбу.

 

Вокруг ЗИЛа тоже была суета. Николай (егерь охотхозяйства) подготавливал машину к выезду: грел на костре воду, заливал её в систему охлаждения двигателя. Ему помогал Денис (товарищ Николая). В это же время Василий Николаевич и Пётр загружали в кунг стройматериалы, инструменты и закупоренную наглухо бочку с протухшей рыбой. Всё это было необходимо для обустройства медвежьей привады и строительства засидки.

 

Надо отметить, что в местной тайге медведь – обычный житель. Следы местных медведей я уже успел увидеть на дорогах прямо возле базы.

 

Когда все приготовления были завершены, мы тронулись в путь. Николай сидел за рулём, мы с Василием пассажирами , а за нами на квадроцикле ехал Денис. Квадроцикл был нужен для того, чтобы все, так сказать, сопровождающие меня лица смогли быстро вернуться обратно на базу.

 

На место прибыли уже во второй половине дня, по пути скинув с кунга стройматериалы и бочку с привадой для будущего обустройства засидки на медведя. У работников свои работы и заботы, у меня свои. Их дело забросить меня в автономку, моё дело к этой автономке приспособится и выжить. Выжить, конечно, я громко сказал!

Надо отдать должное опыту Николая, который, в отличие от меня, сообразил, что машину надо поставить так, чтобы она стояла максимально горизонтально. Это для того, чтобы я с лежанки не скатывался или не лежал с уклоном на голову. Машина была выставлена отлично. Я потом водой в кружке проверял.

 

Мужики по-быстрому перекусили, оседлали квадроцикл и укатили. Так я в очередной раз в своей жизни остался один на один с тайгой.

34eP1.jpg

Link to post
Share on other sites

58 минут назад, Поляк сказал:

Заброска на Вухтыёль

Это вы так реку Вуктыл называете, приток Печеры? 

Link to post
Share on other sites

Только что, Поляк сказал:

Мужики по-быстрому перекусили, оседлали квадроцикл и укатили. Так я в очередной раз в своей жизни остался один на один с тайгой.

 

Не хотелось бы, судя по фото, там одному без ружья оставаться...да и с ружьём... наверно.

Link to post
Share on other sites

Глава 6. Обустройство и небольшая разведка местности.

 

 

 Любая жизнь в тайге всегда начинается с наведения порядка в жилище, обустройства быта и , главное, с заготовки дров, если конечно, они не были заготовлены заранее. В моём случае такого быть не могло.

 

Вот с этих-то забот и началось моё таёжное одиночество. Прибрался в кунге, нагрел воды, чтобы помыть посуду и любопытство взяло верх. Я бросил бытовуху, накачал лодку и отправился, хотя бы ненадолго, обследовать озеро. Озеро было небольшим и состояло из двух частей, разделённых между собой  плавающей травяной перемычкой. Я попытался выбраться на эту перемычку и перетащить лодку в нижнюю часто озера, но травяная бутербродина колыхнулась под моим нажимом и я перевалился обратно в лодку. Страшновато мне показалось вставать на эту зыбь. Оно, конечно, я вероятнее всего зря побоялся, но тайга давно научила меня не рисковать, особенно тогда, когда нет надежды на помощь товарища. Я , как говорится, решил перебдеть.

 

По результатам обследования я выяснил, что озеро, в принципе, озером не является. Водоём представлял собой расширенное русло небольшой таёжной речушки, по имени которой и получил своё название.

 

Как не интересно было мне обследовать озеро более глобально, а время поджимало, и ночь приближалась всё быстрее. Встретить её надо было в полной боевой и бытовой готовности. Я вернулся к машине. Теперь мыть посуду уже не было времени, надо было обязательно запастись дровами, хотя бы на первую ночь. Стоячую сушину нашёл невдалеке от кунга, свалил её при помощи бензопилы привычными резами, наметил размеры будущих чурбачков, пильнул ствол на сутунки и перетаскал их к машине. Через час у меня уже был приличный запас наколотых и уложенных в кунге поленьев.

 

К печи приноравливался долго. Она имело какое-то хитрое устройство с заслонками, которые не только двигались в горизонтальной плоскости, но и вращались вокруг оси. Я пробовал настроить печь, а она, то дымила, то затухала и никак не хотела разгораться. Наконец-то мне удалось найти такое положение заслонки, при котором печь дала тягу, и в ней довольно сносно разгорелись дрова.

