Jump to content

Голубичная марь.


 Share
Followers 0

Recommended Posts

Давно мечтал посетить дивный край гор и быстрых рек, дикой суровой природы и холодных  ветров. Маршрут выбирал как можно глуше и интересней. Он пролегал от Кодара до Яблонского хребта по рекам Катугин (вниз) - Калар (вверх) - Джемку(вверх) - Калакан (вниз) - Витим(вниз). Всего порядка 800км пути. Но я и представить не мог какие испытания мне устроит погода, которая очень обманчива в этом краю .

Голубичная марь.

Глава первая.

Кодарские хребты.

             

Она стояла на коленях перед  ликами икон и молилась почти неслышно. Белый кружевной платок покрывал ее маленькую голову и спадал редкой бахромой на плечи. В небольшой комнате тяжелые шторы приглушали солнечный свет и лишь освещался  иконостас с  распятиями стоящими на полках. Я смотрел на них и думал о чем то совершенно отвлеченном, будто молились не за меня и не мне предстояла дальняя дорога в Сибирь.

 - Радуйся Николае великий Чудотворче! … -  слышались ее  торопливые слова на старославянском. Это продолжалось долго, и  я слушал ее  опершись на спинку высокого стула. Слова звучали словно  заклятие вернутся живым и невредимым. Не понимая их значения я уперся глаза в босые стопы ее ног. Наконец она встала и спросила: - Перекрестится сможешь? Я положительно покачал головой и перекрестился.

 - Ступай. Все будет хорошо. 

Еще черное ночное небо с тяжелыми низкими тучами висело над небольшим городком Чара, когда я покинул теплый купейный вагон и согнувшись под тяжестью двух рюкзаков шагал в мокрых сандалиях по холодным широким лужам привокзальной площади. Подошел милиционер и вежливо предложил помочь нести рюкзак, немного удивившись, освободил одну лямку для его руки.

- Здесь постоянно кто то приезжает. То альпинисты, то туристы, по много народу. А ты почему один? Или отстал от группы?

- Нет лейтенант, просто я один. Захотелось так. Наверное,  не все еще себе доказал. Понимай как хочешь.- ответил  ему совершенно откровенно и мы зашагали в сторону багажного отделения. Сдавая рюкзаки в камеру хранение замечаю желтый пластиковый каяк набитый снаряжением. Сонная кладовщица говорит, что тоже туристы из Москвы. Что все едут и едут, тащут и тащут свои тяжелые рюкзаки. Чего им дома не сидится? Уложив и свою поклажу на нижнюю полку, мы   разместились в его дежурке и до рассвета пили чай с маленькими медовыми пряниками. Скоро прояснело,  и из свинцового очертания гор прорезалась синяя даль высокого неба. Ветер трепал низкорослые тополя и кривые лиственницы. Я стоял и смотрел на этот дикий пейзаж и поеживался от утреннего холода. Мне предстояло зарегистрироваться в местном МЧС на случай нештатной ситуации и найти человека по имени Мисюра Анатолий Иванович – водитель вахтового Урала, который всегда забрасывает туристов на том и живет. Им оказался добрейший мужик небольшого роста,   коренастый и легкий на подъем. Договорившись о цене и времени,  он предложил мне разместится у него в доме до завтра. Я не смог не согласится.

    Урал скрипя всеми мостами упрямо лез в гору уже часов шесть. Сначала дорога тянулась вдоль брошенной железной дороги на титановый рудник Чинейского  месторождения. Высокие откосы серпантина кружили голову и заставляли подальше отодвинуться от борта кузова. С высоты кручи еле заметно блестела внизу маленькая нитка реки и страшно было представить последствия падения туда нашей команды. Скоро дорога закончилась и машина  полезла в стену стланика ломая колесами упругие стволы. Появились снежники и гольцы, я включил навигатор он показывал 1750 метров над уровнем моря. Двигаясь по дну узкого распадка в  котором сочилась быстро расширяющаяся речушка Катугин. Вода уже спала после недавних ливней, но последствия ее мощи мы ощущали каждый раз,  когда приходилась разгребать руками нагромаждение огромных валунов которые река отрывала  от скал где далеко в горах, тащила в своем мутном потоке, и бросила тут поперек еле заметной дорожной колеи. Казалось здесь нам точно не проехать, но взявшись за ломы и навалившись впятером на чудовищные камни, нам всякий раз удавалось сдвинуть их с места и машина опять лезла вверх. К вечеру преодолев 170 километров каменоломен водитель высадил всех недалеко от разрушенный бараков бывшего месторождения циркония ,на удобной галечной косе. Тепло распрощавшись мы расстались. Наше общество состояло из двух групп московских туристов   плывущих другим маршрутом и меня. С вечера я собрал байдару, немного выпили за знакомство и улеглись по палаткам. Начал накрапывать дождь.

   Река Катугин сильно обмелела. В его чистых водах конечно водилась рыба, но клева не было и я налегал на весло до вечера. С сумерками появились разбои, мели и широкие перекаты где байдара ползла на веревке и чертила по галечнику днищем. Так продолжалось до самого Калара – широкой полноводной реки на  пересечении с которым была метеостанция и мне предстояло договориться там о моторке вверх по течению. Мое появление напугало пару женщин возившихся возле летней кухни под навесом. Рядом горел дымокур и крутились собаки. Мужчины были на рыбалке и обещали вернуться  поздно. Угостившись чаем  перешел мелкую реку вброд  залез в палатку под теплый спальник.. Утром пришла моторка и недовольный  метеоролог довез меня до устья реки Джемку, откуда должно было начаться мое путешествие. Там стоит грязная неряшливая изба. По будкам привязаны худые  собаки в последней стадии истощения. У их хозяина Максима не нашлось еды даже для себя, хотя рыбы в Каларе  много и мелкашка у него имелась. Громыхнул гром. Мы сидели под протекающей крышей крытой лиственничной корой и закусывали мой спирт тушенкой с метеостанции. Бедные собаки забились по будкам и смотрели на нас настолько голодными глазами, что я не смог не дать каждой по куску хлеба смоченного в бульоне от тушенки. Мгновенно промокнув,  быстро  собрал байдарку и отчалил в наступающий вечер. Небо прояснилось и выглянуло холодное низкое солнце. Плыть на веслах против довольно сильного течения было невозможно, поэтому привязав две длинные веревки к борту и носу лодки, легко потащил ее навстречу струе холодной и чистой воды. Туман уже начал сползать в низины  когда я разжег костер  на невысоком берегу  среди редких низкорослых лиственниц. Все, спать, говорил я сам себе забираясь поглубже в большой  спальник. Завтра будет новый интересный день. Первый день восьмидесяти километрового подъема к истокам реки и озеру Гаенга. Где то там и находится местный  загадочный полюс холода когда в реках вымораживается вода и даже лиственницы лопаются от стужи. Спирт кружил голову и я уснул в тепле и покое.

large.h-1303.jpg.0d4f21b1a1270ccf89cd786951c38564.jpg

 На высоте 1700м наледи держатся все лето

large.h-1308.jpg.8e51faef3c95092b3ac0b19c7f233f5c.jpglarge.h-1325.jpg.31a6c82b1eb6808847c0dff4d451b91e.jpg

 По реке Катиугин ход плохой. Мало воды и частые камни. За то шел быстро и вечером вышел на Калар.

large.h-1330.jpg.eb29b74f67fd40ad09820adfdc118586.jpglarge.h-1316.jpg.294f1bede231158cafc8baf5ed8244b6.jpg

 На стрелке с могучим Каларом

large.5c7822a45c853_.jpg.7f04a499a53de526468b19493976f942.jpglarge.5c7822ad06b12_.jpg.d08a20e83b503ec90f47b74d78ff850a.jpg

  • Good! 1
  • Upvote 1
Link to post
Share on other sites

Просто супер.....

Link to post
Share on other sites

Зачёт. Выкладывайте куски побольше))

Link to post
Share on other sites

2. Вверх по Джемку

 Давно проснувшись от утренней прохлады и сырости, мне никак не хотелось покидать палатку. Через москитную сетку полога хорошо было видно плотные слои туман, а  водяная пыль висела в неподвижном воздухе. С нескольких метров можно было различить оранжевый бок лодки и желтый гермомешок, остальные предметы и деревья расплывались в серой пелене. Часов я не имел, но угадывалось время к полудню. Здесь некуда спешить и приходится ждать когда взошедшее высокое солнце высушит и испарит тяжелую завесу туманов превратив ее в пар для дождевых облаков.

  Костер никак не желал разгораться и единственное что я ему мог предложить, это стружки лиственничных веток. Даже смола этого дерева почти не горит в отличии от сосновой. Мокрое было все, тайга, палатка, галечник у воды, одежда и даже идеальные  на вид палки. Только в герме хранились сухие продукты и сменное белье. Наконец то вскипел котелок и я отчерпнув немного воды для каши кинул туда щепотку чая. Тепло горячего завтрака растекалось по организму и согревало изнутри. Налетевший ветерок зашевелил листья ивы и колыхнул покрывало дымка над рекой. Уже показались первые лучи солнца когда я увязал последнюю вещь в байдаре и взяв в кулак поводья от лодки громко произнес:  - Ну, с Богом! Звуки растворились в шуршании воды и камней не перекате.  Легко и податливо скользила по воде элегантная байдара. Песчаный берег сменялся каменной россыпью, потом дерноватым лугом или переходил в отвесный размытый обрыв обойти который было невозможно и приходилось переплывать на другой берег. К сожалению это удавалось не всегда и приходилось пробираться под корнями нависших деревьев по грудь в воде. Мощная струя сбивала в ног стараясь отбросить назад, но каждый раз удавалось пройти этот небольшой отрезок  под напором сильного течения. Так я шел без обеда  и только останавливался на пол часа в самую жару чтобы искупаться и просушить спальник, палатку и тент. Удивительно было полное отсутствие мошки и комаров. Редкая тайга просматривалась на сотни метров вперед и часто где то там за поворотом виднелись олени, медведь  или лось. Видимо им доставалось больше от кровососов чем человеку и они выходили из марей на берега рек где всегда дует ветерок сдувающий мошек. Вот и сейчас замечаю темное бурое пятно у поворота каменистой косы. Олень идет не спеша и постоянно трясет головой с небольшими пантовыми рожками.  Ветер дует ко мне,  и наверное мы скоро  встретимся возле тех корявых ивок. Я подошел раньше и присел на теплый валун. За кустом послышались постукивание камней под широкими копытами сакжоя. Через минуту его голова с большими перепуганными глазами появилась передо мной. Мгновение и он скрылся в кустах карликовой березки. С поломанных веток голубики рассыпались на галечник крупные ягоды. Голубые на серых камнях гранита.

   К вечеру появились первые отвалы выработанной драгой породы. Когда то здесь велась добыча золота и мутная вода выгнала из реки всю рыбу. Прошло пять лет, как прииск не работает, но рыбы нет до сих пор. Грустно смотреть, как быстро и качественно человек уродует красивейшую таежную реку. Валы взорванного и перекопанного гранита возвышались на десятки метров в вышину и на сотни в длину. Они шли рядами по каждому берегу, и по руслу уже не глубокой и теплой реки создавая коридоры стоячей воды. Попадая в такой проход не знаешь чем он закончится. Конец его, как правило тупиковый и приходится перетаскивать лодку через гребень битого камня в другой более надежный с виду проход.. Но всегда оказывалось обманом и я снова и снова поднимал Маринку и нес ее в очередную протоку. Раскаленное солнце скатилось за плоские вершины лиственниц когда совершенно уставший  с изодранными об камни ногами,  присел на удобной коряге привязав к ней лодку. Пора было готовить ужин и ставить палатку. Меня покачивало от усталости и сильно хотелось есть. Неспешно установив жилище и настрогав сухих стружек,  разжигаю костер и вешаю маленький котелок. В большом мне нечего варить. В запасе только крупа и немного вермишели. На крайний случай одна банка тушенки. Сначала чай. Много чаю, и голод постепенно затухает. Лезу в палатку  пожевав немного сухарей и маленький кусочек бекона. Поцарапанные ноги ноют  и чешутся. В трех местах прилично стер кожу попавшим под лямки песком и гравием. Тихая, теплая ночь опускается на маревую тайгу. В округе на многие километры нет  людей, лишь только северный олени и медведи. Их следами истоптаны все песчаные косы, а свежие кучи медвежьего помета попадаются все чаще и чаще. Животные меня не пугают вовсе.  Год выдался урожайным на ягоды и орех, звери сыты и беззаботны. Хотя такая встреча с медведем как сегодня с оленем не несет ничего хорошего, но я надеюсь увидеть его раньше в этой редкой тайге и не допустить сближения на опасное расстояние.

   Тишина и убаюкивающее журчание Джемку создают то неповторимое чувство свободы и отдыха ради которого стоит поехать за многие тысячи километров , чтобы надолго запомнить  как велика и прекрасна тайга для тех кто ее понимает и любит. Дом, в котором все первозданно и чисто, где нет обмана и суеты, людей и машин. Где замерло время остудив ход вечности под  мерзлотой марей, где пахнет багульником и медом спелой морошки. Вода, которую хочется пить из ладоней не помыв перед этим руки. А зачем, ведь в тайге нет грязи.  Хорошо, что еще есть такие места, куда можно приехать и не видеть никого многие  дни. Усталость окончательно сморила меня, и я заснул под мелодию воды и дурманящие запахи  леса.

    "корабликом" лодка идет легко и быстро

large.5c7828b402dda_.jpg.8f3d5f84c1d99afb18509dd871a61fb9.jpg

 Сильно истощенная собака

large.5c7828a5c6271_.jpg.6e36a1399e277a62c3328fcdf77fca12.jpg

Редкие плесы сменились отвалами от промывки золота драгой

large.h-1346.jpg.e68d41aad330fb436a679ce6f24ced78.jpg large.h-1345.jpg.cfb34ba6acd89f8a9dc69f0649cf6d63.jpg

large.h-1348.jpg.c0efd4b581755d18328a2309d3e674d7.jpg large.h-1349.jpg.c2c5efe6ae1e59d5570a70784a7089b9.jpg

Утро в густом тумане.

large.h-1340.jpg.3fde27d258d4c6a2197c781fb49eaf89.jpg

 

  • Upvote 1
Link to post
Share on other sites

3. Мудрый эвенк.