 

Через некоторое время кунг наполнился тяжёлым влажным теплом. В принципе, этого можно было ожидать, ибо машина стояла долгое время на улице  и утеплитель кунга неизбежно впитывал в себя уличную сырь. Как не тяжко мне дышалось в моём жилом помещении, а перетерпеть это было нужно. Не знаю как кунг, а избушка прогревается и просыхает дня три.

 

На моё счастье, к восьми часам вечера в кунге стало тепло и сухо. Я наладил приёмничик, включил аудиокнигу и прилёг отдохнуть. По крыше ритмично забарабанил дождь, где-то в вышине порыв ветра качнул макушки стоящих рядом сосен. В такой уютной обстановке я довольно скоро задремал, но точно так же скоро и проснулся, так как  под ложечкой у меня засосало – желудок требовал пищи. Не мудрствуя лукаво залил кипятком Ролтон, отрезал пару кусков краковской колбасы и этим, далеко не божественным набором продуктов, отужинал, завершив трапезу кружкой горячего чая с белым хлебом и абрикосовым вареньем, которое мне досталось от моих аутфитеров.

34eT3.jpg

34eT5.jpg

34eTn.jpg

Edited by Поляк
Link to post
Share on other sites

Глава 7. Первый день автономки.

 

Спалось, не сказать, чтобы плохо, но и не хорошо. К работе печки, естественно, привериться ещё не успел и потому всю ночь страдал, то от жары, то от холода.  Приходилось вылезать из-под тёплого пухового одеяла и заново разгонять печь.

Начавший с вечера дождь, так волшебно усыпивший меня сначала, к полуночи так надоел стучать по крыше кунга, что от этих барабанных дробушек разболелась голова. Сразу вспомнилось про известную пытку под названием «музыкальная шкатулка». Хорошо, что человек устроен так, что, если сам не загоняет себя отрицательными мыслями в пещеру шизофрении, то способен прекрасно приспосабливаться к, практически,  любым, внешним факторам. Через некоторое время я уже спокойно воспринимал барабанные раскаты капель дождя по крыше, так созвучные игре Саймона Райта на ударных установках группы АС/DC, весьма популярной в годы моей молодости.

 

В половине третьего ночи дождь вовсе прекратился, и я просто провалился в сонные чертоги царицы-тайги.

Link to post
Share on other sites

Глава 8. Поиски лесоустроительной визиры.

 

Перед самой отправкой на Вухтыёль Василий передал мне несколько видов карт местности, которые он заготовил для меня заранее, чтобы я не блуждал в местной тайге наугад, а мог планировать свои маршруты. Для этой же цели он снабдил меня навигатором с загруженными в него картами. Естественно, и карты, и навигатор, делали моё передвижение по лесным дорогам и чащобам более осмысленным и безопасным. Тайга тут дикая  и болотистая, и уйти в неё без ориентиров можно далеко и надолго. Конечно, тут не Восточная Сибирь, но и здесь, если что приключится трагическое в стороне от дорог, то вряд ли найдут.

 

Позавтракав гречневой кашей и отварной щукой, я отправился искать обозначенную Василем на всех картах лесную визиру, которая по его информации была для меня самой короткой дорогой на базу.

 

Если кто-то не знает, что такое лесоустроительная визира, то объясню. Это прямая линия по тайге, обозначенная  затёсками на деревьях, которые когда-то делали лесоустроители, чтобы разделить бескрайние леса на кварталы. В средней полосе России по этим визирам потом прорезались просеки. В тайге таких просек не делают, а просто пробивают границы кварталов затёсками на деревьях от одного квартального столбика к другому. Экономия средств.

 

Чтобы найти вот такую визиру, пробитую лесниками много лет назад, мне предстояло изрядно потрудиться и напрячь всю свою внимательность. Василий предупредил меня, что место пресечения визиры и дороги обозначено двумя затёсками на сосне, стоящей на левой обочине.

 

Снарядив термос и несколько бутербродов, я накинул на плечи понягу, ружьё и отправился в путь.

 

Надо честно сказать, что местная тайга мне очень понравилась. В ней присутствовало всё: и чистые сосновые боры, устланные белым ягелем, и плотные дремучие ельники, и обширные мшистые болота, и говорливые быстроструйные лесные речушки. Красивая тайга! Многие её участки были настолько живописны, что хотелось надеть на себя плюшевый берет, зажать в левой руке палитру, а правой рукой  лёгкими и осторожными движениями кисти нанести на холст всё это  буйство красок, накрывшее осеннюю тайгу.