За поворотом  показалась широкая протока и было видно, как река делится на две части бурную и спокойную. Вытягиваю на галечник нос лодки и иду смотреть что там. Достав карту и навигатор определяю свое местоположение. Это Бурный правый приток Китемяхты. Они с Джемку примерно равные по ширине, только последняя не такая быстрая. Несколько пустых забросов спиннинга и снова тащу за веревку свою поклажу. Река сильно сдала в течении , но все равно идти на веслах нет смысла,  пешком получается быстрее и не так утомительно. Тут потянуло дымком. Мне говорили об охотнике по прозвищу Нянь что живет где то в верховьях реки. Должно быть скоро увижу и  его избу. Я шел другим берегом когда увидел крышу избушки и горящий дымокур у дверей. Крикнул и услышал дружный  лай в ответ. Тут же из высокой прибрежной травы показались ухоженные собаки разномастной породы и принялись громко лаять на меня постоянно оглядываясь не идет ли хозяин. Река мелкая, перехожу бродом и привязываю за ивку лодку. Из кустов вышел заспанный человек низкого роста и протирая кулаком глаза поздоровался. Им оказался тот самый охотник – эвенк Максимов Сергей. На вид ему было под шестьдесят лет, но в движениях и сильных руках угадывался другой возраст. Чистая рубашка и штаны были давно изношены, но аккуратно залатаны и постираны. Меня по обычаю пригласили на чай и я стал подниматься за Сергеем на песчаный берег. Он помогал мне нести рюкзак и разгонял палкой незлобных собак.
- Пошто один? Тут ведь очень далеко людей нет. Последний я живу. Есть еще  сторож на прииске. Ты заходил к нему? – спрашивал меня охотник и все суетился у стола раскладывая на чистой клеенке стола карамели и лепешки своей выпечки.
- Нет. А зачем? Ну живет человек, охраняет трактора от кого то. Дым над балком видел значит все хорошо, а спирт пить ради выпивки нет желания. Тут охотник как то сразу повеселел и притащил откуда то тарелку мелких свежее соленых хариусов и два балыка вяленой сохатины. Я понял куда он клонит, но не хотел торопить события. Пока он рассказывал про охоту и местный климат я смотрел по сторонам на устройство и быт таежного жилья. Все здесь было аккуратно и чисто. Помытая посуда стояла рядами в сушилке. Рукомойник и таз под ним тоже блестели чистотой. На полке ряды зачитанных книг и журналов. Рядом баночка с окурками Примы на случай самокруток. На нарах матрасы и постельное белье, керосиновая лампа блестела чисто вытертым стеклом.
- Так вот не успел я значит все мясо то вынести и скоптить. Остальное  наверное протухло. Да куда мне одному столько. Сейчас лето и муха летит на мясо. Быстро пропадает. - он все рассказывал про недавно убитого лося которого не смог до конца вынести к избе и сильно переживал за это. Мы пили ароматный чай из мятого, черного  чайника и ели вяленое мясо с лепешками.  Приятный, добрый человек этот эвенк. Я спустился к лодке и достал недопитую бутылку спирта. Разговор затянулся. Мне хотелось еще немного пройти пока светло и хороший ход, я стал собираться.
- Я с тобой пойду. Только берегом. Мне тоже надо на Гаенгу. Вот возьми мою дробовку. Хорошо бьет и пуль много. Недавно лил. Все патроны пулевые. Бери! – он протянул мне разболтанную одностволку 32 калибра. Ствол был явно не от нее и шейка приклада перетянутая тонкой проволокой имела продольную трещину. Я начал отказываться,  что она мне ни к чему и заготавливать мясо я не собираюсь. Тут Сергей резко встал и позвал меня с собой. Я не спеша вышел и увидел, как он заражает ружье. 
- Вон камень из воды торчит видишь? – он показал на макушку валуна метрах в ста от нас. Быстро вскинул ружью и почти не целясь спустил курок. Выстрела не последовало. Он негромко выругался на баек и все повторил снова. Старая одностволка грохнула сизым дымом и рядом с камнем ударила пуля. Я подивился такой ловкости и точности стрельбы.
- Хорошо стреляет. Но не к чему она мне, понимаешь?
- Ты возьми. Довезешь до туда а там я ее заберу. Мне нести на плече неохота. А ты все одно на лодке тянешь. – он посмотрел мне в глаза и я согласился.
Допив остатки спирта мы простились. Дробовка и патроны были привязаны поверх всей клади.  Договорившись  встретится выше по реке через два дня. Ему нужно было идти по прямой когда я петлял по руслу. Пройдя порядочное расстояние,  заночевал на очень красивой поляне. Ее мхи и ягель образовали толстый и ровный ковер на песчаной почве. Он мне очень понравился и напившись чаю погрузился в глубокий безмятежный сон. К обеду следующего дня пути заметил знакомую собаку. Она тут же залаяла и показался мой вчерашний знакомый. Зачаливаю байдару и поднимаюсь на невысокий бережок к старой покосившейся избушке. Кругом банки и грязь, но над костром висит знакомый чайник а на жердевом столе пара горячих лепешек под платком и миска свежего голубичного варенья в которое уже попала первая оса.
- Ты быстро идешь, хорошо. Я тебя только к вечеру ждал. Медведя видел? – спрашивает меня охотник,  что то помешивая в котелке над костром.
- Нет. А почему я должен был его видеть? – спрашиваю его.
- Я того сохатого на берегу то убил. Отсюда час хода назад. Там должен был быть медведь на остатках сохатины. Дробовку я тебе зачем дал? – он хитро посмотрел на меня и подвинул кружку с горячим чаем. – Если бы медведь был, он на тебя бы орать стал или в драку полез. А так у тебя моя дробовка, так ты бы и убил его. – сказав это Сергей отломил половину еще теплой лепешки и намазал ее голубичным вареньем. – Ешь! Я откусил ароматный хлев на соде по вкусу напоминающий толстый печеный блин. Вкус голубичного варенья разлился по рту тонким ароматом. Дым от костра проглатывался вместе с обжигающим губы чаем. Мы разговаривали. Тут вдруг эвенк потребовал ружье обратно, сославшись на то, что у него появились другие более важные дела и он не пойдет на озеро Гаенга. Я поблагодарил его за угощение и стал собираться еще раз взглянув на стоящую рядом с его мелкашкой разболтанную дробовку. Он проводил меня до реки  объяснив где нужно искать хороший выход к водоразделу. Пожав друг другу руки попрощались. Я снял с галечника лодку и уже отошел на несколько метров когда охотник окрикнул меня. Он быстро шел по неширокой косе и что то нес в руках.
- На вот тебе кукуры. У тебя совсем продуктов нет а переход трудный. Вяленой сохатитне ничего не будет, только подсушивай ее когда совсем сыро будет! – он протянул мне три балыка почти черного цвета сухого, вяленого мяса. Мне не пришлось отказываться от угощения. Тогда я не знал на сколько ценным подарком были эти сморщенные куски лосятины. Запах сильно копченого мяса и сейчас ощутим в гермомешке который хранил продукты. Первую рыбу мне довелось поймать только через неделю после расставания с эвенком и если бы ни его подарок питаться пришлось только крупой.

 

Китемяхта - правый приток Джемку. Тут полно медвежьих следов.

 

large.9.jpg.3a6d18a564453c70be4aa12655baf9f6.jpglarge.5c7828ab8e9ed_.jpg.0e8ae9f59d4256334a58f903aa3ded1f.jpg

 Охотник  Максимов Сергей живет тут всегда.

large.h-1353.jpg.bc6d7536d053cb8989f4ea5c82090269.jpglarge.h-1354.jpg.8be3d6b41c41484ddbe13d5e5dd2a967.jpg

Ружья промысловиков

large.2.jpg.2b9fce9dbf9f445bb35339e5b45ae18e.jpg

Прощанье

large.2292281.jpg.e940d115daa2420b1abacb7495f3e1e7.jpg

Дальше только пешком на водораздел с Калаканом

large.4.jpg.d9d17edc4244c34344724ed6ceae8c68.jpglarge.5.jpg.2e2671711f6aaa77ae2103a3e3ba17cd.jpg

Отдых на лесном ковре у золотых вод.

large.1.jpg.672b9fdc5748ec769be36b33dbb2dd4e.jpglarge.6.jpg.838755b4bdb3050cb79b3edf4c2df7c0.jpg

  • Upvote 4
Link to post
Share on other sites

4. В Калакан через перевал.   

   К концу второго дня, как я расстался с Сергеем , река ,Джемку стала совсем узкой и холодной. Навигатор показывал, что она резко   уходит к горам на запад.  Мне предстояло разобрать лодку и тащить все имущество к озеру Гаенга по болотистой мари покрывающей вечную мерзлоту ковром душистых багульников и карликовой березки. В воздухе чувствовалось приближение дождя и мошка принялась за свою работу. Я намазал руки и шею дифтолатом, затем растер его по лицу. Насекомые ретировались на некоторое расстояние . Разборка всегда продолжается не долго. Тщательно упаковав снаряжение в два увесистых рюкзака,  склоняюсь над картой и компасом. Примерное направление чистый юг. Быстро поднимаю упакованную в длинный но не тяжелый рюкзак с байдаркой и начинаю движение по перине проминающихся мхов и кустарничков голубики. Шаги даются тяжело. Под покровом сфагнума холодит ноги ледяная вода не тающей тундры,  а черная жижа временами брызгает наружу. Голубичная марь дышала жаром и только ветерок приносил ту небольшую прохладу вспотевшему телу о которой может мечтать путник. Кровососы вились где то за спиной и стоило только повернуть голову назад, как они тут же набивались  в глаза и рот. Пройдя значительное расстояние,  снимаю синий рюкзак и ставлю к корявой лиственнице. Его будет видно издалека.  Возвращаюсь своим следом к реке где меня ждет более тяжелая поклажа из палатки, еды и одежды. Пронеся ее мимо оставленной лодки еще метров двести,  оставляю так же на видном бугорке и иду назад к первому рюкзаку. Так продолжается  час, другой, третий пока в просветах редких деревьев не показалось зеркало водной глади озера. Неожиданно большим и совершенно диким увидел я его сквозь тонкие и низкие стволы деревьев. Сидя на кочке запускаю руку в куст голубики и достаю оттуда горсть небесно-голубых ягод. На их матовой кожице остаются следы пальцев , как при дактилоскопии.  Ягоды тают во рту оставляя приятную кислинку, но не утоляя жажду. Всюду сколько видит глаз бесконечное море голубики и лишь на открытых мхах виднеются янтарные ягоды морошки. Нагибаясь за ними каждый раз придерживаешь тяжелый рюкзак, чтобы он не свалим меня вперед. Морошка переспела и давится от малейшего прикосновения. Она сладкая и пьяная, пахнет медом и летом.  Ягод на столько много, что временами ловил себя на мысли,  будто не хорошо наступать на богатство природы и нужно выбирать место где их хотя бы поменьше. Но тут очень далеко громыхнул раскат грома и я очнулся от рассуждения и усталости. Сильно парило,  в воздухе носились миллионы голодных комаров и мошек. Они особенно жестоко кусают перед грозой. Нужно было спешить к воде. Там можно было искупаться и выполоскать пропотевшую майку с платоком. Несколько ходок взад-вперед и я уже на берегу черного от торфа озера. Дно немного песчаное, затем переходит в ил. Вода теплая на поверхности и совершенно не прозрачная хотя чистая. Будто растворимый кофе. Быстро купаюсь и стираю футболку. Налетевший ветер отогнал насекомых и позволил  наскоро собрать байдару. Плыть мне на ней не много и я особо не закреплял ее детали. Загружаю вещи и отталкиваюсь от  торфяного берега. Волны качают и плескают через борт. Гребу примерно на дальний берег где должна быть узкая и длинная протока в нужном направлении. Но тут полил дождь и ударила молния.  Холодные потоки воды обрушились из недавнего теплого неба.  Гром грянул где то-совсем рядом, потом все повторилось еще раз и в воздухе запахло электричеством. Я оказался в самом центре грозы на ровной водяной глади посреди озера в дюралевой лодке и с таким же веслом в руках. Понимая, чем это может закончится,  спешно гребу в другую сторону туда, где по словам эвенка у него должна быть избушка. Сорвавшийся внезапно  сильный ветер с усилившимся дождем постоянно разворачивали нос лодки,  и я налегал на скользкое весло всеми силами. Через двадцать минут достиг небольшого островка с остатками лиственниц на берегу. Больше строительного материала тут взять негде,  поэтому строить можно только здесь. Высаживаюсь на топкий берег и под проливным дождем иду искать строение. Мне повезло. Изба нашлась именно там где я и предполагал. Это низкое строение с косой дверь и целлофаном вместо окон. Кровлей служит кора с лиственниц . Она не дает снегу таять зимой, но совершенно не годится как кровля летом. Внутри льет наверное сильнее чем снаружи. И все -таки хоть  какое то жилье в такую погоду. Всяко лучше,  чем ночевать на мокром болоте и под дождем. С трудом перетаскиваю нужные одежды и крупу на ужин. Дров поблизости конечно нет, но на стене висит двуручная  пила,  а за ржавой печкой из половины бензиновой бочки немного сухих поленьев. Кое- как удалось развести и раздуть огонь. Внутри все в пару от сырости и дыма. Непогода стихает и я иду пилить сухой на вид пень.. Единственное, что осталось  не промокшим,  это герма со спальником и тонким бельем-пижамой для него, но я надеюсь все высушить за ночь у печки. Пока варилась гречневая  каша , пытаюсь   хоть как -то закрепить поверх коры на крыше кусок целлофана над местом моих нар. Удается и тут снова полил дождь, еще более сильный,  чем ранее. Гроза гремела далеко,  но потоки воды залили все внутри кроме небольшого пятачка со спальником и печкой. Вот он суровый характер полюса холода. Ужинаю при свете диодного фонарика. Глоток спирта, горячая каша и спать. Усталость и озноб берут свое. Единственное желание влезть в сухое и уснуть.