 

Из состояния восторженного любования лесом меня вывел глухарь, неожиданно появившийся передо мной. Птица ходила по земле настолько беззаботно, что не сразу заметила моё появление из-за извива дороги. Я замер! Глухарь неторопливо зашёл за большой мшистый пень и на несколько секунд пропал из моего поля зрения. Я продолжал стоять не шевелясь и ждал. Про ружьё я в тот момент даже и не вспомнил. Мне настолько было интересно понаблюдать за глухарём, что мысль о выстреле по нему даже не пришла мне в голову. Глухарь продолжал находиться где-то за пнём, и я его не видел. Лишь спустя некоторое время я догадался, что птица не просто так пропала из виду. Моё напряжённое зрение уловило еле заметное движение за краем мха. Стало очевидным, что птица преднамеренно прячется от меня и, при этом, осторожно следит за моими действиями, оценивая, насколько я для неё опасен.

 

Прошло ещё несколько секунд, и голова глухаря полностью показалась из-за пня. Я намеренно шевельнулся. Голова спряталась. Не успел я досчитать до пяти, как она появилась вновь. Потом появилась шея, а за ней и весь глухарь. Постояв немного в нерешительности, петух быстрыми шагами пробежался между деревьев и словно мячик скатился в низину. Странно, но только оказавшись полностью для меня недосягаемым, глухарь со свойственным ему шумом взлетел и затерялся в дебрях тайги.

 

Вопреки моим предположениям, помеченную затёсками сосну, стоявшую на пересечении дороги и визиры, я  заметил сразу. Зарубы на стволе были настолько явными, что проскочить мимо них не смог бы даже не осень искушённый в лесных странствиях человек. Таким образом, начало короткого пути на базу сквозь тайгу было найдено. Время позволяло, и я пошёл вперёд по визире. Дальше всё оказалось немного сложнее. Линия , которая должна была быть прямой, оказалась слегка криволинейной. Отыскивать нужное направление пришлось при помощи компаса, острого зрения и интуиции. Естественно, все эти сверки, ошибки и нечёткость затёсок заставляли иногда возвращаться назад и искать более точный  маршрут.  Через некоторое время ориентироваться стало проще, так как визира приобрела явственные признаки деятельности человека. Об этом меня предупреждал Василий, что они пару лет назад поработали на этой визире и частично, где пропилили, а где просто проломили её тяжёлой гусеничной техникой, желая пробить зимнюю дорогу для более скорого выезда на гусиные болота. Всё это было составной частью работы хозяйства по оптимизации перемещений по угодьям.

 

Тут надо уточнить, что ориентироваться стало проще, но идти быстрее всё равно не получалось, так весь маршрут пролегал по очень заболоченным участкам леса. Приходилось осторожничать, выбирать дорогу, обходить топкие участки. Так, зачастую прыгая с кочки на кочку, я добрался до средины пути, который обозначался квартальным столбиком. Дневная задача, которую я наметил ещё утром, была выполнена. Идти дальше не было смысла, так как тогда уже нужно было бы выбираться к основной базе хозяйства, а у меня в планах этого не было. Я повернул обратно. Две половины пути, как известно, это уже целый путь.

 

Обратно шлось, как всегда, легче и ещё задолго до исхода дня я вернулся с кунгу, по пути добыв себе на пропитание одного рябчика.

 

В кунге жарко! Сижу почти голый и наслаждаюсь поеданием рябчиной похлёбки, вслушиваясь то порывы ветра над тайгой, то в потрескивание дров в печи, то в тихий голос артиста, с выражением читающего «Приключения Гулливера».

34eUw.jpg

 

34eUy.jpg

Link to post
Share on other sites

Глава 9. Поход на медвежью приваду.

 

Я уже заметил, что самые трудные в тайге, это первые три-четыре дня. Именно в этот временной период у человека происходит психологическая адаптация к новым условиям жизни. Именно в эти первые дни нестерпимо тянет домой. Тянет так сильно, что впору завыть или заныть. Знаю примеры, когда люди были не в состоянии пережить эти нелёгкие дни привыкания, собирали вещи и спешно выезжали из леса, так и не привыкнув к одиночеству.