   Ночной дождь пролил столько воды, что небольшой болотный ручеек превратился в реку. Это позволило мне почти приплыть на водораздел на лодке. Однако ее все равно пришлось разбирать еще раз и тащить все заново к реке Калакану. Переход немного длиннее вчерашнего, но дается легче из за подъема на каменную поверхность перевала. Внизу неожиданно открылась река, бурная и шипящая в тесном ущелье. Очень неприветливо хмуро казалось все вокруг. Мокрые камни заросшие ягелем  на которых постоянно скользили кроссовки и заметно потяжелевшие от воды рюкзаки не добавляли радости от достигнутой цели. Спуск к воде крутой и высокий берег пришлось обходить далеко в стороне. В реке еще не много воды, но она беснуется среди больших камней в нагромаждении которых пробила себе дорогу . Под нескончаемым дождем  уже основательно  собираю байдару крепко затягивая каждую деталь и узелок . Ей предстоят серьезные испытания на прочность. Ловить рыбу бесполезно вода мутная и ее много. Отталкиваюсь и выгребаю на струю пенной воды. Сильное течение мгновенно понесло меня со страшной скоростью и я с большим трудом успевал поворачивать лодку между камнями. В таких шиверах легко сломать ее шпангоуты . Река сильно петляет  создавая прижимы к берегам. Вот за поворотом показывается высокая скала стоящая ровно поперек течения. Перед ней мощная струя в крупных камнях которая потом бьет в ее отвесную грудь и кипит там в белой пене.  Пытаюсь успеть, как то выправить лодку,  чтобы пройти немного правее, но уже поздно и нос задевает за каменную глыбу под водой. Мгновение и я уже в холодной воде плыву рядом с байдарой к этой  ужасной скале с водяным валом. Только бы успеть схватить весло и не дать ему потеряться.  В спасательном жилете  одной рукой удерживая перевернутую лодку другой хватаю весло. В этот момент вижу, что вода возле скалы уходит вниз увлекая с собой палки. Выставляю  вперед ноги  и крепко держусь за лодку. Удар о скалу пришелся на ноги и лодка не пострадала,  за то меня начало подсасывать вместе с веслом под воду. Всячески стараюсь удерживать весло и не утонуть отталкиваясь от скалы продвигаюсь к ее краю где в небольшом котле кружатся бревна и пена. Там спасение, водоворот не слишком мощный  и смогу выплыть если уж не утонул здесь. Течение сильно давит к скале, но понемногу мне удается вырваться из его смертельной хватки и вода подхватив меня выносит в улов за скалой. Руки тряслись и всего знобило совсем не от холода, скорее от страха за свою жизнь с которой так опрометчиво мог расстаться и вряд ли кто то меня тут нашел бы даже через пол года.

 По мягкому ковру морошки голубики

large.1.jpg.b22305b2e2080962f27377fb743434c6.jpglarge.5c7828bc0626b_.jpg.69fcacae4e3b7f99755cab3bb1539c79.jpg

 Жарко и душно перед грозой

large.2.jpg.a5f2bc272b168a736836499ce0fc6651.jpg

Полил дождь, но надо сверить направление по карте

large.5.jpg.19a409557b3692500e0916353510b3bc.jpg

Все проходные избы рассчитанны  на зиму и крыты лиственничным корьем. Текут что решето. Дров по близости нет.

large.4.jpg.faaf39e7257a796d31aa9671f269f6cc.jpg

Вечером снова раскаты далекого грома. Ночью будет сильный ливень.

large.3.jpg.3c1e78eab0d23cfb2e66875255c0c9ed.jpg

 Дальше плыть опасно. Решаюсь ночевать тут.

large.6.jpg.9e85eab9a82718694b3b6e5e75ae62f4.jpg

 

  • Upvote 1
Link to post
Share on other sites

5. Судный день.

     Я стоял и смотрел на несущуюся мимо меня мутную, холодную воду и крепко держал за веревку рвущуюся байдару. Вода затопила все кусты тальника  росшие вдоль каменистых кос и галечных отмелей. Течение несло  палки и таежный мусор. Посредине русла река  поднимала пенные волны  и стоячие  валы.  Берега давно уже исчезли под напором стихии, а дождь все продолжал хлестать по мокрым лиственницам, серым скалам , моей давно промокшей куртке и лодке.  Мелкие капли  падали на траву и листья создавая ровный тихий шум. И лишь река ревела и металась среди  скал и камней. С тревогой всматриваясь в ближний видимый поворот русла пытаюсь составить траекторию движения по воде обойдя ряд стоячих волн и видимый обливной валун на краю стемнины. Но там, всего лишь в ста метрах река снова поворачивает за скалу и смутное чувство тревоги начинает колоть сердце. Судный день! Возможно  именно так я и предполагал его не во сне а наяву,  под леденящим душем дождя в огромной и дикой Забайкальской тайге. Здесь нет  помощи и никто не придет на твой зов. Потоки воды с небес соединились с мутной рекой в безумной пляске под грохот волн и водяной пыли.

   - Господи, Господи, Господи! Прости мне мои грехи, если в суе или гневе произносил имя твое. Об одном прошу Тебя не дай загинуть так глупо и нелепо в этом мокром царстве камней и мерзлоты… - губы наверное еще шептали что то, но я уже выровнял байдару носом вверх на струю и не сводя глаз с обливного камня занес ногу в оставшееся свободным от поклажи место  лодки. Байдара рвалась  и металась  в крае струи но я еще держался за веточку ивняка, как за последнюю соломинку не решаясь отпустить ее из рук.

  -С Богом!!! – почти выкрикнув  эти  слова бросив  тонкий прутик и сильным гребком весла вывел лодку на пенный фарватер. Мимо неслись близкие берега, затопленная тайга и клубы взбитой пены в заливах мелководья. Среди вздыбленных валов не всегда можно было разглядеть очередной камень на который никак нельзя было напороться. На такой скорости это неминуемо повлекло бы поломку лодки с купанием. Всячески стараюсь держать скорость относительно потока  который несет меня с ужасной быстротой. Стоит только перестать грести, как байдара отказывается управляться. Снова и снова  работаю  веслом  выравнивая свое направление… - Господи, да что это за наказание мне. Наверное за грехи которые оставил по жизни. Вот он час расплаты! Поворот резко открывает еще более высокий утес  чем тот,  возле которой я чуть не утонул вчера. Поток пляшущей воды разгоняется словно под горку и с силой прижимаясь  к ее скуле скользя уходит в нагромождение  огромных плит и камней. Нет! Только не сейчас и не здесь! Что есть силы налегаю на весло стараясь уйти от этого мощного прижима влево к камням и просочиться в узкий проход по краю ровного слива. Скорость резко возрастает и отбойная от скалы волна с силой бьет в днище. Байдара накреняется вправо, я стараюсь зацепиться веслом за воду с другого борта, но мгновение и я уже вниз головой… Вода попала в уши и там что забулькало. Только бы не стукнуться головой о подводные камни. Быстро покидаю байдару и вынырнув рядом ищу глазами весло. Его не видно ни  впереди  ни сзади. Судорожно хватаю веревку привязанную для этого случая за кормовую ручку и плыву вместе с лодкой мимо  каменных глыб. Немного ниже меня выныривает синяя лопасть весла и я пытаюсь догнать его сильнее подгребая и толкая лодку. Вот оно совсем рядом и его уже схватил за дюралевое древко, как  что то зацепило его там в глубине и меня сильно  дернуло за руку. Резкая боль отдалась в плече и тупым отзвуком разлилась по мышцам и сухожилиям. Шивера постепенно перешла в небольшой плес расположенный перед очередной скалой. Там виден галечный пляж и широкая  отмель в кустах ивняка. Кое- как подгребаю к заводи и долго пытаюсь нащупать  дно высматриваю весло.  Вода вымыла большую прибрежную яму,  и только в двух метрах я коснулся пальцами ног крутого берега. Синяя лопасть мелькает далеко впереди, его несет другим берегом и вероятно сейчас прибьет в улов за камнями. Там спокойная вода и в небольшом водовороте плавает толстая пена и комель дерева  замытого вершиной в береговой нанос. Вытащив лодку подальше от воды захожу в реку и плыву ниже этого места  ловлю свое весло. Далеко от оранжевого бока байдары ступил я на свой берег. Плечо сильно ныло под мокрой курткой, из карманов вытекала вода , в сплавные тапки набилась мелкая галька. Я шел по широкой песчаной косе с отвоеванным у реки веслом и благодарил Бога за счастливый исход событий. Вылив из лодки воду отвязал рюкзак и герму со спальником. Дождь немного стих  дав возможность поставить   палатку. Топором  рублю пропитанные водой ветки и щепаю  старый смолистый пень у края мари. Голубика свисает с обрыва . Ягоды как раз на уровне моей головы и я ловлю их губами выплевывая мелкие листочки. Холодно, и начинает знобить . В кармане рюкзака должен быть маленький кусочек бересты от поплавка сети. Без его помощи костер  мне не разжечь. Все, на сегодня хватит приключений. Их слишком много за прошедшие двое суток. И хотя с места старта я сдвинулся не более чем на пару километров, дальше идти полное безумии. Нельзя бесконечно испытывать судьбу. Нужно ждать спада воды, на этом месте такая возможность есть. Плохо только нет рыбы. Каша на утро и вечер не дает нужного количества белка. Несколько кусочков вяленой сохатины хорошо дополняют мой рацион. Спирт под такую закуску пьется как вода и сильно согревает изнутри.

   Дождь совсем перестал когда поспела жидкая гречневая каша с бульонным кубиком и запахом мяса. Я налил в кружку немного разведенного спирта и подошел к реке.

    - Спасибо тебе река, что не взяла к себе! Обмокнув мизинец в кружке бросил пару капель в ее мутные воды.  – Погодке, ветру, байдаре… - перечислял я всех тех, кого хотел поблагодарить по охотничьему обычаю и преподнести подарки в виде спирта. Постояв возле жаркого пламени плеснул и на его угли  немного из кружки. Пара добрых глотков и спирт приятно обжег горло  теплом поспешил куда то глубоко в тело. Горячая еда и жар от костра начали клонить ко сну. Я сушил спальник когда начал снова накрапывать дождь. Все, спать! Слава Богу выжил и сегодня. На крышке рюкзака лежала зубная щетка.  Хоть и надо бы почистить зубы на ночь, но больно не хочется мокнуть опять.  Быстро расстегиваю полог  палатки  и там стягиваю с себя все, что не успело просохнуть.

   Река шумела за тонкой стенкой моего жилища,  по тенту стучали редкие тяжелые капли начинающегося дождя. Интересно сколько времени он будет продолжаться и когда спадет уровень воды. Нужно ждать и день и три столько, сколько придется. Хочется надеяться что не больше.

Утро. Река вышла из берегов и затопила стоянку. То же место.

large.7.jpg.b30b8f8e26a26e924464ccbac5a49782.jpglarge.1.jpg.a8ff2eee286bde9b75ab190aecc09856.jpglarge.2.jpg.5f4376e3b74c095e77a958f21ec1e24c.jpg

 Пока есть солнце надо все сушить.

large.3.jpg.e43815f51e693095f7a9634a18047dc3.jpg

Плыть или ждать. Раздумье.

large.4.jpg.539255d839a7980706148d90e39da657.jpg

Спасибо Сергею за вяленое мясо.  Без рыбы оно сильно скрасило моей рацион.

large.6.jpg.0208545e96a8c44be44d11c4d889e02c.jpg

 Надо ждать пока спадет вода

large.7.jpg.74400cd1b872062c606ce440d6ba6e44.jpg

 

Link to post
Share on other sites

У вас талант не только расказчика,но и фотографа! С удовольствием читаю и смотрю.

Link to post
Share on other sites
35 минут назад, kap.morgan сказал:

У вас талант не только расказчика,но и фотографа! С удовольствием читаю и смотрю.

Спасибо. Надеюсь оправдать ваше внимание.

Link to post
Share on other sites
Только что, Барклай сказал:

Спасибо. Надеюсь оправдать ваше внимание.

У меня папа кинооператор и фотограф,научил видеть. К сожалению я абсолютно бездарен,на мои фото только обижаются.

Вам спасибо!

Link to post
Share on other sites

А как вы делаете "селфи", просто по некоторым фотографиям не понятно где размещена камера чтобы сфотографировать Вас на уровне туловища?)

Link to post
Share on other sites

- Что есть "селфи"? Скажите по -русски. Это не сложно. В каждой камере есть механизм задержки спуска "затвора" если он там присутствует вообще. Камера устанавливается на бугорок, пень, палку,пр. , взводится автоспуск и бежишь занимать нужное место. Разве вы это не знали? Главное выбрать нужные настройки качества снимка. Иногда приходится дорабатывать экспозицию и контрастность, баланс белого и многое другое в дополнение к автоматическому режиму съемки.

Вот этот кадр снимался камерой установленной прямо на моховую кочку. Важно было подчеркнуть "мягкость перины" этой долгой мари.

large.2.jpg.a5f2bc272b168a736836499ce0fc6651.jpg

Link to post
Share on other sites

Хороший рассказ и фото. 

Одиночные путешествия это  особая тема...

Удивляюсь мощи и энергии таких путешественников. 

Link to post
Share on other sites

6. Первые радости опасного пути.

    Прошло трое суток,  прежде чем  спала вода и немного успокоилось течение. Зарубка на низкой лиственнице поднялась на метр, и уже сквозь тонкую пленку воды просматривалось каменистое дно настоящего берега. Каждое утро с надеждой глядя на гнущееся под напором  реки деревце я мысленно прикидывал на сколько спадет вода завтра. И вот настал день,  когда можно было собирать палатку и упаковывать высохшее снаряжение. Омытое дождями солнце припекало спину, грело расстеленный влажный спальник и пока еще довольно мокрый рюкзак. Вытряхнув из палатки мусор скопившийся за время длительной стоянки, переворачиваю ее вверх дном  к светилу и ветру для просушки. Байдарка лежит в тени большого куста ивы с приспущенными баллонами и ждет погрузки. Неспешная упаковка и увязывание поклажи отнимает не много времени, все движения отработаны и веревки отмеряны до необходимой длины. Смотрю на разобранный спиннинг размышляя куда его приторочить. А вдруг сегодня будет клевать рыба? Прошло уже десять дней а мне ни разу не довелось  поесть рыбки . То паводок, то прежние события на реке мешали рыбалки, но вот сейчас ничего не мешает, и погода отменная, почему бы не покидать! Недолго раздумывая кладу его поверх рюкзака и мешка с палаткой.  Надуваю боковые баллоны и моя «Маринка» приобретает женские формы и плавные обводы быстрого судна. Ее острый форштевень расходится тонкой линией к мидельвейсу  меняя синий цвет днища на оранжевую обшивку  борта.  Накинув веревку на большой валун иду осматривать место стоянки в надежде найти,  что то забытое при сборе. Нашлась старая брезентовая рукавица для снятия с огня горячего котелка. Нужная вещь. Отчаливаю.