 

Наверное, лучшим лекарством от этого уныния является труд. За делами и заботами и время летит быстрее, и мысли роятся в направлении намеченных планов. Так бывает днём, но вечер наступает в тайге очень быстро, темень наваливается на лес и приходится из уличного простора перебираться в тесное, но зато освещённое жилище, где дел особо не наделаешь. И вот тут опять накатывают ностальгические настроения, и опять нестерпимо начинает тянуть домой, где и мир шире, и дел больше.

 

По вечерам в избушке, подолгу вынужденно лежишь на нарах, всматриваешься в отблески огня, полыхающего в печке, странно заворожено следишь за пляской света и тени на стенах и потолке, и думаешь, думаешь, думаешь….. О чём только такими вечерами не думается!!! Под размеренный шаг собственных мыслей незаметно для себя самого проваливаешься в небытие и уже не думы, а сны пленяют твоё сознание.

 

Мой сон в тайге чуток и короток. Совсем скоро лицо начинает ощущать остывание воздуха в жилище, и надо поднимать себя с постели и привычными, уже отработанными движениями, подкармливать дровами печь.

 

Ещё вчера вечером запланировал я на сегодня поход к медвежьей приваде, где накануне Василий выгрузил из ЗИЛа стройматериалы и бочку протухшей рыбы. Из этой рыбы я хочу взять несколько щучьих голов, которые, возможно, пригодятся мне в качестве приманки при добывании лесной куницы.

 

Тему с попыткой половить здесь куницу я придумал ещё дома, а посему прихватил с собой пару десятков капканчиков. Чем чёрт не шутит, вдруг тут куницы невпроворот?! Опять же, ехать просто так, чтобы просидеть бесцельно в тайге, не в моих правилах. В тайге, хотя бы по мере сил, но надо работать, а не время прожигать, как это обычно делают туристы на морских курортах. Ещё Лев Толстой подметил, что природа любит труженика: рыбака, охотника и пахаря.

 

Встал рано и к половине девятого утра уже семенил по дороге в направлении медвежьей привады.

 

По дорогам ходить легко! Это не по заболоченным трущёбам с кочки на кочку прыгать.

 

Место, в котором у дороги стояла бочка с привадой, оказалось, вопреки моим прикидкам, не так уж и далеко, если не сказать, - близко. Всего каких-нибудь пара километров.

 

Запах протухшей рыбы ощутил издали. Подходил осторожно с ружьём наготове. Кто знает, вдруг какой-нибудь мишка косолапый пришёл туда чуть раньше, чем я и решил, что приготовленная человеком еда, это его законная добыча, которую надо охранять от непрошенных гостей. Выскочит такой «партизан» из-под выворотня и надо быть готовым к отражению его выпада.

 

Медведя у привады не оказалось. Я осмотрел округу и понял, что к тухлячку пока никто не приходил. Даже воронов ещё не было, хотя они подобные подарки находят быстрее всех. Вот у них зрение! Говорят, они с высоты около ста метров копеечную монетку на земле видят.

 

Так как к намеченному месту я пришёл значительно раньше, чем планировал, решил идти дальше по дороге и осмотреть местность на предмет обнаружения удобных мест для последующей установки капканов на куницу.

 

Надо сразу сказать, что участков леса, в которых было удобно выставлять капканы, было не так уж и много. Впрочем, если окажется, что куницы тут много, то капканы можно ставить в любом месте, правда, трудозатраты на обустройство постановы будут чуть больше обычного. Без хороших, раскидистых елей (а таких тут было мало) придётся ещё и крыши над жердями сооружать, чтобы капкан не заносило снегом.

 

Кстати, о снеге…. Снег-то вроде время от времени пробрасывает и, даже слегка землю присыпает, но долго не лежит. Погода никак не переваливает на стабильный «минус» и изредка идущий снег всегда сменяется дождём при плюсовой температуре. В таких условиях о капканной ловле думать не приходится. Да и следов не видно. В том числе и куньих. Если куница присутствует в угодьях, то она непременно оставит свои приметы.

 

Размышляя на ходу о перспективах лова куницы, я не заметил как, буквально, упёрся в разгуливающих на дороге тетеревов.  Птицы расхаживали в небольших кустарничках, густо проросших между транспортными колеями. Понятное дело, по дороге ездят редко, и она уже успела довольно густо прорасти.