   Реку не узнать. Уже спокойная она несет клочья пены недавнего паводка. Все береговые кусты тальника загнуты  вниз по течению. Берега в поворотах  завалены палками и  смытой хвоей. Вода еще немного мутная, но большие камни на русле уже хорошо видны. Они светлыми пятнами выступают из бурой глубины русла. Ровно махать веслом не позволяет растянутое плечо. В  каком то одном положении снова и снова возникает эта неприятная ноющая боль в левом плече. Стараюсь поменьше напрягать растянутые связки и гребу ровнее и тише, все равно река бежит достаточно быстро,  а торопится мне теперь некуда. Природа очнулась от мокрого сна и засияла красками скромных цветов маревой тайги, в воздухе закружились стрекозы и появились слепни.  Сплавляясь вниз по течению, ветер всегда дует навстречу, хотя и тормозит скорость, за то сдувает надоедливых кровососов. Так проходят часы. Однообразные берега сменяются другими в редких  чахлых  лиственницах. Их неопрятные вершины похожи на взъерошенное перо. Многие из них годами подмывались рекой и теперь свисают над ее водами словно пальмы в далеких тропических странах. Их дрожащие тени отражаются на живой поверхности воды. Плывешь по такой аллее нависших над тобой деревьев ощущая ,себя в сказочной стране где нет людей и машин. Только небо, река и тайга.

   От наступившей в полдень жары хочется пить . Я  часто наклоняюсь к борту и ладонью черпаю чистую холодную воду. Пью с наслаждение.  Такой вкусной воды мне давно не приходилось пить. Нагнувшись в очередной  раз  замечаю быстрое движение под  днищем. Что это было,  рассмотреть не удалось, но рыба была крупной. Быстро подхожу к берегу и вытаскиваю за нос лодку до ближайшего  крупного камня,  чтобы привязать. Хватаю спиннинг  спешу туда, где стояла рыба. Первые броски не приносят успеха. Поднимаюсь выше на несколько метров – снова ничего. Может просто  нет клева или сильно жарко в полдень. Еще и еще кидаю в струю, под камень, на край мелкого переката, в сбойку течения – ничего. С досадой бреду обратно к лодке чтобы немного сдуть баллоны. На солнце они заметно окрепли, как бы не лопнули. Тут решаю попробовать поменять блесну на более желтую чем моя. Заменив красивый Мэпс на большую бронзовую вертушку с огромным крючком-якорем, просто кидаю под противоположенный берег. Не успела блесна коснуться воды, как сразу почувствовал резкий удар и стремительный потяг на глубину. Спиннинг изогнулся дугой и катушка затрещала разматывая плетеную леску на шпуле. Борьба продолжалась недолго и вот уже на галечнике бьется красавец ленок. Это первая рыба за столько дней. Решаю немедленно становиться на обед и варить уху. От каши уже подташнивает.  

   Маленький копченый котелок с трудом поместил в себя довольно крупную рыбу. Воды влезло две кружки. Соль, маленькая головка лука, лавровый лист и перец. Ничего большего для супа в наличии не было. Пока все это кипело и булькало,  я сидел на корточках у костра и поправлял угли. Запах шел такой, что я чуть не захлебнулся слюной. Аккуратно взяв  котелок брезентовой рукавицей за раскаленную ручку, стараюсь найти более устойчивое место среди камней, чтобы нечаянно не пролить долгожданную еду. Большие куски вареной рыбы выложил на широкую корягу и принялся хлебать ароматный бульон обжигая губы и разгрызая  сухарик. Ложку за ложкой я подносил к губам, дул на нее разгоняя блески жира и проглатывал пьянящий аромат пожалуй лучшей в мире ухи с запахом костра. Большие куски рыбы солил отдельно и ел, вернее пожирал сочное желтоватое мясо линка в толстой разваренной кожице. Про спирт вспомнил уже когда съел добрую половину котелка. Но подумал, что не стоит отрываться от обеда.  Как мало нужно человеку для полного счастья. Всего  то пару тарелок рыбного супа. Возможно в городской жизни мы имеем другие ценности и более  утонченный вкус, но поверьте эта уха мне запомнилась надолго.

   Байдара скользила по бурлящей за бортом шивере  куда то вниз к новым поворотам судьбы. Солнце коснулось вершины далекой  сопки в синей дымке и с распадков потянуло прохладой. Пора было становиться на ночлег. Я не спешил и радовался такому хорошему дню который подарила мне сегодня жирного рыбу  в награду за пройденные испытания.

large.5c7cd65d880bc_.jpg.fbf64f41fbeba566d452b26f5e54f619.jpglarge.5c7cd662b8f32_.jpg.540003603a6938823b5dac56ee32fbd2.jpg

 

 Очень жарко и хочется отдохнуть в тени.

large.5c7cd66cdf5fe_.jpg.752bdb709cf33eb0c1cf35d42630146c.jpglarge.5c7cd67217ddd_.jpg.3851c8b55d3dbc238b32a901d10c733b.jpg

Частые мелкие каменистые шиверы. В таких местах можно поломать конструкцию лодки.

large.5c7cd66854e00_.jpg.b3a674e05e1659a92e0b8805fc600810.jpg

 На косах для ночевки не всегда мелкий гравий. Обычно они выглядят так. Немного раскидав крупные валуны получаешь более менее  ровную площадку под установку палатки. Но за полночь все равно появится какой нибудь камушек который вылезет именно под боком. И ты будешь вертеться и проклинать его до утра. Тут всегда свежий ветерок и нет мошки.

large.5c7cd6762cf69_.jpg.34805c1f6786c8adac54cce11f88bf7d.jpg

 

Link to post
Share on other sites

7. В зимовье Усть- Ненну.

        Я проснулся от ужасной сырости. Спальник, флисовая  куртка на которой лежала голова, гермо мешок с продуктами, все было влажным и холодным. Не понимая в чем дело начинаю прислушиваться к шуму реки. Никаких других звуков кроме шипения воды и стука камней по дну  не слышно. Опасности подъема воды нет, но почему все мокрое?  Распахиваю створку палатки и перед  глазами  плывет серебристая стена плотного  тумана. Такого густого и плотного не видел никогда.. Крупные капли росы скатились по краю тента . Дальше метра от меня ничего не видно, слышу только рядом бегущую реку.  . Я подул в их сторону, они закрутились, пришли в еще большее движение и начали медленно отдаляться к кустам за палатку,  где на мокрых травах ночная роса развесила свою прохладу.

   Сегодня наверняка будет очень жаркий день и мне придется делать остановку в полдень, чтобы просушить совершенно мокрое снаряжение. Это одно из основных неудобств походной жизни. К нему нужно привыкнуть и принимать как кару . Быстро вылезаю наружу  натянув на теплые ноги холодные  неопреновые тапки. Главное поскорее развести огонь и попить чаю. Только так можно согреться и начать быстрые сборы в дорогу. С вечера спрятал несколько сухих палок под перевернутую лодку.  В кармане рюкзака еще остался небольшой кусочек берестяного поплавка от сети.  Отщипывая от него тонкие полоски коры можно с большей уверенностью сказать, что костер разжечь удастся. Дело в том, в этой зоне тайги  растет только лиственница и тальник, совсем редко тополь и ничего другого.  Несколько томительных минут борьбы рождающего огня с сырыми ветками и тонкая струйка дымка уже тянется  вверх . Комар и мошка в такие минуты отсутствуют полностью  давая возможность спокойно собирать табор. На завтрак решаю сварить рисовую кашку на остатках молока , чай и одну карамельку. Пока  закипает вода упаковываю спальный мешок и сворачиваю палатку разобрав дуги.  Из нее льется вода. Относительно сухими остались только брюки и футболка, поэтому они упаковываются в герму  отдельно. Сам же лезу в мокрые штаны и хорошенько выжав рубашку натягиваю ее на голое тело. Не очень приятные минуты, но других вариантов нет. Через пол часа даже сухая одежда станет такой же.

   Плыву  час, но висящий над тайгой туман и не думает подниматься вверх. Греюсь активно работая   веслом, пока позволяют небольшие плеса, но вот река заметно сужается и слышен шум мощной шиверы.  Подойдя ближе к сливу замечаю стоячие волны и далеко вниз уходящие барашки . Быстро решаю плыть правым берегом. Он более крутой, стало быть и глубже именно там. Лодка пляшет на волнах и весло стучит по камням на мелководье. Впереди широкой дугой возвышается галечный остров. Он большой и на его высоком участке растут кусты ивняка и покосившиеся лиственницы. Остров разделяет русло на две не равные по ширине  протоки. Тут из кустов этого острова  появляется лось и медленно переставляя свои длинные ноги-ходули бредет мне навстречу. До него метров сто и меня он явно не замечает. Любоваться мне им некогда,  а течение стремительно несет байдару все ближе и ближе к этому месту. Я громко крикнул и помахал в воздухе веслом. Лось остановился и подняв огромные растопыренные уши уставился в мою сторону. Прошли мгновения,  как он развернулся и громко стуча копытами по камням побежал обратно к кустам ивняка. Догадываясь, что добром это не закончится,  стараюсь как можно быстрее пройти  узкий участок между островом и крутым берегом. В это время зверь появляется на дальнем конце галечной косы. Дальше ему бежать некуда и он идет в воду поперек движения моей лодки.  Сперва он уверенно наступает на дно, потом в более глубоком месте течение подхватывает его и несет вниз. Все это происходит за двадцать метров до меня. Если мне грести как прежде, то мы непременно столкнемся вон у того большого камня. Начинаю тормозить веслом отводя нос байдары  в то место где животное уже проплыло. Видимо  мы настолько сблизились за эти секунды, что лось решает повернуть обратно к остову и спасаться бегством на более мелком берегу. Мне уже нет возможности маневрировать чтобы избежать столкновения с ним и я поднимаю страшный крик и машу высоко поднятым веслом. Лось совсем рядом, он дергается вправо, влево, я даже вижу ужас в его больших карих глазах. Он пытается прыгнуть в сторону, но ноги не достают дна и я проношусь  в полуметре от него с громкими проклятиями.  Трудно представить последствия залезания лося в байдарку. Чуть ниже спокойный улов и я направляю лодку к берегу. Напуганное животное в это время достигает нужного крутого берега, карабкается наверх осыпая крупные камни поливая их струями воды стекающей с шерсти. Спустя минуту его уже не видно среди деревьев. Я вылезаю на ровный каменистый берег  поправить поклажу и вычерпать накопившуюся воду. Развернув карту и включив навигатор определяю свое местоположение. Всего несколько километров отделяют меня от крупной реки Нэнну. В ее устье должна быть большая охотничья изба  Усть-Нэнну.  Солнце так и не показалось за целый день пути и я решаю ночевать в избе, где можно посушить одежду и отдохнуть в тепле.

   Зимовье оказало действительно большим и относительно опрятным.  На улице куча напиленных лиственничных чурок, пустые бочки и обрывки снегоходных гусениц валялись в беспорядки. Кругом консервные банки, оленья шерсть, кости и конечно же рога над дверью. Внутри большая печь из той же бензиновой бочки разрезанной надвое, пара широких лежанок-нар и стол покрытый грязной засаленной рогожей которую не снимали лет десять.  Окна заставлены дощатыми ставнями от медведей, широкие входные двери оббиты старыми одеялами. Кружки и немного посуды стоявшей на полках покрывала паутина. В пустых стеклянных банках покоились дохлые мухи, над  столом висела фотография восточной красавицы с обнаженными прелестями. Чуть ниже план-наряд на пушнину и документ о закреплении охотугодий. Пол и потолок представляли из себя накатник круглых не шкуренных стволов лиственниц толщиной в руку. Ходить по ним было сложно а уж искать что то упавшее совершенно невозможно. На затесанной потолочной балке красовалась надпись «Топорок Охремчук» и даты посещения этого жилья другими сплавными экспедициями разных лет.

   Растопив печь занялся просушкой снаряжения и приготовил еды на вечер и утро. Хорошенько выспавшись и обсохнув от вчерашнего тумана, почувствовал себя совершенно отдохнувшим. Оставил благодарственное письмо хозяевам , тронулся дальше. Сегодня мне предстояло пройти достаточно много чтобы доплыть до крупного правого притока Усмун. В погоде не заметно изменений осталось только монотонно грести по совершенно дикой и однообразной реке.

Обычная укладка лодки. В носу герма с крупой, в центре привязан рюкзак с палаткой и спиннинг поверх клади.

large.1.jpg.9900becb07a3ceec695ffed44ddcd323.jpg

 Основная изба в устье притока Ненну. Видимо охотится несколько человек. Просторные нары, , широкая дверь из двух частей для закатывания внутрь избы сломавшегося Бурана с целью его починки в тепле. Не хитрая утварь и печка. В таких избушка хорошо сушить промокшие вещи и отдохнуть в тепле.

large.3.jpg.bf4671487f431f6aa7f18305805c934f.jpglarge.4.jpg.4da8e201a5140e98fb25f4304a4c77b8.jpglarge.5.jpg.cc5fce35eeaadd9f663226f638ccc6a1.jpg

 Загадочная надпись на потолочной балке.

large.2.jpg.b0eda45b7b8f1ff723a49dbc1413879f.jpg

  • Upvote 3
Link to post
Share on other sites

8. У притока Усмун.

    Утреннее солнце радовало первый раз за много ненастных дней. Каким то особенным виделась  река и редкая лиственничная тайга  на другом низком берегу. Весла  методично погружались  в   воду не издавая звуков и не поднимая  брызг. Под днищем быстро проносились  каменные мели уложенные мелким гравием и песком с блесками слюды, отчего дно серебрилось в лучах солнца. Я отдыхал от гребли положив весло поперек лодки, стянул с себя красную флисушку и сучил ногами скидывая  надоевшие неопреновые тапки. Ноги от них горели в жаркую погоду. Все снятое было привязано к борту  на случай переворота. Река еще не стала спокойной, временами она рвалась и металась в узких проходах между скал сдвинувшихся на ее многовековом пути. Но это была уже не та прыть, что всего несколько дней назад могла сломать мое судно и раздавить меня об утесы. Она выглядела нашкодившей девчонкой, которой было стыдно за свои недавние поступки. И вот теперь она ласкалась теплой и чистой водой, играла солнечными зайчиками на волнах и каменистом дне.

 Достав из гермы фото аппарат привычно делаю несколько снимков с борта. За тем достаю  навигатор и определяюсь. Пока этот мудрый прибор ловит спутники,  мое внимание привлекает мощный всплеск на ровном месте немного впереди  по ходу движения. Рыба начала ловить муху  а значит есть возможность поймать и ее. Отложив в сторону прибор разворачиваю нос байдары к берегу и стараясь не шуметь высаживаюсь на галечник.  Попутно посмотрев,  где я сейчас нахожусь. До большой реки  Усмун, что является правым притоком,  остается пройти двадцать километров. Это совсем немного. По словам эвенка там должна быть хорошая изба, главное ее найти. Многие охотники тщательно прячут свои  избушки опасаясь посторонних глаз. Кому охота пускать непрошенных гостей.  Судя по описанию реки,  ниже Усмуна появляются длинные, широкие плеса и характер реки немного меняется в лучшую для меня сторону.

   Отвязав спиннинг решаю какую поставить блесну на яркий, солнечный день. Привлекает золотистая вертушка большого размера. Ставлю ее и бросаю в ничего не обещающее место. Мгновенный удар и сильный потяг вниз по течению. Удилище гнется и трещит тормоз , но рыба продолжает упираться и метаться где то в глубине реки. Казалось бы вся вода на просвет и ей негде спрятаться. Но я вижу только леску рассекающую воду и не малейшей тени на дне. Только подтянув добычу совсем близко сумел рассмотреть красивого, мощного ленка. Аккуратно вывожу его на мелководье. Он не прекращает биться даже,  когда я вынимаю тройник из его рта. Ленок крупный и отъевшийся за последний паводок. Вес его вероятно около двух килограммов.  Одной такой рыбы мне хватит и на сковородку и на уху. Делаю еще несколько пустых забросов и сматываю снасть. Сразу потрошу чтобы не испортилась и укладываю на прохладное дно в надежде приготовить скорый  обед.

    Пройдя еще немного по бесконечной шивере, мне наконец то попался приятный песчаный берег и много сухих дров на нем. Пристаю не раздумывая, очень хочется есть . Настроение прекрасное ,  позабыты все неприятности пройденного пути. Пока варится уха карабкаюсь на невысокий торфянистый бережок в поисках ягоды. Бескрайняя голубичная марь уходит к далеким сопкам теряющимся в сизой дымке расстояния. Переползая на коленях от одного куста к другому,  собираю в кружку крупные голубые ягоды. Некоторые давятся при малейшем прикосновении. Такие приходится сразу есть. С синими руками и коленками спустился я к костру. Обед был почти готов, как ухо уловило еле слышный звук лодочного мотора. Я встал и стал вслушиваться открыв немного рот . Звук исчез. Наверное мне почудилось . Тут же забыв про это приступаю к обеду. Жирная уха из хвоста и головы приправлена сушеным укропом , перцем и диким луком собранным тут же на каменистом берегу. Костей не много, за то хрящей и нежного жира хоть отбавляй. Сок течет по губам и стекая на уже густеющую бородку, капает мне на штаны. Два маленьких сухарика хорошо дополняют прозрачный и душистый бульон. Огромные куски жареной рыбы лежали на сковородке и шкворчали в масле. Толстая шкура ленка никогда не чистится от чешуи. У этой рыбы чешуя мягкая и глубоко вставлена в кожистые карманы. Скоблить  его большая проблема, да и не к чему. При жарении она превращается в толстую вкусную обертку розового  и сочного мяса. Обвалянная в сухарях приятно хрустит на зубах. Чувствую, что последние куски я съесть все равно не смогу, наливаю чаю в кружку с давленой голубикой. Наевшись сполна,  разваливаюсь на горячем песке.

    Пройдя достаточное расстояние на веслах и изрядно устав при этом, вижу еле заметную точку посредине реки. Ветер дует мне в спину унося мои запахи далеко вперед . Если это зверь, то он скорее всего быстро уйдет в тайгу. Но приглядевшись замечаю бурун воды рядом с растущей на глазах точкой. Теперь сомнения нет, - это моторка. Вскоре поравнялся с человеком на надувной резиновой лодке под мотором. Он помахал мне рукой и мы сошлись вместе.

   - Привет! Ты откуда такой? – спросил меня незнакомец в камуфлированном бушлате. Это был молодой парень лет тридцати, сухого телосложения с большим горбатым носом. Течение несло нас вниз пока он доставал сигареты и пытался прикурить на ветру.

   - Я с верховий. Третий день как плыву и ты первый кого вижу из людей. -  улыбнулся я в ответ на предложенную сигарету. – Спасибо . Не курю! Мы поговорили несколько минут про рыбалку, погоду и состояние воды. Он сказал, что ниже реки стоит их табор и там я могу заночевать . Поблагодарив незнакомца мы  оттолкнулись в разные стороны. Я поплыл вниз, а он еще долго дергал свой старенький мотор пока тот завелся выпустив большое облако синего дыма. Видимо обеденное видение было явью и слух не обманул меня.

    На широкой каменной косе стоял человек в сапогах и чистил рыбу. Вокруг плавали кишки  от ленков и сигов серебристая чешуя которых блестела на мелководье.

   - Мне сказали тут можно переночевать. – вылезая из байдары я протянул ему руку. – Николай. Я из Рязани. Мужик широко улыбнулся и сдавил в тисках своей  мокрой ладони мою сказал, что его зовут Толян и он из Могочи. Тут подошли еще двое с солью и флягой под чищеную рыбу. Мы болтали и смеялись пока они тарили бочку а я разбирал свои вещи. Меня пригласили к костру и помогли нести герму со спальником и котелок. Далеко от берега , где кусты перешли в спелый лиственничный лес стояла добротная изба. На вытоптанном пятачке суетились люди, готовили ужин и сушили одеяла. Их было шесть человек. Мужики пробивались сюда на армейской танкетке БМП переделанной под вездеход из городка Могоча, что в трехстах километрах к югу. Проводником у них был якут Арканя из таежной деревни Моклакан  которая расположена там же на  Олёкме. Люди ехали за хорошей рыбалкой, но тоже попали в мощный паводок на Усмуне и довольствовались не многим. Мы разговаривали весь вечер. Ели рисовую кашу с тушенкой и немного выпивали остатки спирта. Когда начал накрапывать мелкий дождь они перебрались под броню своего боевого друга и растопив небольшую приваренную к полу печурку, принялись играть в карты. Свет мощной лампы озарял окрестные деревья и отбрасывал длинные тени в опускающийся  туман. .Я пожелал всем спокойной ночи и отправился в свою одинокую палатку. Долго еще слышался их смех и гудение электростанции, пока ее не заглушили , только тогда  вокруг воцарило прохладное безмолвие сибирской тайги. Было тепло и спокойно. Я спал.

  Местами попадаются очень темно окрашенные ленки. Видимо это зависит от цвета местного дна.  Ленок и сиг.

large_22.jpg.feb9ce599bd1b54cc7d03bda99034fdc.jpg

Я не в состоянии передать вкус свежего жареного  ленка....

large_23.jpg.e980c4d630b2054df6d650caa5b0f1c4.jpg

 Танкетка  - дом для рыбаков

large_25.jpg.7466cd1bdd3d30d88157b87cd644994e.jpg

Проводник Арканя. Засолка рыбы.

large_26.jpg.a25b46da19b547a5926489fad3a6abdf.jpg

Лет десять назад тут горела тайга. Потом ветер принес семена лиственниц и  открытом солнце пошла молодая поросль. Скоро появятся мыши, голубика, за ними придет соболь и вечная жизнь продолжится вновь.

large_24.jpg.439c44d19068092db26da93240729b96.jpg

Link to post
Share on other sites

9. Хозяин реки.

   Калакан после слияния с Усмуном действительно стал спокойнее. Все чаще и чаще появляются широкие галечные косы и огромные острова посреди русла. На их высоких местах, куда не поднимается вода, растут большие лиственницы и ивняки. Эти острова образовались  когда река промывала себе новую дорогу отвоевывая у тайги сушу и расширяла свое русло.  Вглядываясь в течение воды трудно понять куда направить легкую лодку. Где широко там всегда очень мелко, где узко сильная струя вымывает из отвесного берега свежий грунт и огромные камни скатываются в глубину заграждая собою протоку. Подплывая к тому месту где ровный плес переходит в шиверу , можно просмотреть лучшее направления движения. Но иногда оно бывает обманчиво и приходится быстро работать веслом минуя  упавшие деревья, слишком мелкие перекаты или прижиматься вплотную в береговым камням обходя обливной валун посреди течения. Мимо проносятся десятки километров реки в день, но только в некоторых местах чутье подсказывает тебе, что именно тут нужно остановиться и покидать спиннинг. Так случилось и сейчас. Высокие утесы часто менялись короткими и глубокими плесами, река сильно петляла  и ее каменистое дно уходило крутыми свалами в большую темную глубину. Время к трем часам по полудню, на небе частые низкие облака и легкий встречный ветерок нагоняет крупную рябь на черный глянец воды. Я вытащил лодку на узкую полоску каменника которая отделяла реку  от обрывистого берега. Тут с трудом можно было размахнуться удилищем и устоять на ногах, но почему то именно это место показалось мне самым уловистым. Выбрав самую крупную желтую блесну начинаю бросать снизу вверх по течению в огромную яму ниже слива от переката. Первые броски не приносят удачи и я перехожу ниже туда, где виден новый перекат и глубина идет на убыль. Такие места любит рыба, и сразу на крючок садится приличный ленок. Еще несколько пустых бросков и я спускаюсь за поворот, где открывается новая яма почти стоячей воды. Явный признак большой глубины. Взглянув  на качающуюся у берега байдару продолжаю ловить. Солнца сегодня мало, за то на новом месте ветерок заметно сильнее. Бросок, другой, третий, блесна подолгу погружается на дно показывая наклоном лески какая тут большая яма. Подняв приманку резким рывком вверх, начинаю медленно крутить катушку.  Тут  почувствовал зацеп. Сильно поддернул удилище, но блесна не сошла с места. Подмотал еще немного и только хотел привычным движением подергать из стороны в сторону, как крепкий шнур потянул меня к воде с такой силой, что трещотка на катушке запела знакомую песню о крупной рыбе. Что на том конце лески сидел таймень я уже не сомневался. Пока методично разматывалась  леска,  я туже закручивал фрикционный тормоз на шпуле. Отмотав  добрый  десяток метров рыба встала. Пытаюсь подтянуть ее работая катушкой и гибким кончиком удилища, но это придает ей но новый порыв к сопротивлению. Теперь , не взирая на жесткий тормоз, плетеная леска с бешеной скоростью уходит все дальше в глубину. Ширина этой ямы позволяет надеяться, что сотни метров лесы мне хватит при любом варианте ловли. Стоя  по щиколодку в воде мне было не куда отступать. За спиной невысокий каменный обрыв, впереди крутой спуск в  глубину. Продолжая подматывать  и  отпускать рыбу понимаю, как сложно будет справиться с ней вот тут на этой узкой кромке  берега между стеной и обрывом.  Такая битва продолжалась наверное несколько минут, но я так не разу не сумел подмотать лески столько, чтобы хоть увидеть эту  Царь-рыбу. Как ни гнется спиннинг и не трещит катушка,  таймень не показывается на поверхности.   У меня начала побаливать левая рука, но азарт и редкая удача подливали адреналина в кровь. Я не видел  ничего под  ногами и передвигался за потяжкой рыбы вниз по течению воды спотыкаясь о крупные камни. Казалось этому не будет конца и скорее порвется нить связывающая меня с ней, чем кто то из нас победит. Но силы тайменя  уже не те что в начале. Он позволяет подтягивать себя все ближе и ближе к берегу. Я вижу как крепкая плетеная жилка поднимается к поверхности воды и снова уходит на дно.  Затем снова всплывая рыбина слегка коснулась воздуха плавником и мгновенно рванулась на глубину оставив мощный бурун в десяти метрах от меня. Крупные таймени почти не выпрыгивают из воды. Только подрастающие рыбы до шести-десяти килограммов веса показывают рыбаку этот концерт. Мой противник на много превышал этот порог и я чувствовал его силу и вес по натянутой  леске . Все меньше прыти и рывков, плавнее движения и легче тянуть к берегу. Только сейчас я заметил огромную тень на светлом участке дна. Но вытащить добычу на сушу  будет очень сложно. Берег тут совсем условный и я на нем помещаюсь с трудом. Видимо окончательно обессилив рыба дала подтянуть себя к самому краю  и коснувшись мелководья тут же рванула обратно, но совсем не далеко. Так продолжалось несколько раз, пока я не поддел ее рукой под жабры и не потянул быстро и сильно на сушу. Видимо в этот момент красавец таймень собрал все оставшиеся силы и мощным ударом хвоста развернул себя на камнях. Блесна вылетела из его пасти и прозвенев колокольчиком в воздухе звякнула на камнях где то за моей  спиной. Рыба прыгала на узком берегу показывая мне то красный хвост, то серое брюхо. Я всячески пытался ухватить ее, но сильное скользкое тело не давалось в руки и тяжелая, холодная рыбина упала в воду. Мощный всплеск хвоста и она торпедой погружается в тень глубины. Мне на прощанье осталась лишь слизь в руках, мокрые штаны и блесна с разогнутым крючком.

    Я стоял и смотрел на то место, где только что исчез шикарный трофей. Ополоснул скользкие от рыбы руки, посмотрел на спиннинг, реку, небо и только сейчас понял, что  это лучший финал рыбалки. Такое количество рыбы мне было совсем ни к чему, дотащить тяжелую и сопротивляющуюся рыбу до фотоаппарата мне все равно не удалось бы живой.  В мокром  кроссовке катался мелкий камушек и очень мешался под ступней. Сняв ботинок прополоскал его, выжал, одел обратно и улыбнувшись такому исходу события побрел назад  к лодке.

     В этот день я поймал еще много рыбы.  В протоке ловились крупные сиги и ленки. Вечером я нажарил впрок три сковородки, сварил много риса и закрыл этим вопрос обедов и ужинов на два дня. Далеко в верховья реки сгущались тучи и гремел гром. Это было очень далеко от меня и очередной паводок  не догонит до выхода в Витим.  Так закончилась моя самая удачная рыбалка на реке Калакан.

large_91.jpg.d4bc81dcdf929c29c7ae2620223ac159.jpglarge_90.jpg.eae552bf53e95a3952ebb16126a39b72.jpg

Красавцы ленки бывают разных расцветок.

large.5c7d3c98e3d3a_.jpg.7f230a0e79ef867e21c4aaa2247203a7.jpg

 

Edited by Барклай
  • Good! 2
Link to post
Share on other sites

Часть вторая

10. Витим река.