 

Не медля ни минуты, я вскинул ружьё и выстрелил сквозь кустарники в надежде, что хоть одна-две дробинки прорвутся через завесу веток и достигнут цели. Надежды мои не оправдались. Тетерева с шумом взлетели и умчались в сторону обширного открытого болота, которое отчётливо просматривалось слева от меня. Опять неудача! Какое-то это ружьё у меня несчастливое! Как-то частенько из-под его выстрела дичь уходит без урону.  А может, зря я на ружьё грешу?! Как говорится, не всякая пуля в цель – бывает, что и в куст.

 

Ходил по тайге я целый день. Птицы видел много и даже кое-чего сумел добыть себе на полноценное питание. Вообще, как я успел заметить, в эту пору в окружающей меня тайге остаться без добычи почти нереально. Нет, конечно, возможно вернуться и пустым, если удача не будет сопутствовать. К сожалению, и такое бывает, одно можно сказать точно, что присказка будто охотника лишь десятая заря кормит, тут не вполне уместна. Уж птицей и рыбой эти места накормят вдоволь.

 

На обратном пути я прихватил из медвежьей привады десяток крупных щучьих голов и уже почти в глубоких сумерках вернулся к кунгу.

 

За таборными заботами не заметил, как совсем стемнело. Я сел ужинать, а насытившись прилёг на топчан и вслушиваясь в аудиокнигу безмятежно и глубоко заснул.

34eVL.jpg

34eVM.jpg

Link to post
Share on other sites

Ну наконец то! А то заждались!

Link to post
Share on other sites

Вадим, отличная повесть!

Особенно приятно читается в это дурацкое коронавирусное время..

Link to post
Share on other sites

Вадим ,на будущее учту и исправлю недочёты. Извини что если не ТАК. Мне до тебя очень далеко. Отличная повесть.

Link to post
Share on other sites

32 минуты назад, Vasya сказал:

Вадим ,на будущее учту и исправлю недочёты.

Василий, лично я пока никаких недочетов не вижу.

Пока  все супер!!!

Link to post
Share on other sites

? ? ? 

Спасибо за интересный рассказ, читается на одном дыхании, очень легко! 

Link to post
Share on other sites

Прекрасный рассказ! жду следующие главы.

Link to post
Share on other sites

Увлекательный рассказ! 

Link to post
Share on other sites

Развязки всегда больше будоражит душу. Читаю и думаю что много интересного я не вижу у себя в лесу. 

Link to post
Share on other sites

Глава 11. Курортник.

Вернувшись с центральной базы охотхозяйства, я вновь окунулся в  уже привычную мне жизнь таёжного отшельника.

34hMB.jpg

Нет, как не крути, а есть в этом зверином обитании своя, непостижимая разуму, притягательность.

Выбираясь по утрам из уютного кунга, я целый день рыскал по тайге в поисках добычи и впечатлений, а к вечеру возвращался обратно и вновь залезал в своё заботливо обустроенное, мягкое и тёплое гнёздышко. Такая жизнь напоминала мне какую-то звериную повадку. Я даже как-то очень правдоподобно представил себя этаким хищным хорьком. Правда, уровень кровожадности у нас был несопоставимым, но я легко мирился с этим, безоговорочно уступая хорьку первую ступень пьедестала.

34hPS.jpg

Территория моих лесных исследований была не очень большой – около 10-12 км в диаметре. По результатам своих выходов я пришёл к выводу, что ныне пустая и безлюдная тайга, ещё относительно недавно была просто наполнена людьми. Следы деятельности человека наблюдались повсюду. Чего я только не находил в тайге!? И бочки, и брошенную технику, и старые избушки, и разрушенные временем мосты и мостики почти через каждый ручей, и канистры из-под топлива.

34hMG.jpg

34hNp.jpg 

34hND.jpg

Особо впечатлил меня заброшенный карьер, в котором добывали камень для подсыпки местных дорог.  Я несколько раз специально приходил и исследовал это масштабное предприятие. Склоны карьера давно поросли лесом и это придавало ему особый художественный, киношный  вид. За карьером был большой провал, по которому протекал Обдыр. Он бурным потоком пробивался сквозь сплошные завалы, кипел и бурлил. К сожалению, я слишком поздно узнал, что именно в районе карьера в реке есть хорошие ямы, в которых без особых проблем на поплавочную удочку можно было наловить хорошего хариуса.

Не меньше карьера-каменоломни меня впечатляли здешние обширные болота, своими масштабами вызывающие почтение, граничащее с робостью.

34hMZ.jpg

Точно такую же настороженность вызывали и глубоки карстовые провалы. Такое ощущение, что взорвали мощную бомбу среди тайги, а после взрыва осталась огромная воронка, которая с годами заросла травой и даже деревьями. Глубина у таких провалов в несколько десятков метров, а на дне обязательно блюдце поросшей мхами топи. Свались туда кубарем и уже вряд ли  выберешься. Дыхание от этих мыслей перехватывает.

 

Глава 12.  Про варенье.

 

Дождь…. Опять льёт дождь. Он так разбарабанился по крыше кунга, что я проснулся. Лежу и не могу уснуть. Череда мыслей завела меня в грусть. Грусть в бессонную ночь – частый гость.

Находясь в местах, где одиночество – обычное состояние, у меня всегда почему-то появляется чувство грусти. Я не знаю, как и почему это чувство появляется, но появляется оно неизбежно. Наверное, это какая-то индивидуальная особенность моей психики? Мне кажется, что у большинства людей , с нормальной устойчивой психикой, таких ощущений быть не должно.  Мало ли кого и куда заносят охотничьи пути-дороги!? Ну побыл, поохотился, побродил по тайге, посмотрел и, как говорится, пошло оно всё лесом. Какое мне дело до этих мест, до этих деревьев, этих камней, этих болот и этих ручьёв?! Нет, я почему-то всё это начинаю воспринимать как живой одушевлённый организм, наделённый зрением, памятью и сознанием человека. Я так со всем этим организмом срастаюсь, что меня начинает пугать мысль о расставании с ним. Мне кажется, что весь этот лес будет скучать без меня, а я буду скучать без него. И откуда в моей голове эта чушь собачья?! Зачем я себе всё это сочиняю? Причём, происходит это постоянно, куда бы я ни приехал. Я настолько прочно прирастаю к этому таёжному настоящему, что всё, что было до этого, начинает казаться мне безвозвратным прошлым.

Помню, как прочищая и прорубая заброшенный охотничий  путик на одном из участков в Восточной Сибири, я случайно пропустил кривую чахлую ёлочку, стоящую прямо на моей тропе. Возвращаясь обратно в избушку, я удивился тому, как я пропустил это, мешающее моему проходу препятствие. Я уже замахнулся топором, чтобы исправить недоработку, но рука моя вдруг зависла в воздухе. Мне почему-то стало жалко эту ёлочку-инвалидку и…. и я её оставил. Потом, каждый раз проходя мимо неё, я всегда останавливался, и разговаривал с ней, а перед отъездом  долго и трепетно с ней прощался, как прощаются с хорошим и близким другом.

Истерзанный думами, под утро я всё же уснул.

Проснулся с мыслью, что сегодня непременно встречусь с каким-нибудь человеком. Впрочем, откуда ему взяться в этой глуши? Разве что, кто-нибудь приедет меня проведать? Проведать меня могли либо Василий, либо Николай. Известное дело, забросив меня в тайгу, они помнят обо мне постоянно. Таковы уж у нас , у людей, законы гостеприимства.

Я не ошибся! К полудню я услышал рокот приближающегося к моему стану квадроцикла. Приехал Василий Николаевич с товарищем Вячеславом. Цель приезда – проверить всё ли у меня в порядке и , заодно, подбросить мне немного экзотического для тайги провианта. Среди подарков было отменное варенье из абрикосов и винограда, шоколад, копчёная колбаса. Однако, самым главным подарком было обычное человеческое общение. Мы пили чай, разговаривали и много шутили. Договорились, что живу я тут, на озере, ещё одну недельку, а потом буду выбираться на центральную базу, где поживу ещё дней семь и потом либо Василий сам, либо Николай вывезут меня в цивилизацию, т.е. на ж/д станцию. На этом порешив, распрощались.

И опять я остался один-одинёшенек. И было это в субботу.

 

Edited by Поляк
Link to post
Share on other sites

Глава 13. Выход на базу Обдыр.

С началом недели, дожди зарядили с новой силой. Ни о каких таёжных походах и охотах не могло быть и речи в таких условия. Вынужденно целыми сутками просиживал в кунге, выбираясь на улицу лишь по большой необходимости. Промокнуть в условия недостатка одежды и сложностей её просушки, было непозволительной роскошью.