Холодный туман к исчез  к полудню. Река несла меня сквозь перекаты, которых становилось все больше  а плесы шире и мельче. Тихий пасмурный день, ни ветерка,  ни измороси. Я  молча греб и мысли мои были о Витиме. До него оставалось совсем немного и на стрелке междуречья есть метеостанция. Там мне хотелось попросить немного стирального порошка для придания чистоты а главное свежего запаха джинсам и футболке, которые давно не просыхали и издавали запах плесневелой рогожи. Бороться с ним можно только хорошей стиркой и сушкой. Поворачивая за низкий мыс заметил изюбриху стоящую по грудь в воде.  Большие уши-локаторы направлены в мою сторону. Она еще несколько секунд содрогалась  в нерешительности, потом медленно вышла на отмель,  градциозно переставляя тонкие ноги, и не спеша удалилась в тайгу в полном достоинстве.

   Спина сильно затекла и я немного переменил положение в лодке достав из кармана рюкзака навигатор и атлас Читинской области. Его масштаб не позволял достаточно точно определить мое местонахождение, но вкупе с навигатором это удавалось. Оказалось, что меня отделяет участок реки всего то в пару километров. Я налег на весло и вскоре увидел копну сена на правом берегу, остов жердевого зарода и небольшой мостик к воде. Тут река делала поворот и на противоположенном берегу возвышалась огромная куча мертвых деревьев,  которые подмыла и вынесла река за последние годы. Это нагромаждение серых стволов, корней и веток стояло памятником мощи весеннего паводка. Его безудержная сила сметала все на своем пути и несла вдаль, чтобы вот тут небрежно бросить  эти безжизненные тела  с изломанными ветками рук.  Я даже не заметил, как чистая вода Калакана вдруг стала мутной и быстрой. Слияние рек произошло совсем незаметно. Красный бок моторки и синие пластиковые бочки высоко на берегу указывали на жилье людей. Поднявшись на высокий берег по извилистой  глинистой дороге в колеях от тяжелой машины, я увидел несколько  домиков выцветших от времени, растяжки радиомачт и невероятное количество металлических бочек.  Собаки услышали меня задолго до этого и уже крутились рядом громко лая, но не подходили ближе. Наконец из дома вышел крепкий низкорослый мужичок с сыном. Мы поздоровались и меня пригласили на обед в дом. Охотно согласившись перешагнул порог опрятной террасы. На стенах висели сети, прокладки от моторов,  патронташи набитые на половину позеленелыми латунными гильзами и другие столь необходимые в хозяйстве вещи. Внутри дома пахло свежей краской, а чисто выбеленная печь светилась своей незапачканной белизной.  Виктор и его сын живут здесь давно и служат метеорологами. Позже к ним присоединился пожилой сосед – гидролог ходивший за грибами в ближайшую тайгу. Этому научнику лет было под семьдесят, но живые глаза и легкая походка говорили о его отменном здоровье, а лаконичная, неспешная речь свидетельствовала о жизненной мудрости и начитанности. Хозяин поставил на стол огромную чугунную сковороду жареного изюбрового мяса. Запах стоял такой, что слюни текли струями. Мы обедали, ели свежей выпечки хлеб и пили бражку из смородины. На метеостанции сухой закон. Я рассказывал  о путешествии, Москве, рыбалке. У них узнавал о дальнейшем течении Витима и характере реки. Сытно отобедав поблагодарил хозяев и выпросил оцинкованный ушат и горсть стирального порошка пошел на берег стираться.

   Течение Витима намного сильнее чем в Калакане. Река более мощная и красивая. Ее мутные от недавнего  паводка воды глубоки и стремительны. В русле много водоворотов и «поганок» - мест, где донная струя наскочив на огромный камень поднимается на поверхность вспучивая гладь реки образовав широкий гриб. Выполоскав штаны и рубаху,  решил сразу плыть дальше, а сушить все на ветру поверх  поклажи.  Я постоянно работал веслом удерживая лодку на скорости. Такой стиль движения позволяет с наскока проходить мелкие водовороты которые подсасывают корму байдары. Здесь они не представляют серьезной опасности, но тем не менее спасательный жилет мне пришлось застегнуть  как положено а не накинув на плечи. Мимо неслись то высокие береговые утесы, то нависшая дикая тайга, то скалы в которых кем то были пробиты штольни для поиска золота. Я плыл и смотрел на эту древнюю реку представляя, как давным давно возможно тут же плыл и Прохор Громов со своим спутником –черкесом Ибрагимом, посланный промышленником отцом искать новые земли для торговли и промысла. Прочитанная очень давно  книга Шишкова «Угрюм-река» со всей ясностью вырисовывалась здесь. Конечно много времени прошло с тех пор, и хотя изменились люди, уклад жизни, власть и даже климат, но берега реки и окружающая тайга остались прежние. И кто знает ,может именно с этого утеса бросилась в воду девушка или вот на том редколесом бугре было стойбище эвенков-оленеводов. Мысленно перебирая в памяти главы романа,  я ощущал себя присутствующим в тех далеких временах и не заметил,  как начал моросить мелкий дождик. На лодочной дэке и рюкзаке лежали  джинсы и футболка. Нужно быстро убрать эти не досохшие одежды. Так никогда не выветрится этот затхлый запах. Придется  искать хоть какую избушку чтобы высушить одежду в которой меня пустят в поезд. К вечеру опять начало болеть растянутое плечо и грести становилось больно. Дождь усилился, когда средь мокрых ветвей и стволов лиственниц я увидел низкую крышу. Мне повезло. Кое -как выбравшись на отвесный осыпающийся песком берег,  привязал лодку за корягу и пошел смотреть на жилье. Изба  стояла высоко на берегу и только я начал подъем, как послышался звук падающей посуды и глухое ворчание. Я крикнул в надежде услышать людей, но мой голос заглушил   шорох дождя.

   Взобравшись наверх увидел интересную картину. Дверь в избушке  сорвана с петель и валялась внутри. Банки, чайник и прочее хозяйство было разбросано по углам. Внутри возле порога  вырыта небольшая, удобная для проживания яма в которой видимо и обосновался хозяин тайги от дождя. Целофан которым  забиты окна вместо стекла был продавлен его толстым телом и по его выпуклости стало  совершенно ясно, что зверь входил в одно окно а выходил в другое. Дверь оказалась совершенно лишней. Яма хранила еще тепло его тела и мне, честно было жаль беднягу.  Выйдя в пролом двери под моросящий дождь , я тихо извинился за свое вероломство, но потом громко крикнул – Не в свои сани не садись!

   Крыша крытая лиственничным корьем нещадно текла  и дров поблизости не нашлось. С трудом распалив печку развесил сушиться одежду. Запах свежесть от Тайд разлился по зимовью. Пока весь мокрый решаю поднять байдару к избе опасаясь что ее может унести внезапно поднявшаяся вода. Остаться без лодки совсем не хочется. На вечер только чай с парочкой лимонных карамелей любезно выданных мне метеорологами. В теплом спальнике я долго не смог сомкнуть глаз. Мысли переносили меня в события романа и я слышал  разговоры его героев, топот пасущихся стад  оленей, дым костров и очень отчетливо видел лицо Ибрагима стоящего перед обессилившем Прошкой : - Кынжал брухо. Рэзать будем! На мрачных, закопченных стенах зимовья плясали отблески пламени пробивавшиеся сквозь ржавую дверцу. Крупные капли падали на жаркую печь и грозно шипели  превращаясь в пар. В тусклом свете висели штаны и майка. Прислоненная к косяку дверь погрызаная медведем, зияла дырой в крайней доске. Рука ныла и я не знал, как мне пройти сложный участок шивер  в двух днях хода ниже по течению. Но усталость взяла свое и я уснул.

Быстро бежит Витим

large.9.jpg.e741d3e16a38062b5c19ba51e20b9162.jpg

 Красивы его береговые утесы

large.5c7e25ce21945_.jpg.54f4995972eb0952ca2330e2751c9b16.jpg

Метеостанция Витим. Работают тут по году. Потом отпуск. Заработки не большие, но люди увлеченные. Свободного времени полно. Охота хорошее подспорье. Самое страшное проишествие - не выйти на связь в нужное время и не передать сводку погоды.

large.8.jpg.b5339731aac02823b144844713c66f1b.jpg

Избушка в которой устроился медведь.

large.5.jpg.6bbb178f67b6ac857bd4d28024e20776.jpg

Вот так он выходил наружу и лежал  в удобной сухой ямке у порога глядя на мокрую под дождем тайгу.

large.7.jpg.5700deb8e173a1bb630d5851daaf06f1.jpglarge.6.jpg.48fa8eeee85ac31eb2445c0db629e678.jpg

Link to post
Share on other sites

11. Приятная встреча и конец пути.           

   Серая пелена мелкого осеннего дождя повисла над мокрой тайгой. Утро не предвещало хорошей погоды не на сегодня, не на последующие дни. Радовало только то, что дождь не лил как из ведра, а значит резкого подъема воды не будет. Шлепая босыми ногами по мокрым щепкам возле избушки,  спускаюсь посмотреть на реку и байдарку.  Неосторожно наступив на ветку шиповника получил занозу в ступню и запрыгал на одной ноге обратно. День не задался с утра. Оставляю в подарок последнюю пачку сигарет, подпер  палкой  дверь и гружу лодку старательно привязывая поклажу.  Напоследок осмотрелся, не забыл ли чего и оттолкнул  корму на течение.

   Здесь Витим стал  уже и скорость его заметно выросла. Через два часа гребли поравнялся с устьем реки Калар – основным маршрутом туристов водников. Но на его берегах было безлюдно и грустно, и только чистая вода сильной струей ударила в борт моего судна. Скоро появились  скальные прижимы а по берегам березки и тополя. Эти редкие не хвойные  деревья на фоне бесконечных  однообразных лиственничной тайги  немного подняли настроение я решил пристать к берегу. Тут впадал  мощный приток давая возможность покидать спиннинг в надежде поймать рыбу. Ледяная вода обжигала  ноги и стоять долго не было сил. На другом берегу виднелись следы  какой то деятельности. Оставив удочку забираюсь выше и моим глазам предстает  картина неудачной охоты на кабанов.  Свежие покопки стада свиней видны повсюду. Они вышли из глубины узкого овражка, что тянулся вдоль русла  притока. Там высокие заросли папоротника и шиповника  делали их неуязвимыми  для охотника сидевшего в засидке  на двух прибитых к толстым деревьям жердях.  Скрываясь в темноте  вечера,  они шумно рыли мягкую песчаную почву в поисках сладких корешков и личинок жуков.  Человек  сидел и ждал их выхода на более открытое пространство для точного выстрела. Но кабаны и не думали  покидать надежную крепь. Сместившись к подножью сопки стадо обошло его за спиной  и принялось копать чуть дальше. Затем видимо человек неосторожно повернулся,  и звери бросились в  болото  ломая на своем пути  тонкие ветки черемухи и смородины. Резкий запах этого кустарника еще густо стоял в сыром воздухе. Неудачник  слез, покурил, и медленно спустился к лодке привязанной у протоки. Видимо  в этом месте  часто караулят  кабанов. В соседних кустах я нашел побелевшие кости копыт и свежую латунную гильзу калибра 30-06. Таким оружием не пользуются местные охотники.

   Задерживаться тут не было смысла , и я отчалил  дальше по быстрой воде Витима. Река словно большая книга, а каждый ее поворот новая интересная страничка. За скалой  появился длинный и спокойный плес,   где у высокого крутого берега была привязана  моторная лодка, а метров на десять выше вился сизый дымок костра. Это наверное промысловик и я смогу попросить его вывезти меня к БАМу. Мне так не хотелось с растянутым плечом плыть через  стремительные шиверы  Муйского хребта. Но  радоваться было рано. Лодка оказалась  резиновой,  а на транце висела Ямаха. Перед глазами нарисовалась картина одинокого путника на пустынной дороге к которому приближается единственный дорогой автомобиль. Шансов сесть в попутку практически  нет.  Быстро разворачиваю нос байдары и завожу лодку в улов за кустами.

   - Люди есть! В ответ из кустов высунулись две физиономии.  Один поменьше ростом стал спускаться по высокому осыпающемуся берегу ко мне, другой крикнул  чтобы я поднимался на чай. Вышедший из кустов оказался  то  ли якутом, то ли эвенком и поздоровавшись   протянул мне руку : - Иван! Мы подтянули  байдару к корням  ивняка и он помог мне поднять рюкзак к костру. Наверху я увидел палатку, импровизированный столик, толстые лиственничные чурки вместо стульев, навес над затухающим костром из коры и груду снаряжения под  целлофановой  пленкой. Из под края  которой выглядывали ласты  и  баллон акваланга.  По количеству «стульев» было понятно, что их тут двое  и живут они здесь не меньше недели, и что не смотря на внешнюю простоту и устройство быта , люди они не местные. Второй  поджарый парень  русской  внешности  одет  в  ношеную  инцефалитку, сапоги и меховую безрукавку. Такие  носили  раньше таежные люди на осеннем  промысле ореха и рыбы. Разговорились . Парни ждали кого то и  коротали дождливые дни  без  рыбалки на концентратах.

   - Еще три четыре дня назад Витим  вот тут стоял, - говорил  Сергей, мой новый знакомый, и указывал на полоску намытых  хвойных  иголок в паре метров от костра. – Ты поэтому и спрашиваешь  зачем на лодке такая длинная веревка. Вода за последние дни упала метров на шесть! Мы разговаривали о реке, рыбалке, а когда перешли на охоту, мне показалось, что  мой собеседник как то по особенному  относится к тайге и зверю. В его словах  мелькали термины и обороты  речи не свойственные простым охотникам.  Когда я его спросил где он учился, то ответил в Иркутском институте на кафедре  охотоведения… Я молча встал и пошел к байдаре . Кто бы мог подумать, что судьба  вот так подарит встречу охотоведу из Москвы с охотоведом из Иркутска. Он непонимающе смотрел мне в след, но когда увидел  в моей руке помятую  пластиковую бутылку с остатками спирта, то расплылся в улыбке. Его помощник Иван уже открывал  банки тушенки и салатов, на сковороде под каплями дождя шипело и брызгалось жарившееся сало. Разговор затянулся. Оказалось он отдыхает здесь каждый   год. Ловит рыбу ныряя с подводным ружьем, собирает интересные камни на дне реки и скоро пойдет обратно вверх, как только к нему присоединятся его друзья. Запас бензина он оставлял на каждой сотне километров. Мы рассказывали друг другу забавные истории со времен учебы, охоты  и жизни. Смеялись и выпивали  по маленькому глотку разведенного в кружке спирта. Но тут вдали показались люди на катамаране и желтый каяк. Тот самый, что  лежал  в  камере хранения на вокзале в Чаре. Их мелькающие в воздухе весла были видны очень далеко. Мы спустились к воде и позвали их к берегу. Ребята оказались теми  москвичами, с которыми я забрасывался на вахтовом Урале. Они только еще плывут свой маршрут, когда я сумел пройти вдвое большее расстояние. Конечно же была общая ночевка и долгие разговоры у костра. Сергей с Иваном нашли в этом  веселую  компанию, я знакомых попутчиков для  прохождения  опасного участка реки. Как бывает всегда в таких случаях веселье перешло далеко за полночь и закончилось песнями. Пели песни Визбора и другие известные широкому кругу людей. Слова лились сами собой и никто не вспоминал следующий куплет. Потом хором тянули русскую « Издалека долго. Течет река Волга…». В завершении концерта я исполнил казачью песню « Не для меня Дон разольется». Видимо пел я с душой и мой мощный голос звучавший в ночной тайге поверг их в восторг. Все хлопали в ладоши и просили спеть  еще. Так продолжалось долго.  Поистине это был счастливый финал моей экспедиции. До окончания которой оставалось пройти меньше сотни километров. Где то там, за широким разливом Бамбуйской котловины скрывался очень опасный участок Витима, где скалы сжимали его в узкий стремительный поток и несли на огромной скорости несколько десятков километров  прорезая  высокие горы Южно-Муйского хребта. Хмель кружил голову. Сытый и согретый костром я завернулся в спальник и уснул безмятежным сном позабыв про боль в плече.

   Утром следующего дня мы простились. Быстро собрав вещи в гермомешки, увязали поклажу и отчалили.  Широкий Витим сначала плавно качал нас на валах,  пугал возникающими воронками водоворотов и стремительным течением то с одного, то с другого берега. Стараясь держать нос байдарки вниз по течению, я напрягал болевшее плечо борясь с сильным встречным ветром который несся вверх по каньону и постоянно пытался развернуть меня боком к волне.  Особенно сильно завывал в узком горле Муйского хребта, когда могучая река сжималась с боков вертикальными  скалами и  ускоряла свой  безумный бег,  поднимая белые валы.  Грохот воды многократно отраженный  эхом от утесов создавал иллюзию чего то ужасного и дикого. Грести нужно было не переставая и сильно, чтобы избежать воронок и вовремя перейти к другому берегу где нет камней в стремнине. Мои товарищи тоже быстро работали  веслами. Их поднятые руки то показывались на гребне волны, то совсем исчезали из виду. Так длилось около двух часов.  Наконец совершенно измотанные и со сведенными от напряжения мышцами, выплыли на спокойный плес  реки Таксима. Вытаскиваем лодки и отчерпываем воду. Все веселые и мокрые. Руки еще дрожат от напряжения и полученного адреналина. Впереди уже виден  БАМовсий  мост  через  Витим. Это конец нашего совместного плавания и моей поездки в прекрасный и суровый край Забайкалье.  В небольшом путейском поселке удалось договориться  о  бане с добрейшим мужиком жившим у берега. Он оказался тем комсомольцем 70х годов, которые ехали сюда строить железную дорогу. Они  еще сохранили веру в скорое процветание этого забытого Богом края. Нет  магазинов, скудная заработная плата и спартанские условия быта не согнули их характер и наверное уже не смогут сломить волю.  На морщинистом лице заросшим поседевшей щетиной светятся добрые  глаза  русского человека, привыкшего делать все самому и надеяться только на себя.

    Всю ночь лил надоевший дождь наполняя сыростью давно не сушеную палатку.  Рано утром пришел  локомотив с тремя вагонами.  Пассажиры видя наше положение не стали ворчать из за воды стекающей с рюкзаков втиснутых на верхнюю полку. И лишь  молча подвинулись в сторону. В Таксимо  удачно купил билет до Северобайкальска, где и встретил на берегу Байкала свой День Рождения. Коньяк, лимон и вяленый омуль. Я сидел на сухой коряге опустив ноги в чистейшую воду и смотрел на Баргузинский хребет  еще хранивший остатки зимнего снега. Солнце грело лицо и так не хотелось уезжать в ненавистный город Москву.

  - До свиданья Сибирь! Я навеки  твой гость  и странник!

  Пять долгих дней проведенных в душном поезде вымотали меня окончательно. После прохладных ночевок в тайге,  жара в плацкарте казалась  невыносимой.  Вот наконец и  Казанский  вокзал. Снуют носильщики, милиционеры и путейцы в оранжевых жилетках. Среди  пестрой толпы замечаю знакомые глаза и белый кружевной платок  на плечах. Она смотрит на мое загорелое и  похудевшее лицо покрытое  густой щетиной, - Ты вернулся!

  - Спасибо тебе за твои молитвы, радость моя. Без них я бы наверное не прошел  эту реку до конца. Они спасали меня от близкой гибели. Разве я мог не вернуться к тебе.

   Дальше было все обычно. Горожане снующие по своим делам, пробки на улицах, неоновые рекламы и извечный  шум столицы, такой непривычный для отдохнувших ушей.

 Сергей камчадал готовит новую порцию закуски

large.1.jpg.6c9493cb602c8005570a5c3c5181da04.jpg

 Фото на прощанье

large.2.jpg.bc7137483dccbf66108c80154b3bdc38.jpg

 Впереди ждала Бамбуйская котловина и прохождение ущелий Южно-Муйского хребта. Остановка напротив косы Многобещающая.

large.3.jpg.79592df73694ab78942b10dee8c0be93.jpg

 Вдали очень высокие стоячие волны. Идти на моей байдарке там   опасно. Придется держаться ближе к берегу, где не такое сильное течение и потом догонять ребят.

large.4.jpg.219035c6f8c38111c9d2dbd448787757.jpg

 За устьем реки Таксима открывается вид на БАМовский мост через Витим. Там небольшой поселок железнодорожников  где  нам предложили помыться в бане. Утром будет рабочий локомотив в который нужно суметь напроситься.

large.5.jpg.018d128fa710586eab302a47c7f31097.jpglarge.6.jpg.0f8aa49e4036ba50d524b78459dd1cea.jpg

 Байкал. Его северная часть возле городка Северобайкальск. В облаках Баргузинский хребет. Тут, на берегу я и встретил свой День Рождения на двоих с величественным озером. Может быть символично, а может и на самом деле.

large.7.jpg.bcd0650291026bccaf0f5b0261d2ab92.jpg

large.8.jpg.dba6ec3587336eaea1970c5ed2060349.jpg

  • Thanks 1
  • Upvote 3
Link to post
Share on other sites

Душевно и талантливо  вы рассказали о своем путешествии! Отличные фото! Спасибо. Интересных новых маршрутов, здоровья, удачи и вдохновения вам!  Ждем !

 

Link to post
Share on other sites
1 час назад, Александр67 сказал:

  Ждем !

 

 Чего собственно? Теперь уже нет такой возможности, что прежде. Заработки дающие деньги на самолет закончились, но появилась собака. С собакой так идти не получится. Очень сложно и дорого ее перевозить на большие расстояния.

Link to post
Share on other sites
  • H_A_N locked this topic
  • H_A_N unlocked this topic
Guest
This topic is now closed to further replies.
 Share
  • Similar Content

    • By Никита Weekend_in _Tuva
      Приглашаю на трофейную охоту и рыбалку в Республику Тыва
      - авторские туры под каждую группу и бюджет 
      - абсолютно нетронутый и дикий уголок Сибири с огромным трофейным ресурсом 
      - уникальное разнообразие природно-климатических зон  от степей и пустыни до высокогорной тайги и тундры... 
      89527508769 (вайбер, ваттсапп) Никита 

      На сезон охоты 2019 
       Горячее предложение 
      Марал на "Реву" 130 000 т.р с группы 2 участника 
      Медведь с подхода 180 000 т.р 
      Сроки проведения - 20 сентября - 10 октября / 20 октября 
      Полное обеспечение с аэропорта г. Кызыл 
      - трансфер
      - питание/проживание/баня
      - организационная часть
      - весь комплект сопроводительных документов 
      Высокая трофейность и гарантия добычи
       
    • By Барклай
      1.            Так бывает иногда.
         

      Я не слукавлю если скажу, что у каждого жителя мегаполиса в глубине души шевелится, скоблит и кусает грешная мысль собрать манатки и двинуть куда глаза глядят подальше от надоевшего бытия и давящего пресса современной жизни. Поэтому считая себя совершенно нормальным человеком, стараюсь неотступно следовать мудрому изречение: - … чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, ежегодно отправляюсь в места далекие и дикие с одной лишь целью никого не видеть хоть месяц. Экспедицию этого года готовил всю зиму. Карпел над картами, что то высчитывал, подгадывал и узнавал расписания,  подводя итог всей работе к июню месяцу. Деньги – проклятая обуза сильно,  оттягивали начало старта, а заработки все не шли. Пришлось занять немного и купить билет на два поезда до Томмота. Это район центральной Якутии и ехать туда предстояло шесть суток с пересадкой в столице БАМа Тынде. Целью была  скромная  река Буотама, что течет параллельно красавице Лене в трехстах километрах выше  Якутска. Добраться к ней предполагалось проплыв немного по реке Алдан от станции со смешным название Нижний Куранах до эвенкийское деревушке Угоян. Там найти проводника с лошадью и навьючив на нее поклажу перейти водораздел к реке Амга. Там собрать байдару и почти сто километров подниматься вверх по речке Туора к самым истокам Буотамы. Плыть по Буотаме триста километров вниз к Лене одно удовольствие. Кроме стойбищ оленеводов там нет людей и попасть  на ее берега можно  как я, или вертолетом. Река изобилует рыбой и красивыми видами прибрежных выветренных скал останцов. Устье ее находится недалеко от самого Якутска и выброска не представляла труда. В такое далекое путешествие со мной решился ехать старый знакомый Володька – молодой спортивный парень костистого телосложение и законченный вегетарианец.  
      Прибыв   в Тынду,  удачно пересели на поезд  до Н. Куранаха. На пяти вагонах торжественно красовалась надпись «Железные дороги Якутии». Я спросил начальника состава почему железные дороги во множественном числе? Она грозно  что то проворчала и закрылась в вагоне. Главная головная боль Якутии это отсутствие дорог вообще и главной артерии – железной дороги в частности. Ее строительство движется мучительно долго и все уже устали приближать   день открытия магистрали. Поезд был забит пьяными вахтовиками. Они выпивали и бродили по составу  всю ночь.
      Утром удачно погрузив рюкзаки на такси   доехали до теплых  чистых вод Алдана и немедленно искупались. Облегчение наступило после первого глотка пива. Быстро собираю байдару и осмотрев не забыли ли чего отчаливаем в сгущающуюся темноту грозовой тучи.  К полуночи достигли поселка Угоян. Палатка, костер, много чаю с курагой и финиками. Володе что нездоровится. Я спал плохо и проснулся еще до восхода солнца от тяжелого пыхтения. На фоне розовеющего неба было хорошо видно, что нас нюхает лошадь. Ее большой  нос шаркал по тенту и глубоко втягивал воздух. – Вали отсюда! Сначала послышался щечек порванной копытом оттяжки, потом удаляющийся топот. Вылезаю из палатки скорее по нужде,  чем по желанию. Весь утренний пейзаж  укрыт плотным туманом из которого проступают скальные уступы другого берега и крайние дома поселка. Кругом пасутся кони и коровы. По береговым камням бегут две собаки не обращая на меня  внимания. Река течет как густая смола,  почти не издавая звуков и волн. Только редкие подводные течения создают плавные  завитки на ее поверхности.  Стояла такая тишина,  будто звуки не существуют на этой земле. Лишь изредка храпели  кони  и далекий петух из тумана поприветствовал начало нового дня. Босяком бреду по ледяной росе к сосняку за дровами для костерка. Вы когда последний раз ходили по росе рано утром?
      Солнце уже встало над забором нечесаных  лиственниц,  а Володя все спит и  тяжело вздыхает в палатке. Я допиваю очередную кружку чая  слушая, как далекая моторка сбавив газ цепляет на мелком перекате винтом за  дно. Мотор вырывается из воды и выхлопная труба громко рявкнув, снова погружается в воду. Иду поднимать друга, нам надо искать проводника. Володя проснулся совершенно разбитый и больной. Его не долеченная в Москве простуда отозвалось опасными последствиями.  Отправляться с  нездоровым  компаньоном  в такой тяжелый и безлюдный маршрут было нельзя. Посылаю его в медпункт, а сам разбираю байдару и иду искать проводника. Он вернулся не скоро и  вовсе унылый. Ему требовалась скорейшая госпитализация во избежание еще больших осложнений. Завтрак не лезет. Молча жуем курагу и крошеную лепешку. Володьку нужно быстро доставить хотя бы в больницу, а для меня это означает сход с намеченного маршрута и конец поездки. Настроение у обоих отвратительное. Радует,  что это случилось в последний момент когда можно повернуть назад.  Дальше такого случая уже придумать сложно.
      Решаю плыть вниз по Алдану к Томмоту сто двадцать километров. Там есть больница и проходит трасса. Володя ничего толком не ел и было видно как ему хреново. На следующей ночевке он стонал  всю ночь и пришлось делать ему грелки из нагретых в костре плоских валунов. С ними он чувствовал себя лучше. Два дня хода по Алдану дались ему тяжело но мы знали,  что все будет хорошо если доберемся  до поселка как можно раньше. Я искал разумный выход в этой ситуации для дальнейшего сплава. О далекой Буотаме пришлось забыть. 
        Томмот встретил жарой . На берегу купались дети, а  мужики распивали в тени кустов бутылочку. Я сушил лодку и ждал возвращения своегно больного товарища. Его состояние ухудшилось, но он сбежал из местной больницы увидев в коробке со шприцами плавающих комаров.
      - Николай, я должен добраться до аэропорта и улететь в Москву. Извини, что сорвал тебе всю экспедицию, но так получилось. Он стоял и смотрел на меня голубыми глазами. Его скирда кудрявых русых волос пряталась под вязаной шапкой и это в такую жару. Я понимал его желание и подняв рюкзак потащился к краю причала. На такси мы доехали до железнодорожного  вокзала Томмот,  где были камеры хранения и откуда уходили маршрутки в Якутск. Пообедав в придорожном кафе, понимающе молча  расстались на обочине дороги. Я остался голосовать на север,  он  пошел ночевать на вокзал. Солнце еще нещадно жарило лицо,  когда я смотрел на его удаляющуюся фигуру. Так я и стоял с протянутой рукой пока уже в сумерках меня не подобрал  микроавтобус. С огромным рюкзаком я еле втиснулся в переполненную машину взглянув напоследок в сторону вокзала. Машина везла меня на Амгу. Это был запасной но не равнозначный вариант. К нему я не был готов. Отсутствие карт и информации по маршруту сильно осложнили продвижение.  Дорога то пылила, то качала на ямах,  но к десяти часам меня довезли до моста через реку. Быстро собираю байдарку. Подошел русский мужик с собакой и поинтересовался откуда я и куда плыву. Я ответил,  что вниз до места где можно выехать к людям. Тебе плыть пятьсот километров ответил он и пожелав мне удачи побрел по тропинке вверх к домам на бугорке. Ну что же теперь если  пятьсот! Делаю торопливые снимки и отчаливаю. Снова один .  Лодка почувствовав отсутствие одного гребца легко подчиняется взмахам весла, и стремительно втягивается в мелкую быстрину. Поворот, другой, и стих шум машин, блики фар и лай собак. Кругом тайга и река. Что еще нужно для счастья. Как там Володя думал я засыпая в теплом спальнике. Ему конечно хватит денег чтобы улететь из Якутска. Он налегке, чего не скажешь про меня с лодкой. Но усталость взяла верх и я уснул измученный жарой и долгой дорогой .
       На берегу Алдана