В среду дождь прекратился, перейдя в плотный туман. Тайга была перенасыщена влагой. Решив воспользоваться погодной уступкой, начал подготовку к завершению эпопеи: помыл лодку, перебрал вещи и уложил их так по сумкам и рюкзакам, чтобы их было легко вывозить даже без моего участия.

34hPn.jpg

Сам-то я решил уйти на базу пешком, а весь мой груз оставить тут, в кунге. Я уже знал, что в следующий выходной сюда поедет Николай, который будет проводить разведку для организации будущей весенней охоты на гусей. Вот он-то и заберёт отсюда мой груз. Естественно, я мог бы не бить ноги и не ходить на базу своим ходом, а просто дождаться тут Николая, но перспектива просидеть в кунге пережидая дожди, мне не улыбалась, и я решил на следующий день, если не будет сильного дождя, всё-таки выдвинуться пешим порядком в направлении «центральной усадьбы» хозяйства.

34hPv.jpg

На моё счастье, утро четверга оказалось безоблачным. Лёгкий морозец, приструнивший непогоду, сделал мой выход благоприятным.

34hPA.jpg

Вышел я рано. Груза прихватил немного, но на всякий случай приторочил к поняге болотные сапоги. Я знал, что мне предстоят переходы через ручьи, болота и речку, а после нескольких суток проливных дождей форсирование этих водных преград могло оказаться нелёгкой задачей. Вода во всех водоёмах поднялась словно тесто на дрожжах и там, где неделю назад был небольшой ручей, уже текла настоящая река, а там, где была небольшая лужа, разлилось целое озеро. В такой ситуации болотные сапоги лучше иметь при себе.

По утреннему морозцу шлось легко и дышалось привольно, однако в воздухе уже витало ощущение потепления и предчувствие очередного дождя.

Идти старался быстро, чтобы, в случае чего, попасть под непогоду на меньшем отрезке пути.

34hPD.jpg

Ещё на выходе принял решение, что на первой половине пути ничего добывать не буду, чтобы не терять времени и сил на переноску добытого. Целью была не охота, а необходимость, как можно быстрее, добраться до базы. И как не искушали мою охотничью душу порхающие по ветвям рябчики и сидящие на дороге глухари, я  твёрдо придерживался взятых на себя ограничений.

Проходя мимо карьера, не утерпел и завернул в его жерло. Не знаю почему, но запал мне в душу этот карьер. Возможно, причина кроется в детстве. Был у нас недалеко от дома, между городом и лесом старый поросший берёзками и осинками песчаный карьер, на который мы пацанами часто бегали играть в войнушку. Набегавшись, наползавшись по песчаным склонам, мы спускались в котловину, где всегда стояла вода. Была она всегда настолько прозрачной, что мы не боялись её пить, а напившись вволю, начинали в ней плескаться.

Выйдя к центру карьера, я по уже сложившейся традиции присел на большое тракторное колесо, много лет назад брошенное тут разработчиками, и стал пить чай.  Из состояния медитации меня вывели три тетерева, с шумом взлетевшие с окраины карьера. Я проводил их взглядом и вдруг подумал: « А вот было бы здорово построить где-нибудь тут, на кромке карьера, уютное небольшое зимовье и жить в нём каждую осень среди всей этой красоты, и любоваться всем этим безумием осенних красок уходящей в зиму тайги! Наблюдать, как прилетают на галечники глухари, тетерева и рябчики. Спускаться от избушки  к Обдыру и ловить на удочку в его ямах красавцев-хариусов.» Ах, мечты, мечты, мечты…..

34hPJ.jpg

К базе охотхозяйства я вышел в половине третьего пополудни. Первым делом зашёл к Петру Ивановичу отметиться. У него, как обычно, горел возле дома костёр, на котором кипел чайник. Пили чай. Потом я ушёл обживать, остывшую за недели моего отсутствия, избушку, отдыхать и устраиваться на ночлег. Так началась неделя моей жизни на базе.

34hPM.jpg

Link to post
Share on other sites

После таких слов, точно построю избу на карьере. 

Link to post
Share on other sites

Глава 14. История о том, как я входил во врата порушенного Рая.