       Долго  ловил порпутку

        Дорога на Якутск. Мост.

    • By Барклай
      В июле 2017 года решил посетить древнее поселение на Севере Западной Сибири - Мангазею. Большое торговый  город того времени освоения Сибири русскими купцами и поморами 16-17 веков. От того места сегодня мало что осталось. Говорят иногда тающая тундра оголяет столбы и бревна городища, и место его основания известно лишь примерно. Для этого выбрал очень древний путь от Енисея. По задумке я должен был приплыть на пароходе из Красноярска в Верхне Имбатск, поселок для ссыльных сталинского режима. Далее подняться вверх по реке Елогуй до кетского поселка Келлог. Там докупить муки, крупы и соли двинуться вверх по  реке Большая Кыкса к водоразделу озеру Дында. Путь до него не долгий около 80км вверх по небольшой таежной речушке к летнему стойбищу оленеводов. Там нанять проводника с оленями  под  груз и выйти к реке Таз, минуя его извилистый, заваленный плавником исток. Верховья таких рек очень захламлены и практически не проходимы на многие десятки километров.  Далее по Дындинскому Тазу проплыть к первым деревням Толька, Киккиаки, далее Красноселькуп. Лодка каркасно надувная байдарка Маринка. С собой  на этот раз взял старое промысловое ружье ИЖ Север 20 Х 5,6 чтобы питаться охотой и рыбой. Пачку мелкашки, пачку №2 и шесть пуль. Поскольку вес переносимых  на себе вещей очень ограничен.
       Первая часть поездки пошла удачно. На пароходе А Матросов были свободные места и уже на четвертый день  я высадился в В Имбатске. Выяснилось, что местное население не ходит вверх по Елогую из за засушливого лета и низкой воды. Тайга горела и сизая дымка застилала берега весь путь. За то через два дня придет транзитный борт на Келлог. Билет и 50 кг багажа обошлись мне в 5 тысяч р. До Келлога лету час. Купив все в магазине разговорился с женщиной в национальном костюме. Она поведала мне, что у озера Дында сейчас пастухов нет, и дойти до него по реке не получится - все пересохло. Моя лодка имеет осадку в 10 см, и поворачивать назад со старта было  не в моих правилах. Упаковал кладь, отчалил вниз к ручью Б Кыкса.
       Вход в Кыксу порожистый и холодный. Сразу поймал пару хариузов на ужин. Проплыл с пару километров и остановился на ночь в обмелевшем русле. В реке полно линных гусей с выводками. Два дня плыл, тащил по камням и грязи лодку. Воды становилось все меньше и меньше. Сверяюсm с навигатором и понимаю, что прошел я всего лbшь одну пятую часть. До Дынды еще около 40км и 15 пешком по болотистой тундре. Всю ночь под дождем прикидывал варианты перехода как по воде, так и по берегу. Все грустно. Дальше русло обсохнет совсем. Надеяться на дожди не стоит, они не значительны а кругом бездонные пески под слоем тундры.
       Перед рассветом пришел медведь и стал катать у костра котелок. Крикнул не выходя под морось. В ответ только сопение и фырканье. Открыв полог палатки выстрелил сигнальной ракетницей вдоль воды. Зверь шумно убежал. Утром пройдя еще с пяток километров окончательно понял, что двигаться дальше нет смысла. Иначе я потеряю слишком много времени на переход и могу попасть в заморозки ближе к Обской губе на Тазе. Как не печально поворачивать назад, но выхода нет. Придется оставить затею с Мангазеей в этом году. На обратном пути стреляю гуся и питаюсь им половину пути до Енисея. Пройдя сотню километров меня подбирает охотник на лодке. Он шел в Имбатск за товаром.
       Чтобы не возвращаться в столицу решаю пойти нар. Сым. По интернету связываюсь с приятелем в фактории Сым и беру билет на обратный пароход  в Красноярск до Ярцево.  На дороге ведущей к Сыму долго ждал попутную машину. Через три дня меня подобрал бензовоз. Знакомец принял меня по сибирски радушно. Мы сразу поехали в тайгу порыбачить. Его избушка стояла на реке Оксым текущей из Томской области. Пользуясь современными приманками я конечно наловил в несколько раз больше его. Он не обиделся, рыба нужна всегда и не важно кто ее ловил. Через пару дней он уехал а я остался путешествовать по притокам Сыма в его белых песчанных берегах и сосновых борах. Через две недели я выплыл обратно к Енисею чтобы уехать домой, так и не достигнув мечты. Фотографии той неудачной поездки можно посмотреть в этом альбоме
    • By Барклай
      Сиречь пойдет не об Агафье Лыковой, а о реальном поселке Тупик и реках Тунгир и Олёкма, что берут начало в тех краях. Поводом для поездки туда послужил ролик в Ю Тубе о передаче в леса освоение половины района нашим Китайскам партнерам, для нужд выстроенного целюлозо-бумажного комбината. Вторая причина, - посетить смелую женщину бросившую Европу и поселившуюся в глуши Сибири.
      Таксист оказался хорошим охотником, умелым рассказчиком и патриотом своего края. 100 км пути в Тупик от Могочи он рассказывал мне о разгуле браконьерства в районе и варварстве золотарей. О том, какими методами ловят весной рыбу жители самого Тупика и далекой деревни Гуля и Средняя Олекма, перегородив реку сотнями сетей в нерестовый период. О том, как выбивают изюбров и лосей с засидок и вышек на солонцах и озерах. О том, как заехав на глухариный ток на тракторе убивают все птиц какие есть. О том, какими методами добываю золото коммерсанты взявшие под высокие ставки банка кредиты, и о многих других поступках человеческой жадности и глупости, о которых писать просто не хочу.
      Первые подтверждения тому появились на первых километрах реки Тунгир. Каждая заводь отмечалась вбитыми в дно колами. Лодки попадавшиеся на пути груженые молочными флягами под рыбу и ящиками с сетями. Деревня Гуля просто живет на рыбе не имея никакого другого заработка. На вопрос у мужиков ловящих на удочку гольянов с палец, где можно поймать окуня или щуку, мне с дружным смехом ответили, что в Олекме.... Частые лабазы на лиственницах говорят от том, что на другой берег где густые заросли тальников часто выходят изюбры отдохнуть на речном ветру от комаров и слепней, или просто перейти реку. Там их ждут охотники. Я вовсе не против охоты для пропитания, но когда она приобретает смысл наживы, ее нужно называть по другому. Такого нет в других районах Восточной Сибири!
      Что касается китайских заготовителей древесины, то они отказались от предоставленной им части тайги, где древостои незначительны. Они ведут переговоры о более продуктивных угодьях и пожалуй успешно. Тут сложно (на мой взгляд ) решить чье воздействие на природу будет более разрушительным, китайское или местных мужиков. Но совершенно ясно одно - район обречен на уничтожение. Среди местного населения преобладают рвачи и хапуги, живущие по принципу "Если не я сейчас, то другие завтра"
      Деревня Средняя Олекма имеет магазин с минимальным набором продуктов, метеостанцию и телефон-автомат работающий на картах Ростелекома которые можно купить только в Могоче. Население смешанное русско-евенкийское. Диковинным зимородком на фоне серого бытия, разрухи и пьянства выглядит Карина, - немка живущая тут уже семь лет. С первого взгляда угадывается волевой характер и культура отличная от других. Аккуратно покрашенные губы пастельной помадой, безупречно чистая дорогая рубашка и черные брюки. Живые глаза и ровные белые зубы в улыбке. Ей около 60 лет и она довольно сносно говорит по русски. Я принес в подарок зеленый жасминовый чай, приправу для рыбы и московское Юбилейное печенье. Час разговоров за чаем. Первый раз она попала сюда с туром на сплав 8 лет назад и поняла, что это место ее мечты и жить теперь она должна только тут. Через год приехала одна с байдарой  и поставила палатку. Когда пошел осенний снег, ее перестали считать сумасшедшей и починили для нее брошенный дом. Сделали нары, стол и поправили печку. Сегодня вышла замуж за местного полу эвенка Славу и живет принимая гостей из Германии. Первое время, говорит она, было очень тяжело. Мы - немцы, не привыкли СТОЛЬКО работать.... я смотрю на ее потресканные, сморщенные руки.
      Она удивляется, зачем мужики ловят весной столько рыбы? Бочки, фляги, соленая, мороженная, копченая....Для нее это непостижимо.Прощаясь на берегу протягиваю ей несколько горошков семян пионов собранных мной на далеком Печорском севере реки Тобыш. Она невероятна рада хоть таким цветам.Приятная, запоминающаяся встреча.
      Олекма не многим отличается от Тунгира. В не по прежнему не плещется рыба (плескаться просто нечему!), и ее холодные и чистые воды несут меня дальше к Баму. В разговоре с ней узнал, что в течении реки Средняя Мокла (правый приток Олекмы чуть выше села) нашли хорошее золото и уже завезли много техники которая ждет команды на промывку. Муть понятное дело пойдет в реку и отравит ее возможно до Бама и ниже. Это заботит не только ее, но и все население реки, которая вскоре превратится в бесжизнный грязный поток на многие десятки лет. Наверное сегодня я последний из туристов, который видел ее чистой.
      Но без рыбы я не оставался и каждый вечер имел сорожек с жирными окунями для ухи и сковородки. Ловил на очень маленькую вертушку Мэпс 00 черного цвета и леску тоньше волоса. Самую крупную рыбу поймал грамм на 600 - окунь.
      Река очень красивая своими каменными пляжами и скалами, дикими тунровыми берегами в которых выглядывает мерзлота и прекрасной погодой (две грозы и температура от 23 до 43*. Я купил себе метеостанцию). Немного напрягает людность и количество избушек.
      Граница Читинской и Амурской областей поразила своей контрастностью.В зимовье читинского района чудовищный бардак и вонь, но через километр на берегу Амурской обл стоит красивое опрятное хозяйство председателя местного колхоза д. Нюкжа. Чисто, умывальник, баня, озеро в голубых ирисах, библиотека и даже туалет. Тут меня прижали грозы и я наслаждался книгами два дня в тепле и покое.
      За день до конца маршрута живет в избушке душевнейший мужик Толя. Отличный собеседник, гостеприимый хозяин и любитель выпить. Неспешно пару дней допиваем мой спирт, он топит баньку.
      Деревня Нюкжа обычная сибирская деревушка с неспешным укладом добротной жизни. Добрые, отзывчивые люди.Дети постоянного говорят мне "здрасьте". Взрослые просто подходят познакомится, узнать откуда я и не нужно ли чем помочь. Все, включая пьяных националов. Меня угощают оленьими котлетами и тянут к к костру пить какую то красную жидкость вроде тоника. Потом долго извиняются и снова начинают пить и скандалить, купаться и спать....
      Пройдет совсем немного времени и люди этой реки встанут перед выбором, как им жить дальше, когда уже не смогут поймать себе рыбы и пить чистую воду. Золотодобыча конечно поставит свой приговор, но основную проблему они создали себе сами беря от природы сверх разумных пределов. Своим отношением доведя среду своего обитания до ее полного истощения. И как быть теперь они мне не смогли ответить...
      Олекма, чистая и красивая, какой я ее увидел, Вы, друзья, можете посмотреть в альбоме
         Ст. Юктали 2015 год.
    • By Andrey Bulanov
      Приветствую ! Организовываем туры в глубину Томской области Колпашевского района . Охота , рыбалка , туризм .
      Приглашаем Вас на таёжную заимку , где находиться три деревянных домика , баня на берегу реки Корджа , летняя кухня . Рядом обустроены в районе 10 км шесть лабазов для охоты на медведей . Район богат озёрами, в которых водится окунь , щука , также имеется большое количество боровой дичи .
      Желающим поохотиться предлагаем тур под ключ . Трансфер с аэропорта до места охоты . С Вами постоянно будет находиться опытный егерь . В свободное от охоты время организуем рыбалку , сбор ягоды , грибов . Наш край очень красивый и живописный . А также организовываем охоту на боровую дичь . Отдохните от городской суеты и погрузитесь в полный контакт с природой . Равно душный не останется никто . 
      Будем рады Вас видеть у себя в гостях !
      Наш сайт : http://hunter70.ru/
  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

×
×
  • Create New...