 Жизнь на базовом кордоне, естественно, отличалась от жизни в глухой тайге. Во-первых, теперь я был не один. В доме по соседству со мной жил Пётр, а в выходные приезжали ещё и гости. Однако все эти обстоятельства не мешали моему интимному общению с тайгой, с природой и охотой. Вечерами мне было значительно веселей, и они(вечера) уже не казались мне столь длинными и скучными. Иногда ко мне в гости заходил Пётр. Мы разговаривали о жизни. Вообще, сказать честно, с Петром было интересно пофилософствовать на житейские темы. Человек он бывалый, много чего испытал и много чего успел увидеть за свои 60 с горкой лет. Признаться, сначала я отнёсся к Петру с настороженностью. Вид у него был довольно грозный, а манера общаться показалась мне грубоватой. Потом я понял, что все эти внешние атрибуты были у этого человека чем-то вроде защитного экрана от посторонних людей. На самом деле, Пётр оказался очень отзывчивым и заботливым человеком. Возвращаясь из дневных скитаний по тайге, я всегда обнаруживал у своего домика приготовленные для меня дрова. Иногда я приходил к уже к затопленной печке. В общем, Пётр оказался отличным мужиком, по соседству с которым было безопасно и надёжно жить.

В одной из наших вечерних бесед у печки, я завёл разговор о загадочной территории, огороженной высоченным дощатым забором, которая находилось рядом с базой. Пётр пояснил мне, что когда-то это была территория православной общины, история которой закончилась трагично: все члены общины (мужчины, женщины и дети) сгорели в доме. Что это было: протестное самосожжение или преступление, мне так до конца не известно. Однако люди сгорели, и думать об этом было страшно, а представить невозможно. Прошло время, страсти улеглись, воспоминания поблёкли, и на огороженной территории охотхозяйство стало содержать табунок овец, пару северных упряжных оленей и старого конягу. Так территория общины стала использоваться в качестве вольера, дабы уберечь скотину от волков и медведей, коих в местной тайге немало.

34hWT.jpg

34hW8.jpg

34hWa.jpg

Животные вольготно разгуливали  между обветшавших от времени строений, в которых ещё пока угадывались теплицы, овины, сараи и сеновалы. Кое-где сохранилась сельхозтехника. Интерес посмотреть на всё это у меня был большой и я напросился к Петру в помощники при кормлении животных.

Животных Пётр кормил, как правило, часа в два пополудни. К этому часу я вернулся из тайги, и мы отправились к вольеру. По мере того, как мы приближались к высоким воротам, в моей душе назревало какое-то беспокойство. Что конкретно меня тревожило, я понять не мог, но смятение души всё нарастало. И вот, когда до входа на территорию осталось не более сотни метров, я догадался, что так меня тревожило. Сочетание имени «Пётр», больших ворот с узкой калиткой, высокого забора и территории бывшей когда-то местом жизни трагически погибших православных общинников, привели меня к ассоциациям связанным с библейским сюжетом о входе в Рай, врата в которые, для людей, окончивших свой жизненный земной путь, открывает апостол Пётр. Как только я осознал эту ассоциацию, я встал, как вкопанный.

34hW7.jpg

Тем временем, Пётр Иванович подошёл к воротам, отворил калитку и, обернувшись ко мне, спокойно и уверенно произнёс: «Входи!» От этого приглашения я впал в ещё больший ступор. С одной стороны мне хотелось засмеяться, понимая, что всё это лишь мои фантазии, а с другой стороны всё было так  некиношно, что заставляло призадуматься.  Повисла пауза: я стоял снаружи, а Пётр внутри. И тут Пётр Иванович, видимо, понял в чём дело. Он посмотрел на меня таким взглядом, в котором я уловил несказанную доброжелательность и предоставленное мне право выбора. Выбор, это всегда свобода. Ощутив себя свободным, я шагнул в калитку, ибо стал уверен в том, что в любой момент смогу шагнуть обратно. Страх и смятение улетучились. Тем временем, Пётр уже рассыпал сено для сбежавшихся к нему овец, лошади и оленей. Через час мы уже сидели у кострища возле дома,  и пили горячий чай. «Как хорошо быть свободным! – думал я, - свободному и в Рай шагнуть, как выяснилось, нестрашно».

34hWv.jpg

Edited by Поляк
Link to post
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

 Share

  • Recently Browsing   0 members

    • No registered users viewing this page.
×
×
  • Create New...